Южный крест дэйва барра

ЮЖНЫЙ КРЕСТ ДЭЙВА БАРРА

]

Свой первый «Харлей» Барр купил больше 30 лет назад, когда служил в морской пехоте США. После службы завербовался в южноафриканскую армию, его джип подорвался на противотанковой мине. Наемнику ампутировали обе ноги, он перенес еще 20 операций, вполовину потерял слух... Будущее выглядело безрадостным. Многие в подобной ситуации ломаются, но только не Барр — через два года он уже передвигался без костылей, водил автомобиль и мотоцикл.

Просто кататься стало невыносимо — характер звал совершить нечто, чего не могут даже многие «нормальные» люди. Например, кругосветное путешествие. И он его совершил — объехал сначала Африку, затем обе Америки, а в 1997 году пересек «вдоль» всю Россию, причем зимой. Это достижение в 1998 году Дэйв зарегистрировал как свой первый рекорд в Книге рекордов Гиннесса. То памятное путешествие помогла организовать редакция «Мото», и автору этих строк посчастливилось проехать вместе с Барром часть пути по зимникам Дальнего Востока («Мото», № 1–1998).

С тех пор мы с Дэйвом поддерживаем связь. И вот он предложил нашему журналу свой рассказ о том, как достался ему очередной «Гиннесс» — за пересечение Австралии.

Хотя этот континент и невелик, он в то же время самый трудный для мотопутешественников. По количеству и качеству дорог Австралия схожа с Россией. Неудивительно, что Гиннесс решил рассмотреть вопрос о регистрации «преодоления» материка. Но с условием: надлежит отметиться в четырех крайних точках континента — западной, восточной, южной и северной. По сути, начертить на карте большой крест.

Работы Барру предстояло много: разработать маршрут, обновить снаряжение, самое сложное — найти и «тряхнуть» спонсоров. Ведь Дэйв небогат — вовсе не от хорошей жизни и не из жажды авантюр он завербовался в свое время в наемники.

Старые знакомства и личное обаяние мужественного американца не подвели и в этот раз: одна компания предоставила «Харлей» модели «Спортстер» XL883 2002 года, другая упаковала мотоцикл в ящик и отправила в австралийский город Перт, третья дала денег на перелет. Помогли и в HOG — Harley Owners Group (всемирном объединении любителей «Харлеев»), в котором Дэйв давно пользуется заслуженным уважением и часто «работает» спикером.

Провел тюнинг байка — на «стандарте» далеко в пампасах не уедешь. Круизер «приобрел» 18-литровый бензобак, переднее эндурное колесо на 21'', прочные дуги безопасности и обширный багажник. Барр фанатично уверен, что "Харлеи" — самые прочные машины в мире, они всегда довезут до цели. И ведь действительно не подводят!

Стартовал в дождливый день 5 октября. Не один — компанию составил старый друг Кен Тейлор, он вел фургон позади. Замечу, Тейлор, служивший в Американских воздушных войсках специального назначения, тоже инвалид — он одноног. Поехали на север от Перта к прибрежному городу Карнарвон. Особенность австралийского драйва — левостороннее движение — ничуть не смущала Барра: 11 лет он прожил в ЮАР, а здесь на дорогах тоже «все наоборот».

После 400 миль в Тамале съехали с «нормальной» трассы на петляющие и «заносчивые» песчаные дороги. Но другого пути к мысу Стип-Пойнт, самой западной точки Австралии, не существует. Пока Дэйв перебортовывал колеса на кроссовые, Кен выкатил из фургона свой байк. Наверняка Барр в душе позавидовал мотоциклу друга: это был более практичный в этих условиях внедорожник. Поскольку Барр лишен обеих ног, при езде его преследуют некоторые проблемы. Например, не может привставать на подножках, чтобы «гасить» удары, и они отдают в позвоночник — «Харлеи» не славятся мягкостью подвесок...

И вот путешественники у знака, утверждающего, что здесь — самая западная точка Австралии. Фотографирование для отчета Гиннессу — и назад, в путь. Кен убрал байк в кузов, а Барр занялся обратной заменой колес.

Друзья расстались. Барр двинул вперед к следующему месту назначения на восточном берегу. Две 10-литровки с бензином закрепил за сиденьем, что дало ему запас пробега почти в полтысячи км: в Центральной Австралии изобилия АЗС не наблюдается.

Протяженность пути через континент к мысу Байрон, самой восточной точке, составила почти 8000 км, половина из них — грунтовые дороги. Ехал совершенно один 12 очень долгих дней по безлюдным землям между пустынями Гибсона и Большой Викторией. Вообще-то, по Австралии колесят туристы из Америки и Европы, но они не забираются настолько далеко вглубь континента — предпочитают «вылизанные» шоссе восточного побережья. Дорогу нашему страннику перебегали сотни кенгуру, он вспугивал экзотических страусов эму, на вечерних привалах досаждали летучие мыши — словно миниатюрные «стэллсы», они бесшумно пикировали прямо на огонь костра. К счастью, обошлось без знакомства с крокодилами и ядовитыми змеями, которых в диких местах Австралии хватает.

Когда Дэйв достиг восточного побережья, его взяли «под крыло» активисты VVMC (Viet Vets Motorcycle Club — Клуба ветеранов Вьетнама). В сопровождении десятков байкеров спустился к мысу Байрон, что в сотне миль южнее города Брисбена. Бывшие вояки помогли протащить «Спортстер» вниз на 60 ступеней и водрузить его на оконечность мыса — самую восточную точку континента. Это была легкая часть пути — труднее дался подъем «Настоящего Американского Металла» на те же 60 ступеней.

Отсюда путешественник повернул на юг к мысу Вилсона, третьей точке маршрута. 13-го октября упал — поскользнулся на пятне солярки. Похоже, и в Австралии это число приносит несчастье. К счастью, обошлось — спасли предусмотрительно установленные дуги безопасности.

В Мельбурне его встретили байкеры HOG и эскортировали до мыса Вилсена. Здесь расположилась служба национального парка Виктория. Администрация парка дружелюбно отнеслась к группе и уважительно к цели Барра, однако чиновники не разрешили продвигаться дальше на мотоцикле — только пешком... Барр связался с редакцией Книги рекордов Гиннесса, ему ответили: если путешественник донесет часть мотоцикла к официальному знаку крайней точки, то это будет «о'кей». Дэйв открутил переднее колесо и потащил его. Лил дождь, нести далеко, но никому из сопровождающих не позволил себе помочь — нес груз сам. Это в характере Барра, я знаю. Еще тогда, во время нашего совместного рейда по России, он тоже всячески отвергал любую помощь. Помню, как-то я шел с пустыми руками, а Дэйв нес два тяжелых рюкзака. Естественно, я предложил взять один — он гневно отказался. Ни в чем не хочет даже показаться ущербнее «двуногих».

Вот и тут, обливаясь горячим потом и холодными дождевыми каплями, часть пути колесо тащил, часть — катил по натоптанной дикими животными тропе. Но сделал-таки необходимые для отчета о путешествии фотографии с третьей точки своего «креста». Еще более долгим и утомительным был обратный путь к мотоциклу... Позже Дэйв мне признался: когда он дотащился до «Харлея», колесо весом 15 кг «тянуло» на всю тонну.

Оставалось доехать до последней — северной точки путешествия и «взять» мыс Йорк. По дороге на пару дней остановился в небольшом городке Даббо на реке Маккуори в штате Новый Южный Уэльс — «Спортстер» потребовал техобслуживания: даже «неубиваемые» «Харлеи» устают и начинают капризничать. В данном случае подвел приводной ремень заднего колеса: сильно «размахрявился», а за несколько километров до городка и вовсе «крякнул». «Харлеи» и в Австралии самые популярные мотики, однако купить здесь новый ремень оказалось непросто. Запасного же Барр с собой не взял — понадеялся на заверения фирмачей о «вечности» этой детали... Доверчивым стал мой дружок: в своих предыдущих скитаниях он не рисковал — устанавливал цепной привод.

На полуострове Кейп-Йорк расположен небольшой городок Уэйпа, здесь Барра встречали 13 местных любителей off-road'a из группы, именуемой GROWL — Geriatric Riders of Wiepa Location. Все слова в названии понятны, за исключением одного — «Geriatric». Даже англоговорящий американец не смог сообразить, что оно обозначает, а новые друзья лишь загадочно ухмылялись. Дэйв плюнул и перевел так: великовозрастные безумные ездоки... «Ездоки» же проявили безумство по-своему — предложили Барру составить ему компанию в 400-километровом броске на мыс Йорк.

Что за парни! Вместе с Дэйвом они как мальчишки лезли на вершину мыса: тут при всем своем упрямстве Барр не смог бы справиться в одиночку: приходилось толкать и волочить машину по скалам, потребовалось даже применить подъемный блок и такелажные принадлежности, чтобы затащить полтонны груза... Шел аккурат 44-й день с начала путешествия, когда в конце концов процессия добралась до высшей точки австралийского континента.

Парни предложили отметить победу в ближайшем кабачке. Австралийцы безумно любят пиво! Но их постигло разочарование: Дэйв удивителен и тем, что абсолютно не приемлет алкоголь. Помню, в России он даже изготовил табличку — написал корявыми русскими буквами: «Извините, я не пью СОВСЕМ». Ему так часто приходилось ее доставать, что к концу похода она вся затерлась... До случившейся с ним трагедии, приведшей к инвалидности, он не был трезвенником, однако после нее накрепко «завязал», причем исключительно из идейных соображений: «Какой же пример я буду показывать другим инвалидам?! Они должны бороться, чтобы выжить, а не поддаваться унынию и слабости.»

В Австралии табличку писать не пришлось: здесь все англоязычны. Но отказывать приходилось часто, ведь австралийцы чрезвычайно гостеприимны... В смысле предлагали выпить. «В этом они сродни русским», — смеялся мне в трубку Барр.

И еще я помню вот что. Как-то Дэйв во время ночевки в палатке, когда «за бортом» было —35°, признался: «Знаешь, Иван, в душе я немного русский. С чопорными, вечно к месту и ни к месту улыбающимися, но холодными в душе американцами труднее ладить, чем с вами — открытыми и бесшабашными». И вот теперь он стал немного австралийцем — настолько его «согрели», ввели в состояние радушия спутники, сердечные и веселые парни.

Но и к Барру тянет как магнитом. Мужик умный и трезвый, он прекрасно понимает, что одна из составляющих доброжелательности к себе — восторженное отношение к инвалиду, способному совершать то, на что способен не всякий «нормальный». Понимает это, но не злоупотребляет, а использует «правильно» — дает яркий пример другим людям с ограниченными возможностями, он живое руководство к действию.

Вот еще одно мое воспоминание из времени его «российской эпопеи».

Мы ехали по Москве, на перекрестке к нам подкатил в коляске инвалид без ноги — просил милостыню, прямо скажем, просил нагловато. Мой американец на секунду опешил, а затем продемонстрировал мужичку свои протезы. Тот, в коляске, изменился в лице и судорожно погнал к тротуару, а затем прочь от перекрестка. «Может, в его жизни что-то изменится», — проговорил Барр...

Тогда я промолчал. Но сейчас, узнав об очередном достижении Дэйва и о том, чего оно ему стоило, я окреп в уверенности: что-то изменится к лучшему. Люди станут чуть добрее, душевнее, внимательнее друг к другу. Ради этого стоило преодолеть 16 000 километров. Я уверен, это не последнее доброе дело Дэйва Барра, моего друга, который несет свой крест.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии