И физик, и лирик

И физик, и лирик

Деление людей на технарей и гуманитариев, наверное, правильно. Но правил без исключений не бывает…

Когда я пришел в журнал «За рулем», мой тогдашний редактор, человек обстоятельный, повел молодого сотрудника знакомиться с начальством. Обычная процедура: люди в галстуках и без, дежурные вопросы, такие же дежурные улыбки, рукопожатия. И только один угрюмый человек, хмуро глянув поверх очков, заявил: «Пусть начинает работать, а там посмотрим…» Дядька этот, конечно же, мне страшно не понравился, хотя и приметил у него самый стильный галстук. Так я познакомился с Владимиром Александровичем Аркушей. А через несколько месяцев понял, сколь ошибочным бывает первое впечатление…

Сын военного «в чинах» мог, наверное, выбрать в жизни более престижное и карьерное занятие, но автомобили — это ведь так интересно! Интерес привел сначала в кружок при ДК ЗиЛ, где школьник Володя Аркуша изучал устройство 401-го «Москвича» и осваивал азы вождения на «четыреста третьем». Потом в Автомеханический институт, и вскоре — на АЗЛК. Там молодой инженер-исследователь занимался испытаниями трансмиссий. Типичный путь советского «технаря»… 

Заочно я был знаком с Владимиром Александровичем значительно раньше. С тех пор как начал осмысленно интересоваться автомобилями и читать журнал «За рулем». Ведь подпись «В. Аркуша, инженер» стояла под самыми интересными, по моему тогдашнему пониманию, материалами. Популярные, написанные живым языком рассказы о новинках советской техники, о тех или иных системах автомобиля интересовали увлеченных мальчишек куда больше, чем портреты отличников боевой и политической и передовиков коммунистического труда. Уже работая в журнале, я узнал, что многие материалы, подписанные именами директоров, главных конструкторов, готовил к печати (а порой переписывал заново, с казенно-технического на научно-популярный) тот же Аркуша…

Случай свел сотрудника АЗЛК Владимира Аркушу и известного журналиста Льва Шугурова… Случай ли? Тяга к автоспорту, знакомство с заводскими гонщиками, поездки на соревнования в качестве зрителя, и наконец, место в комментаторской кабине на ип-подромных гонках рядом с мэтром. Технические знания, умение доходчиво излагать мысли не остались незамеченными. Последовало предложение попробовать себя в качестве автора «За рулем»: вышла одна статья, другая. Карьера «физика» дала заметный гуманитарный крен…

Значительно позднее, на зарулевской «Гонке Звезд», я слышал комментатора Ар-кушу. Без занудства и надрыва, просто и ясно, интересно и остроумно он вел зрителей по хитросплетениям спортивной борьбы. Потом мне приходилось слушать выступления Владимира Александровича по самым разным поводам: и на журнальной редколлегии, и на официальных мероприятиях, и на личных торжествах. Приходилось спорить с ним, а иногда даже ругаться. С таким собеседником, скажу я вам, интересна даже самая жаркая дискуссия. Интересна и… опасна. Немногие могут быстро понять суть проблемы, найти железные аргументы и припечатать собеседника фразой острой, как бритва…

Начало восьмидесятых, пресловутый застой. Каждый почувствовал его по-своему. Для Владимира Аркуши работа над трансмиссией перспективной переднеприводной машины то и дело замещалась авралами на производстве. Зрелый человек, опытный инженер принял решение. Так завод потерял инженера, а редакция «За рулем» приобрела нового научного редактора. Потом заведовал отделом, был заместителем главного редактора. Технарь переквалифицировался в «лирика»?

Бывая с Санычем (так зовут Владимира Александровича «в быту» молодые сотрудники) на выставках или автозаводах, я всегда поражался его широкому кругу знакомств. Знаю же, что не был Аркуша на ГАЗе уже лет пять. Ан нет: один поздоровался, другой подошел, третий, уже большой начальник, пытается в свой кабинет затащить. Кто сказал, что журналистов не любят? Не любят халтурщиков-борзописцев. Настоящих профессионалов тоже можно не любить, но есть за что уважать.

Автомобильная журналистика — профессия специфическая. Она требует не только литературной подготовки, умения ладить с людьми, но и разносторонних познаний. В доказательство — маленький, но характерный пример. На одном из автосалонов попытка нашего героя пообщаться с «фирмачом» по-немецки встретила языковой барьер. Я с интересом наблюдал, как старший товарищ будет искать выход из ситуации или хотя бы толмача. Саныч напрягся — и перешел на вполне сносный английский. А вечером потащил нас в Лувр…

Каждому, думаю, в жизни встречались люди, которых можно назвать Учителями. Именно так, с большой буквы. Учитель — это не должность, а мера влияния человека на твою жизнь, твое мировоззрение, твои взгляды. Я смело могу причислить к таким Владимира Александровича. И не я один, наверно. Мы ворчали на его въедливость, обижались на острый язык, возмущались радикальным сокращением своих шедевров. Но правка его всегда была самой точной, въедливость позволяла ловить самые мелкие ошибки, а уж если кого и наградит образом, то всегда по делу. Он стал начальником, но не стал кабинетным сидельцем, постоянно куда-то срываясь. То на салон — окунуться в мир новинок, то на полигон — покататься с молодежью на интересном автомобиле… Кто притащит в редакцию набор раритетных открыток или альбом с редкими фотографиями? Кто выдаст рецензию в три фразы на вчерашнюю кинопремьеру? Кто знает самый «вкусный», но недорогой ресторанчик? И у кого по сей день самые стильные галстуки?

Наверно, такой многогранный человек мог не менее успешно реализовать себя в самых разных областях. Потому что любит, знает и ценит жизнь во всех ее проявлениях. Нам повезло, ведь давным-давно мальчик Володя посчитал, что самое интересное в жизни — это автомобиль.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии