Романтика большой дороги

Романтика большой дороги

ПИЛИТЬ ПО ШЕРСТИ

— Ты что, корреспондент, не видишь, как они растут? Пили «по шерсти» — и упадут куда надо! — смех заглушает вой бензопилы. Пот заливает глаза, а густой орешник ну никак не желает падать. Напарник костерит меня за неуклюжесть, эксперимент по расчистке придорожного участка на грани срыва.

Как работать бензопилой, я вообще-то видел только в кинокартине «Коммандос». У Арнольда все получалось ловко, сноровисто и даже, как утверждают дамы, эротично. На 60-м километре трассы «Балтия» в заросшей густым кустарником придорожной канаве было явно не до эротики.

Порученная работа на первый взгляд примитивна. Впереди нас по канаве идет рабочий с ручной газонокосилкой, срезает траву и тонкие веточки молодняка. Мы следуем за ним, низводя бензопилой под корень стволы орешника-сорняка. А метрах в ста за нами целая бригада собирает срезанную зелень в огромные кучи на обочине.

То цепь вязнет в молодой древесине, то срезанное у корня деревцо никак не желает падать! Получается, я стопорю всю работу; с виноватым видом передаю инструмент опытному «кусторезу», а сам в виде наказания встаю в рабочую цепочку — оттаскиваю срезанные сучья к дороге.

Август, два часа пополудни, жара. В трех метрах с сумасшедшей быстротой проносятся по ровной скоростной «Балтии» сверкающие лакированными боками иномарки, а здесь, в придорожной канавке за обочиной, ни тени, ни ветерка…

— Самому пилить деревья не входит в прямые обязанности дорожного мастера, — успокаивает меня начальник ДЭП-24 Юрий Куприянов. — Но знать особенности каждой рабочей специальности, вы, как руководитель среднего звена, обязаны. Чтобы правильно распределить силы, людей, технику.

БЕСПОКОЙНОЕ ХОЗЯЙСТВО

Хозяйство Юрия Дмитриевича на первый взгляд кажется бесконечным. Его ДЭП (дорожно-эксплуатационное предприятие) отвечает за содержание в надлежащем виде скоростной магистрали «Балтия» от МКАД до границы Московской области. А также примыкающих к «Балтии» шоссе. Например — Ильинского, которое, как известно, приводит на знаменитое Рублево-Успенское шоссе в район Жуковки.

Да и сама Новая Рига, как еще по привычке называют «Балтию» водители со стажем, у всего начальства на виду. 158 километров четырех-, а то и шестиполосного автобана, разделенного газоном с металлическими отбойниками, — честно говоря, не слишком типичная для России дорога. Самый популярный спор юных шумахеров — за сколько можно «долететь» до Волоколамска по Новой Риге. Сверхскорости, которые принято развивать на этой трассе (при разрешенных 110 км/ч), — причина серьезных аварий, которые случаются едва ли не ежедневно. Естественно, и требования к дороге с таким скоростным потенциалом — особенные. Нестрашная на «медленных» дорогах ямка, промоина или неровность может здесь, на «Балтии», стать причиной трагедии.

В понятие «эксплуатация дороги» входит ямочный ремонт покрытия, очистка от снега, замена разрушенных барьеров, очистка от мусора обочин, монтаж и ремонт дорожных знаков и т.д.

По сравнению с эксплуатационщиками строители дорог находятся в завидном положении. Они должны в четко установленные сроки построить то, что прописано в проекте; дальнейшая жизнь трассы — не их головная боль. Ответственность за состояние того или иного участка трассы целиком лежит на дорожном мастере бригады, которая этот участок обслуживает.

МОСКВИЧИ РАБОТАТЬ НЕ ХОТЯТ

…Проезжаем по трассе километров десять. Ю. Куприянов показывает незаметные на скорости дефекты — то помятые металлические ограждения, то покосившийся знак.

— Все это устраним в положенный срок, — обнадежил начальник предприятия. — Дорожный мастер, когда получит сигнал о неполадках, должен поехать на место сам или направить бригаду для устранения.

Мы тормозим у оранжевого ЗИЛа-«вахтовки», традиционной машины дорожных рабочих. Под насыпью, в узкой трубе, громко чертыхаясь, возится с лопатой здоровенный дядька. Другой здоровяк направляет в трубу шланг. Руководит ими дорожный мастер Наталья. Воды в августовскую засуху не хватает, и, чтобы промыть занесенную песком трубу под насыпью, приходится гонять цистерну километров за двадцать.

— Если этого не сделать сейчас, в дождливый период труба не будет пропускать воду; не уйдет вода — подтопит насыпь, размоет основание дороги, и тогда придется менять покрытие, — словно первоклашкам, объясняет Наталья суть эксплуатационных процедур.

— Не странная профессия для женщины? — тихо интересуюсь у Куприянова.

— Наталья — действительно, скорее исключение из правил. Дорожный мастер — не женская профессия. Здесь и мужчина не всякий выдерживает. По сути, мы работаем в условиях постоянного риска. Ведь работы ведутся на дороге, а движение, естественно, не перекрывается. Риск аварии — само собой, но вы попробуйте день подышать выхлопными газами! Да что говорить — каждую минуту из-под колеса может камень вылететь.

Увы, за подобные риски работникам дорог не доплачивают по нынешнему законодательству. Парадокс?

— Честно говоря, принимая инженера на должность дорожного мастера, я давно уже не привередничаю, — делится кадровыми проблемами начальник ДЭП. — Начинающий дорожный мастер заработает за месяц каторжного труда не больше, чем любой мелкий чиновник, скучающий в удобном кабинете с кондиционером. Те, кому «до’роги дороги» — действительно на вес золота...

Работающих в отрасли условно можно разделить на три категории. Дорожный рабочий — пролетарий неквалифицированный: работает лопатой на отсыпке обочины, срезает деревья, собирает придорожный мусор. Эксплуатационщики шутят: не будь в Подмосковье столько приезжих, дороги некому было бы убирать. Хотя и платят прилично, москвичи, даже безработные, редко берут в руки черный пластиковый пакет.

С механизаторами — так в ведомстве называют водителей катков, грейдеров, асфальтоукладчиков — ситуация не менее напряженная. Система ПТУ, питавшая отрасль в советские годы, давно не обеспечивает ее возросшие запросы, да и требования к водителям не те, что прежде. Одно дело — управлять допотопным советским катком, другое — сесть за руль современного немецкого агрегата. На вооружении ДЭП-24, к примеру, есть новейшие асфальтоукладчики, водители которых обязаны уметь заложить программу в бортовой компьютер и наблюдать за процессом укладки по монитору.

— У нас есть система повышения квалификации механизаторов, — рассказывает Ю. Куприянов. — Если, к примеру, тракторист из бывшего колхоза решит перейти к нам на работу, мы за свой счет отправим его на курсы в Пушкин под Санкт-Петербургом или во Владимир.

РОМАНТИКА, КАК ПРИВЛЕКАТЕЛЬНЫЙ ФАКТОР

В конторе участка, что в районе 80-го километра «Балтии», тихо. На месте застаем лишь начальника — Павла Олинева. Он уже 16 лет работает в этих местах.

— Я отсюда родом. По специальности мог устроиться только в местный карьер. Но дорожники предложили стать мастером. Решил попробовать — втянулся, — немногословно, пунктирно рассказывает о своем карьерном пути Павел. Сегодня он — начальник участка. В подчинении три дорожных мастера с сотней рабочих, парк спецтехники и около 50 км дороги.

На машинном дворе ни души. Бригады, как у хорошего хозяина, работают в поле... то есть на дороге. У ворот на специальных постаментах отдыхают до первых снегопадов съемные кузова, в которые насыпают смесь и затем разбрасывают на дороге. Павел с удовольствием и нескрываемой гордостью рассказывает, как ему удается усовершенствовать механизмы, как справляется с нехваткой кадров.

Уже за чашкой чая интересуюсь у Олинева, что же удерживает его, здорового, способного мужика, на каторжной службе дорожного хозяйственника. Деньги?

— Да какие там наши заработки... Не сочти за пафос, но когда едешь зимой по участку, занесенному снегом, даешь распоряжение, а через полчаса твоя бригада уже очистила асфальт до черноты и снег продолжает валить, а машины даже скорость не снижают — честное слово, такая гордость охватывает, так приятно на душе, что менять свою работу не хочется. Результаты труда, как говорится, можно рукой потрогать...

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии