Марафон от янцзы до одера

МАРАФОН ОТ ЯНЦЗЫ ДО ОДЕРА

]

Ha всякий пожарный случай, запаслись всего лишь 120 килограммами запчастей и аж 10 килограммами провианта: шпиком (если хотите — салом), сыром, сухими супами и двумя бутылками… нет, не угадали — кетчупа: с приправой острее воспринимаются умопомрачительные ландшафты Монголии, могучая прелесть вод Байкала, величавость сибирской тайги, седина казахстанских трав…

«Двенадцать тысяч километров до Берлина!» — призывно прокричал Петер Шаумбург, когда мы покидали Пекин. Ишь, повеселел! А всего четверть часа назад он судорожно, на грани безумства искал свой паспорт. Было от чего впасть в мандраж: когда отпрашивался на работе в этот рейд, шеф заявил ему, что если тот не прибудет на работу в срок, то может вообще не возвращаться.

В Пекине нам устроили торжественные проводы парни на двух десятках мотоциклов с колясками. Приятное начало! Прощай, Пекин, город, который успел стать чуть ли не родным — с его старыми домами под изогнутыми крышами и с уютными двориками, каждодневной толкотней и давками, какие в европейских городах бывают только под стенами стадиона перед матчем футбольной Евролиги. Мы говорили «пока!» улочкам, на которых торговцы раскладывают товар прямо на асфальте, увозили с собою запахи дынь, арбузов, имбиря, яблок и бананов… Пекин — город, который не спит. Но его бессонница иная, нежели Лондона или Нью-Йорка. Вечное движение и нескончаемую суету здесь создают не модные художники, диджеи или молодежные тусовки, а рабочие: круглые сутки не умолкает гул экскаваторов, бетономешалок, грейдеров и бульдозеров. Особенно шумно стало недавно — армия строителей вкалывает, чтобы успеть подготовить Пекин к Олимпиаде 2008 года.

До нашей первой цели — летней царской резиденции Чэндэ — 150 километров. Однако мотоцикл Рика заглох, и понадобилась уйма времени на починку. В пути уже восемь часов, а от Пекина всего в ста километрах. Если будем и дальше двигаться в том же темпе, то до Берлина доберемся аккурат к Рождеству.

Невдалеке от Чэндэ мы словно нырнули в другой мир, в давно прошедшее время. Ян Шулин, деревушка с населением в пару тысяч человек, отстала в развитии от современной цивилизации на эпоху. Мы остановились у типичного китайского рынка. И вновь вскружили голову ароматы фруктов, разложенных прямо на асфальте!.. Морщинистый крестьянин Цао, не сводя с нас глаз, не спеша раскурил бамбуковую трубку: «Я никогда раньше не видел иностранцев». То же могут сказать все жители этой деревни, за исключением местных коммунистических лидеров — они иногда бывают в Пекине или Чэндэ. На Петера уставилась с открытым ртом молодая женщина: «У вас крашеные волосы?!» — воскликнула и всем своим видом продемонстрировала высшую степень смущения — будто застигла Петера голым в бане. Петер великодушно простил бестактность: девчонка в жизни не встречала натуральных блондинов.

Большинство китайцев, увы, прозябает в нищете, а нищета влечет забитость. Мы знаем — повидали. Между тем западные политики и бизнесмены до оскомины часто с восхищением отзываются о росте экономики, повторяют и повторяют о сказочных перспективах развития Китая. Дай-то Бог! Но ведь сейчас средний размер дохода на человека здесь составляет 200 евро. Не в месяц — в год!

На следующее утро в буддийском храме Чэндэ мы купили вымпелы с изображением колеса жизни, прикрепили к антеннам наших мотоциклов. «Принесут удачу!» — воодушевился Рене. Принесли, но магическое действие символа помогало недолго: через полтора часа «забастовал» подшипник в мотоцикле Рика. На починку ушло шесть часов. Потеряли бы времени и больше, если бы не помог местный полицейский — он, душа-человек, сопровождал нашего механика Шана в поисках запчастей.

Лишь в полдень следующего дня достигли нашей вчерашней цели — города Фуксин с миллионным населением. Пока ехали к нему, на отрезке в 150 километров я насчитал 36 высохших рек. В русле самой большой из них на импровизированном поле, границы которого обозначены красными флажками, солдаты Народной освободительной армии Китая гоняли в футбол. А где же вода?.. Мы стали свидетелями одной из катастроф мирового значения: проблема водоснабжения в Китае нынче обострилась чрезвычайно — наступает пустыня. Правительственная программа лесонасаждений, оказалось, не в состоянии остановить стремительный навал песков. А ведь Китай — это семь процентов возделываемых площадей Земли, а кормится с них 20 процентов населения планеты.

А уже на следующий день мы были зачарованы сочной зеленью лугов Монголии — вот так контраст! От одной деревушки до другой — 30–40 километров, жизнь в них течет вяло, как медленная река, и все тянутся безлюдные поля, холмы — и так бесконечно, до линии горизонта. В отдалении друг от друга юрты, воздвигнутые умелыми китайцами… Нет, я не оговорился — именно китайцами. Монголы, хоть это и трудно представить, — национальное меньшинство в собственной стране, их численность составляет лишь 15 процентов населения, китайцев много больше — около 80 процентов.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии