Спорткар имени Сталина

Спорткар имени Сталина

Стараниями отдельных энтузиастов в полукустарных условиях создавались единичные экземпляры гоночных машин. Команды добивались незначительных результатов в скоростных заездах. Государство никак не поддерживало эти начинания: стране требовались грузовики и легковушки, а не «бесполезные» спорткары. Но ЗИС-101-Спорт стал исключением из правил. Во-первых, завод, где он создавался, носил имя вождя, а во-вторых, машину сделали к ХХ-летию ВЛКСМ — Всесоюзного Ленинского (а тогда еще даже Ленинско-Сталинского) коммунистического союза молодежи.

Еще в 1934 году завод имени Сталина, гнавший каждый день с конвейера по две сотни грузовиков, получил важное правительственное задание — начать производство первого советского автомобиля представительского класса. Два года спустя в Кремле члены партии и правительства осматривали ЗИС-101. Автомобиль одобрили и приняли к производству. Еще через два года на заводе организовали экспериментальный цех с полагающимся конструкторским бюро, задачей которого были создание и доводка испытательных приборов, а также проектирование стендов для нового экспериментального цеха, который планировали разместить в отдельном инженерном корпусе. А пока этот корпус строили, КБ разместили в подвале механосборочного цеха, куда с конвейера попадали грузовики для устранения дефектов сборки. Яркое свечение ламп накаливания в темном помещении и грохот на фоне постоянного рева приточно-вытяжной вентиляции — в таких условиях работали инженеры бюро. В самом экспериментальном цехе весь день на специальных стендах проводили испытания двигателей, трансмиссий, шасси. Тут же был и гараж, где находились экспериментальные образцы и иностранные автомобили, которые постоянно сравнивали друг с другом: на ЗИСе стремились не отставать от заграницы.

Работали в КБ экспериментального цеха лишь три человека — молодые инженеры Владимир Кременецкий, Анатолий Пухалин и Николай Пульманов. Они-то и решили создать на шасси лимузина ЗИС-101 спортивный автомобиль. Этому способствовал и тот факт, что Пухалин как раз заканчивал вечерний факультет МАДИ и писал диплом на тему «Скоростной автомобиль». По вечерам и в выходные трое инженеров с энтузиазмом колдовали над чертежами будущего спорткара. Кременецкий разрабатывал для автомобиля задний мост с гипоидной передачей — такое решение было совершенно новым для советского автопрома. Пульманов занимался форсированием двигателя от серийного ЗИС-101 — он увеличил число оборотов и степень сжатия, изменил фазы газораспределения и впускной коллектор. Для этого вместо чугунной головки блока понадобилась головка из алюминиевого сплава, алюминиевые поршни и шатуны, иные коленчатый и распределительный валы, карбюратор падающего потока вместо восходящего…

Дипломник Пухалин занимался подвесками и общими чертежами будущего автомобиля. К работе над кузовом подключили Валентина Росткова — кузовщика, только что пришедшего в конструкторский отдел завода. Он нарисовал в акварели несколько эскизов, причем совершенно новых, не имевших ничего общего с обликом серийного ЗИС-101.

Над чем трудятся в нерабочее время инженеры КБ экспериментального цеха, до определенного момента никто, кроме самих проектировщиков, не знал…

Сила печати

Один из авторов ЗИС-101-Спорт Николай Пульманов вспоминал: «Я пришел на работу в КБ экспериментального цеха. Начальником был комсомолец Володя Кременецкий, инженером беспартийный Анатолий Пухалин, вторым беспартийным инженером взяли меня, был один техник и одна копировальщица. Вот и все бюро». Ремарка про партийную принадлежность и комсомол не случайна. Именно комсомолец Кременецкий способствовал воплощению идей в металл. На счастье молодых инженеров, в 1938 году праздновался громкий юбилей — 20-летие комсомола — со всеми полагающимися соцобязательствами по выполнению и перевыполнению планов, а также разными подарками к такой славной дате. На заводе имени Сталина молодежь организовала движение по подготовке трудовых подарков с пафосным лозунгом «Матери-Родине в честь ХХ-летия ВЛКСМ» и каждый цех в обязательном порядке должен был сделать свой «подарочек». Заводской комитет комсомола составил соответствующий список, в который комсомолец Кременецкий и впихнул существующий только на бумаге ЗИС-101-Спорт. Сначала автомобиль затерялся в длинном списке среди прочих мелких подарков, но потом комитет комсомола разглядел его как наиболее значимый. Об автомобиле стали писать журналисты заводской многотиражки, а комсомольский комитет потихоньку начал давить на директора завода Лихачева, с тем чтобы он издал приказ об изготовлении машины. 17 октября 1938 года о проекте написала «Комсомольская правда», и про подарок узнала вся страна — не сделать после этого машину было уже нельзя.

Наконец, рассмотрев чертежи, 11 декабря Лихачев издал приказ № 79, давший жизнь ЗИС101-Спорт — в нем буквально по дням расписывался график создания автомобиля. Изготовление деталей планировалось выполнить к 1 июня, а их сборку и испытание на стендах — к 15 июня 1939 года. Кузов должен был быть готов еще раньше — к 1 мая. Все работы по ЗИС-101-Спорт директор взял под личный контроль. Один из пунктов приказа гласил: «вести подробный график выполнения работ по спортивному автомобилю и о всех задержках своевременно ставить меня в известность».

Шоссе энтузиастов

Процесс пошел. Как вспоминал потом Пульманов, «большинство наших заказов выполняли бесплатно и в кратчайшие сроки, весело, без волокиты, под неусыпным контролем за прохождением технологических операций — заготовки, механической обработки, термообработки, гальваники. Здесь следует заметить, что эта машина изготовлялась не в какой-то одной кустарной мастерской, а всеми специализированными цехами огромного завода. Как нам пришлось бегать! Запускать чертежи в дело, согласовывать технологию, снимать вопросы, исправлять ошибки в чертежах, выявлять брак, принимать готовые детали и так далее…» По выбранному эскизу Росткова в натуральный размер расчертили на плазах будущие лекала кузова. По этим лекалам сделали деревянный макет, а уж по нему вручную выстучали из листового железа кузовные панели. Облик ЗИС-101-Спорт получился совершенно футуристическим — низкий силуэт с двухместным кокпитом на длиннобазном шасси, крылья, объединенные с кузовом, воздухозаборник на капоте и дверцы с выемками под локти. Каркас кузова по технологиям тех лет сделали из дерева буковых пород. Готовый кузов выкрасили в темно-зеленый цвет, отполировали и украсили хромированным декором, а на капот справа поместили надпись «ХХ лет ВЛКСМ». По словам того же Пульманова, «кузов получился на славу, не хуже лучших американских образцов».

Но первые выезды на ЗИС-101-Спорт состоялись без кузова — шасси автомобиля гоняли по заводской территории, по ходу устраняя все недоделки. Полностью готовую машину в первую поездку вывел Николай Пульманов: «Дождались конца смен, территория и дороги опустели. Я сел за руль, рядом Толя, Володя остался посмотреть, как это выглядит на ходу».

Ощущений от езды набралась целая гамма: «Мягкость, плавность, ускорение, скорость, послушность, блеск, аромат свежей краски, рокот выхлопа…» На ходовых испытаниях ЗИС-101Спорт развил скорость 168 км/ч, но этот результат не засчитали, так как это был «неофициальный» заезд без полагающихся замеров. На официальном автомобиль показал 162,4 км/ч — его проводили летом 1940 года на 43-м километре Минского шоссе.

Слово и дело

Теперь у инженеров КБ экспериментального цеха рабочий день начинался с визита к ЗИС101-Спорт — для этого они даже специально приезжали на завод пораньше. С машины снимали чехол, в тишине любовались на нее, закрывали чехол и только после этого шли работать. Но в один из дней, как обычно придя в цех на привычный ритуал созерцания, автомобиля на месте инженеры не обнаружили. Оказалось, что ночью ЗИС-101-Спорт забрал директор завода Лихачев. Машину доставили к Колонному залу Дома Союзов для «презентации» на XVII Московской партконференции. На первом этаже места не нашлось, и автомобиль решили поместить в фойе на второй. Для этого накануне вечером проломили стену и через этот проем ЗИС-101-Спорт рабочие внесли на руках, а к утру привели фасад здания в порядок. Утром, когда партийные боссы заполнили здание, Лихачев выглядел победителем. Сталин, а вслед за ним Молотов, Хрущев, Каганович и другие товарищи одобрили необычный автомобиль.

Но дальше словесных одобрений дело не пошло. Побыв подарком комсомолу и объектом внимания на партконференции, ЗИС-101-Спорт оказался не нужен никому, кроме своих создателей. Лихачев еще в 1939 году стал наркомом среднего машиностроения, а новый директор завода Волков не проявлял к спорткару никакого интереса. Проектную скорость 180 км/ч из него так и не выжали. Пульманов ушел с завода в аспирантуру МАМИ, Пухалин — в оборонную промышленность, и лишь Кременецкий с Ростковым остались на ЗИСе. Первый занимался проектированием оснастки для механической обработки, второй продолжал рисовать автомобили. О своей работе над ЗИС-101Спорт воспоминания оставил только Николай Пульманов.

Сам родстер затерялся, и его судьба неизвестна. Остались только фотографии и чертежи, по которым в реставрационном центре «МолотовГараж» сейчас воссоздают ЗИС-101-Спорт. А некоторые до сих пор ищут оригинал.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии