"тассони"

«ТАССОНИ»

]

КОНКУРС «ЖУРНАЛИСТ»

«ТАССОНИ»

Игорь ЕФИМЕНКО

Давно это уже случилось. Лето. Жара несусветная. Томный, полуденный зной. Шальное солнце в зените разогрело московский асфальт и с мягкой его поверхности дымкой поднимаются колеблющиеся испарения, искажающие все вокруг. Но в сухом воздухе уже ощущаются признаки надвигающейся грозы. Вот-вот первые капли ее лягут блестящими пятнами на жирную поверхность шоссе, предрекая будущие аварии и возможные катастрофы...

У-ф-ф-ф, кончилась пытка — попытка прозы, начну повествование. Клиента везу, подобрал его на «помойке», то бишь на аэровокзале, и везу в «Шереметьево». Вонзаемся в поток Ленинградского проспекта и, конечно, мгновенно — в левый ряд. Идем чинно: поток 80 — и я 80, поток 90 — и я 90, поток 100 — и я 100 и так далее. Дистанция — считанные метры, интервал — до метра, машин много: все жмутся, поспешая. В таком режиме наша разноцветная, длиннющая змея, преодолевая туннели и мосты, устремляется все дальше и дальше вон из города, и я — маленькая частичка, звено, чешуйка этой змеи, спешу вместе с ней. Проскользнули проспект и вползаем на Ленинградское, но уже шоссе.

А вот и долгожданный дождичек, пока крупный, пока редкий, а вот и знакомый знак — «Осторожно, дорожные работы!». И я влетаю со всеми, не сбавляя скорости, на полосу препятствий. Сопряжение старого асфальта с новым, конечно же, ступенькой, правда, небольшой. Мы с клиентом, мирно болтая, легко подпрыгнули, и... вдруг машину резко бросило, и она нырнула «клювом» вправо. Я баранку — резко влево, машина отреагировала, и мы взлетаем на разделительный, покрытый сочной зеленой травкой, газон, что напротив Водного стадиона «Динамо». А на том газоне замерли недисциплинированные пешеходы, пытавшиеся беззаботно перейти улицу в неположенном месте и не знающие, что им теперь делать, ведь я лечу на них. Давлю на тормоз — педаль колом! Руль, как я его вывернул в крайнее левое положение, так его здесь и заклинило. Обратного пути в свой поток нет! Что делать?! Передо мной — люди, а на встречной полосе — стена машин, движущихся от светофора, что на перекрестке с Головинским шоссе.

Я инстинктивно давлю на педаль акселератора, стремглав пролетаю проезжую часть и с размаху приземляюсь днищем на обочину рядом с забором стадиона. Но предварительно получаю весьма ощутимый боковой удар в «зад»: это шедшая в крайнем правом ряду «Волга» Гостелерадио постаралась. Удар приличный, задний мост выбило, а запасное колесо до сих пор так никем и не найдено. Водитель этой «Волги», видно, суперпрофессионал с тридцатилетним стажем, рассказал мне потом, что он, стартуя от светофора первым, набирает обороты и видит, как я по диагонали, с бешеной скоростью пересекая улицу, мчусь прямо на него. От неожиданности он резко тормознул, вывернул руль и гениально лег, поджав ножки, вдоль переднего сиденья. Тем и спасся! От удара его рулевое колесо чуть не уперлось в подголовник кресла. Все мы вышли как ни в чем не бывало, не понимая, что же произошло. У моего клиента — легкая царапина на лбу, суперпрофессионал — как огурец, я же порвал ботинок. Переднее правое колесо моей «Волги» отломано: шкворень в сечении излома оказался наполовину ржавый, то есть с заводским браком. Несколькими днями раньше у машины было техобслуживание, где заменяли отслужившие свой срок детали ходовой части, да, видно, шкворень поменять забыли. Вертикальную нагрузку он кое-как держал, а вот от бокового удара сломался, колесо отвалилось, но осталось в крыле — произошло резкое торможение, которое на свежеуложенном асфальте, политом дождичком, дало эффект скольжения или неуправляемого заноса. Все это подтвердило служебное расследование, и таксопарк взял на себя все расходы. Но это было потом.

Я же, приехав в «конюшню» в состоянии стрессовой веселости, треснул с механиком бутылку водки и как ни в чем не бывало, ни в одном глазу, поехал домой. Дома, приняв на грудь еще столько же, мирно, спокойно уснул. На следующий день, побрившись, пошел в церковь, поставил свечку и только тут до конца проникся ужасом происшедшего, отчего не вышел на работу, а грустно запил...

Надо сказать, что за руль я сел в 35 лет и сразу как профессионал. До того — институт, аспирантура, диссертация, членство, номенклатурная должность, в общем, как у многих в то время. Но судьба распорядилась по-своему, и я оказался учеником водителя такси, куда устроили меня по большому блату. Директор таксопарка на свой страх и риск взял меня на рабочую специальность, нарушив незыблемую должностную инструкцию. Геннадий Вальтерович, я ваш должник!

Так вот, начав новую трудовую жизнь, возвращаясь после смены, я всякий раз мысленно прокручивал экстремальные ситуации, анализировал их, находил правильные оптимальные пути решения. Для безопасной езды я выбрал стиль, наиболее благоприятный для меня. Вкратце поделюсь: никогда, ни при каких обстоятельствах не ездить на «нейтрали», будь то отличная дорога или гладкий спуск. Перестраиваться, маневрировать, тормозить только при включенной передаче, время переключения передач сократить до минимума; все дорожные эксцессы стараться решать с помощью газа, то есть ускорения: такая активная позиция позволяет быть хозяином положения, а не печальным статистом, ждущим, что же с ним сделают другие участники движения. Но для этого дорожная ситуация всегда должна быть под контролем.

Часто ловлю себя на том, что, если меня окликают на улице или трогают за плечо в метро на эскалаторе, я не поворачиваю голову, а смотрю вперед, чуть вверх, в зеркало заднего вида и, только сообразив что к чему, оглядываюсь назад — рефлекс! Работая первые полгода ежедневно и делая по 400, а то и 500 км, старался запомнить время работы светофоров: сколько горит красный, сколько зеленый, когда зажигается стрелка — это давало мне возможность спокойно, без торможения рассчитывать скорость движения и самому создавать для себя «зеленую волну». Всегда смеюсь над владельцами могучих иномарок, резко стартующих и резко тормозящих, когда я, плавно меняя передачи, проезжаю мимо них, нервно ревущих на светофорах. «Чайники», что с них взять! Для меня идеал, когда только один раз за поездку включаешь первую передачу — при посадке клиента. Все остальное время до его высадки едешь, не останавливаясь, с разной скоростью. Попробуйте — в городе это непросто.

Особенно тяжело давалось не реагировать эмоционально на обидчиков на дороге. И у вас бывает, когда догоняет вами же случайно обиженный водитель, показывающий что-то и делая ужасную рожу, кричит на вас, но вы не слышите. Не тратьте попусту энергию, берегите нервы: и вы не без греха, и вы, случалось, подрезали, и вы когда-нибудь не уступали. Спокойней, господа...

Так вот. Где-то через недельку выхожу я на работу. Вызывает меня директор. Иду, ожидая выговора, а может и того хуже... Захожу в кабинет. Директор

Г. Саная, сын известного в прошлом вратаря сборной СССР и отец не менее известной фигуристки, ну и сам мужик крутой, победитель популярных в то время ралли «Директор», отложив в сторону ручку, говорит:

— А! Ты! Ну заходи, заходи. Как сам-то, рассказывай. Отошел?

— Все нормально, — говорю, по тону понимая, что выговора не будет. — Оклемался — теперь на работу, с новыми силами. Жаль вот машину, на списание ее.

— Знаю, знаю. Сам-то нормально, вопросов, просьб нет?

— Да, нормально. Только вот, — немного подумав, говорю, — купил я ботинки, итальянские, в «Березке»: «Тассони». Денег стоят, дорогие. Порвал я тогда один ботинок о педаль газа, наверное. Жалко, нравились они мне очень. Новые совсем, второй раз надел.

Саная долго вопросительно-удивленно смотрит на меня. И вдруг взрывается:

— «Тассони»! Ты что, «чайник» какой-нибудь, что ли? Такой-сякой, разэдакий (следует полная моя характеристика). Выезжаешь на линию, знаешь, что у тебя ЧП случится, а ты новые дорогие ботинки надеваешь! Ты профессионал или что? Одеться должен был соответственно: кроссовки старые, одежонку какую похуже. А ты «Тассони», да из «Березки»! Пиши заявление.., — и после томительной паузы, — на материальную помощь, но больше четвертного не получишь, в следующий раз умнее будешь.

С тем я и ушел. Без обиды. Такси — школа жизни. У нас ведь как было: даже если в тебя въехали сзади в стоячего, все равно ты виноват, не предусмотрел, что «чайник» мчится, не ушел от него. «И это правильно».

Смены три я ездил, вернее, ползал по городу, ожидая, что меня опять вдруг понесет куда-нибудь или оторвется что-нибудь, потом робость прошла, вернулась уверенность. Верный своим принципам, я позже спокойно проанализировал эту аварию и сделал вывод, которым в качестве последнего, главного совета делюсь с вами: никогда, ни при каких обстоятельствах, в день, когда с вами должна случиться авария, не выезжайте, ну а если позарез нужно, то одевайтесь похуже и всегда возите под сиденьем старую-престарую пару обуви, которую вам не жалко... Я вожу. Вожу... «Тассони».

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии