Осенний марафон

Осенний марафон

Об этой гонке, состоявшейся в сентябре 1992 года, до сих пор говорят с придыханием. Шестнадцать тысяч километров, месяц в пути, сотни участников со всего мира — на мотоциклах, легковых внедорожниках, грузовиках. Принимали участие в рейде и гонщики из Ижевска. Команду профессионалов собирал Владимир Гольцов, он же и привел к финишу один из двух грузовиков «Урал». Пятнадцать лет спустя мы листаем фотоальбом, смотрим документальное кино о марафоне и, конечно, разговариваем.

— Владимир Гаврилович, как получилось, что испытатели Ижевского автозавода проехали этот марафон на «Уралах»?

— Началось все с того, что УралАЗ решил принять участие в гонке. Своих опытных спортсменов у них не было, начали искать и нашли у нас. Моя кандидатура их полностью устроила — конечно, сыграл свою роль дакаровский опыт (уже на тот момент Владимир Гольцов был двукратным чемпионом ралли-рейда Париж — Дакар. — А.Л.). Собрали команду, два завода заключили договор — и мы, ижмашевцы, поехали.

— Но ведь не сразу поехали? «Уралы» наверняка пришлось готовить к гонке...

— Естественно. Для нас супермарафон начался еще в мае, когда мы взялись за подготовку техники. Нам достались хорошие машины. УралАз тогда начал сотрудничать с западными компаниями, и на наших автомобилях стояли 10-цилиндровые моторы IVECO. Они выдавали 350 лошадиных сил, но главное достоинство этих движков — надежность и неприхотливость: за 16 тысяч километров каждый мотор не съел и 100 граммов масла. А вот подвеска была практически стандартной. Мы просили руководство завода купить американскую за 50 тысяч долларов, но таких денег не нашлось. Вообще, бюджет у нашей команды был значительно скромнее, чем у мировых грандов — Mercedes-Benz или того же IVECO. Грузовики дорабатывали по рецептам классического ралли — усиливали, проваривали, укрепляли...

— Первая часть гонки, от Парижа до Москвы, проходила через Европу. Как вам европейское бездорожье?

— Там мы в основном по шоссе ехали — скоростные спецучастки начались только после Москвы. Но расслабляться нам не давали. Как вам, например, понравится перегон от Парижа до Варшавы длиной больше 2 тысяч километров, на преодоление которого дали 24 часа? Но мы все-таки показали всем,чего стоим: в Польше был участок, по результатам прохождения которого определялся порядок старта из Москвы. Это было даже не бездорожье, а настоящий танкодром. Мы на «Уралах» проехали там лучше всех в грузовом классе, и это стало сенсацией. В нас наконец-то увидели серьезных соперников.

— Начало девяностых — это переломное время в истории страны. Как к русским пилотам относились иностранцы?

— Хорошо относились. Да ведь мы и не давали повода для вражды. Еще на первых своих «Дакарах» я останавливался, чтобы помочь тому, кто нуждался в помощи. Мне не важно было, быстрее меня он едет или медленнее, свой или иностранец. Тогда говорили, что я и другие русские пилоты подали пример западным гонщикам и те тоже стали отзывчивее. А как можно не помочь?! Во время пекинского марафона был такой случай: летим по пустыне, а в колее прямо по курсу лежит мотоциклист... Он как ехал, так и лег вместе с мотоциклом. Мы остановили машину, подбежали, а он чуть живой. Жестами показывает, что пить хочет — у него вода закончилась, а кругом же пустыня. Напоили его, он через секунду встал, сел на мотоцикл и полетел дальше. А не остановись мы...

— Как у вас хватало сил? Да и как техника выдерживала такое испытание?

— Во время гонки мы мало о себе думали. По контракту необходимо было довести «Уралы» до финиша, и все остальное уже не имело значения. Сейчас даже вспоминать страшно те боли в спине, ту жару, усталость, недосыпание. Месяц мы были просто деталями грузовиков. А они ломались... Наши механики творили чудеса — ночью мы отдавали им потрепанные, на последнем издыхании машины, а утром забирали готовые к гонке. И так весь месяц. Один из «Уралов» — им управлял Михаил Шихин — так и не смог финишировать: сдохла коробка передач. А наш экипаж все-таки доехал и получил кубок «За волю к победе».

— Месяц в дороге, пустыни, степи... И наконец финиш. Что вы ощутили?

— Вкус настоящей китайской лапши. (Смеется.) Меня просто поразила национальная кухня да и вообще их отношение к нам. Китайцы встречали нас очень тепло, и, похоже, мы за себя радовались меньше, чем они за нас. В Пекине организовали шикарный прием, мы были во фраках, пили шампанское. Конечно, такое не забывается. Вернувшись домой, узнали, что китайцы так впечатлились «Уралами», что решили построить совместное с УралАЗом предприятие по выпуску грузовиков. И построили, насколько мне известно. Ну а для нас главное то, что мы выполнили свою работу.

Ижевские испытатели, принимавшие в 1992 году участие в супермарафоне Париж — Москва — Пекин

Владимир Гольцов, пилот.

Сейчас заместитель руководителя ижевского отделения Федерации автомобильного спорта.

Михаил Шихин, пилот.

Живет в Вологде.

Сергей Штин, штурман.

Сейчас инженер-механик раллийной команды Autostar.

Владимир Стрелков, механик.

Сейчас инженер-механик раллийной команды Autostar.

Юрий Балашов, штурман.

Живет в Канаде.

Владимир Барсуков, механик.

Сейчас на пенсии.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии