И тебя посчитают и меня...

И ТЕБЯ ПОСЧИТАЮТ И МЕНЯ...

]

ЭКСПЕРИМЕНТ ЗР 

И ТЕБЯ ПОСЧИТАЮТ И МЕНЯ...

Дмитрий ЖЕРНОВ

Авария, по городским меркам, случилась пустяковая — «железка»: на перекрестке «шестерка» догнала нашу редакционную «Оку» и «чмокнула» в самый зад. У VAZ 2106 слегка помят передний бампер да треснула декоративная решетка радиатора. «Оке» досталось больше. Конструкция «табуретки» (так ласково называют у нас этот автомобиль) такова, что и не очень сильный удар может вызвать серьезную деформацию кузова. В результате даже дверь заклинило — следовательно, ремонт предстоял серьезный. Огорчение немного уменьшилось, когда решили взять происшествие за основу эксперимента, цель которого — выяснить, как сегодня составляют калькуляцию ущерба при ДТП.

Поверьте, эксперимент наш чист — после столкновения события развивались по «цивилизованному» сценарию. Водители вышли из машин, ругнулись (для порядка), развели руками и мирно договорились, кто прав, а кто виноват. Вызвали ГАИ, оформили протоколы, схему происшествия, получили справки с перечнем внешних повреждений, расписались, обменялись телефонами и решили оценить ущерб, составив калькуляцию. Я потому и назвал эксперимент чистым, что участники ДТП не устраивали скандалов, не обжаловали действия ГАИ и не пытались свалить вину один на другого, привлекая на помощь бандитов.

Как и где оценить понесенные «Окой» потери? Увы, исчисление потерь до сих пор остается делом «темным» (с правовой точки зрения), отданным на откуп всевозможным частным фирмам и фирмочкам. Как это ни странно, деятельность их не лицензируется, единой формы документа, кроме «Акта осмотра транспортного средства», не существует, да и тот каждая контора трактует по-своему. Есть документ с индексом РД 37.009.015–92 — методическое руководство для исчисления ущерба и стоимости ремонта. «РД» настолько сложно и изобилует такими изощренными формулами, что разобраться в нем может только опытный эксперт. Эксперты, ау!..

Самое интересное, что обычно калькуляцию составляют для суда, чтобы взыскать с виновного сумму на ремонт разбитой машины. А суду, в общем, безразлично, каким образом пострадавшая сторона будет доказывать величину своих потерь. Этим и пользуются некоторые «калькуляторы», оценивая ущерб с учетом пожелания клиента. Ведь их доход составляют проценты (порядка пяти-шести) от насчитанной суммы.

В то же время есть негласный, но всеми уважаемый порядок. Например, вызов второго участника аварии должен быть обязательно подтвержден телеграммой с уведомлением, отправленной не менее чем за три-пять дней до составления калькуляции. Если виновник не явился, то калькуляцию делают спустя час ожидания, но с пометкой в «Акте осмотра»: «Ответчик уведомлен, но на осмотр не явился».

Добавим, что сама калькуляция — штука теоретическая. Если реальная сумма на восстановление автомобиля окажется выше — нет проблем: в суд и доказывайте все снова. Из последних новостей: «свежий» Уголовный кодекс России за ущерб, превышающий 500 МЗ, гарантирует ныне виновному лишение свободы до двух лет, а «прав» — до трех.

Желающих оценить наш подбитый автомобиль нашлось более десятка. Их рекламки встретите в любом отделении ГАИ. Садимся за телефон и набираем номера первых попавшихся. Результат: из шести опрошенных контор в половине, узнав, что мы — пострадавшая сторона, настойчиво приглашали к себе, обещая «юридическое сопровождение» и помощь в ремонте. Другая половина ограничилась вопросом, когда нам удобно к ним приехать. Да, сегодня уже появились комплексные формы обслуживания: экспертиза, юридическая защита и ремонтная мастерская. Казалось бы, лучше не придумаешь. Если участники аварии не смогли найти общий язык на дороге и теперь их путь — в суд, то имеет смысл, обратившись к такому бюро добрых услуг, поручить ему все свои проблемы. Вот только настроение испортила одна из таких «фирм». После телефонного допроса (где произошла авария, какие машины столкнулись, признает ли свою вину «обидчик», сколько мы хотим с него «содрать», что написала ГАИ, кто мы такие, номер нашего телефона и т.д.) нам было заявлено, что только их фирма способна правильно оценить ущерб и подготовить бумаги, безоговорочно «проходящие» в суде. Более того, намекнули, что судья — «наш человек», а с виновником аварии, при необходимости, проведут «беседу», после которой он с радостью отдаст... не только свою машину! Правда, для начала нужно внести наличными 300 долларов. Положив трубку, с облегчением подумали: хорошо, что не оставили лихой конторе своих координат. Да вот больно настойчиво она рекламирует себя по радио и в газетах — найдется, ох, найдется клиентура. Мы же решили искать других.

Позвонили на две СТО и в одну фирму, рекламируемую (представьте себе!) самой ГАИ. Причем ненавязчиво — на обратной стороне той самой справки, где описываются повреждения автомобиля, Ф. И. О. и адрес виновника ДТП. Кстати, эта справка не может служить основанием для определения суммы причиненного ущерба. Нередко пострадавшие в авариях, уповая на справку, ремонтируют машины до калькуляции, лишая эксперта возможности определить конкретную сумму ущерба. В результате истребовать в судебном порядке причитающуюся им сумму становится проблематично. Вообще, дело ГАИ только зафиксировать факт аварии и перечислить внешние (!) повреждения — не более того! Дальше разбирайтесь с обидчиком сами. Можете договориться, а можете судиться. Кстати, умный виновник ДТП после расплаты потребует от вас расписку о том, что никаких претензий вы к нему в дальнейшем иметь не будете.

Все три организации, согласовав время оценки, попросили прийти с другим участником аварии (или взять копию заранее отправленной телеграммы с уведомлением, техпаспорт на машину, гаишную справку, ну, и сам автомобиль). «А если он не на ходу?» — спросили мы. Оказывается, калькуляцию можно составить там, где стоит машина. Такая услуга обойдется от 50 до 100 тысяч рублей за час работы эксперта. Посоветовавшись, решаем ехать (и, соответственно, вызвать водителя «шестерки») в фирму, адрес которой напечатан на обороте справки: ГАИ плохого не посоветует.

Ровно в одиннадцать утра мы с виновником аварии — в офисе оценочной фирмы. Машину оставили на ближайшем пустыре. Кроме нас, в помещении толпится человек десять. Подходим к милой девушке, выполняющей роль секретаря-организатора: «Нам назначено на одиннадцать». — «Обождите, инженер-эксперт сейчас освободится. Витя!». На крик отзывается некий молодой человек: «Щас!» Справедливости ради отметим — прождали мы не более пяти минут. За это время узнали, что одновременно работают три эксперта, свою работу делают быстро, и дверь офиса закрытой практически не бывает. Водитель «шестерки» увидел на столе секретаря стопку Правил дорожного движения: «Купить можно?» Ну, наконец, подумали мы, у человека нашлось время приобрести ПДД. Оказалось, брошюрки дарят всем желающим. Мы еще больше обрадовались: коль бесплатно, то, может, и прочтет.

— Так, мужики, справку, техпаспорт и ваши удостоверения личности, — это подошел Витя. В качестве последних сгодились «права». (К слову, некоторые фирмы требуют паспорта.) Сверив наши физиономии, Витя идет осматривать «Оку». Мы, заранее зная, что после удара повело днище, выгребли из машины канистры, инструмент, прочее водительское барахло, сняли обивку дверей, коврики и даже заднее сиденье. Осмотр занял не более минуты. Витя, потребовав тряпку, молча протер бока, стремительно обошел два раза машину, сказал: «Так, понятно» и направился обратно в контору. Мы за ним не поспевали. Наш «обидчик» пытался было что-то спросить, но после Витиного приговора: «Мне уже все ясно!» стушевался. Сев за стол, инженер-эксперт начал быстро заполнять «Акт осмотра одиночного (почему-то) транспортного средства». Марка, год выпуска, пробег (основной показатель износа машины), номера, владелец, адрес... Потом (столь же быстро) перечислил четыре обнаруженных им дефекта: «1. Деформированы с образованием глубоких острых складок и в труднодоступных местах задняя панель — ремонт 3; левая наружная панель боковины, пол задний — ремонт 2». «2. Устранить несложный перекос кузова в проеме двери задней». «3. Сломанный задний бампер — замена». «4. Окраска деталей с материалами».

Упомянутые ранее «РД» предусматривают четыре вида ремонта, в зависимости от степени сложности. Там же оговорены четыре вида перекоса. Соответственно от того, какой вид ремонта и перекоса «признает» эксперт, зависит и сумма возмещения ущерба.

На обратной стороне «Акта» Витя выносит «Заключение»: «1. А/м подлежит восстановлению», «2. Возмещение ущерба», «3. Справка из ГАИ №...», «4. Возможны скрытые дефекты». «Акт» составлен по наружному осмотру. При осмотре присутствовали: владелец автомобиля (наша подпись), заинтересованные лица (подпись водителя «шестерки»), инженер (подпись Вити). Все. Мы молчим. На удивление, молчит и виновник ДТП, а ведь может запросто оспорить итоги экспертизы, не расписываться и написать в «Акте», что с оценкой не согласен. Что ж, дело его. В конце концов он просто водитель, а калькуляция — раздолье для навешивания «лапши» человеку, не искушенному в ремонте автомобилей. Витя собирается с нами попрощаться и отдать рукописный «Акт» куда-то вглубь конторы на предмет подсчета ущерба. Тут мы спрашиваем: «Скажи, Витя, а будет учтена утрата товарной стоимости?» Недоуменный взгляд: «Да вы что, мужики, у вас тачка 1992 года рождения, какой товарный вид?» Хорошо. «Ну, а по каким расценкам вы считаете стоимость запчастей?» «По средним», — буркнул Витя и ушел.

До поездки мы проконсультировались с юристом и узнали, что в калькуляции обязательно должны присутствовать: стоимость работ, деталей, подлежащих замене, и материалов. А стоимость работ и запчастей определяется, исходя из действующих свободно-розничных (отпускных) цен предприятий-изготовителей на день осмотра автомобиля. Последним составляется «Заключение», где выводится сумма утраты товарной стоимости автомобиля (иначе — потеря товарного вида).

Ждем. Через десять минут нам выносят набранное на компьютере «Заключение» №... В нем говорится, что «свободно-договорная розничная цена автомобиля — 20 миллионов рублей, процент износа — 28,8, стоимость машины с учетом износа — 14 240 000 рублей, снижение стоимости с учетом ранее имевших повреждений — 30%, стоимость автомобиля с учетом процента износа и технического состояния без учета повреждений на день осмотра составит 9 968 000 рублей, в результате повреждений и последующих ремонтных воздействий произойдет снижение товарной стоимости по позициям...» Далее перечисляются поврежденные детали, способы восстановления (ремонт №...) и коэффициент утраты товарной стоимости подетально. И, наконец, общая сумма утраты товарной стоимости — 408 688 рублей. Все-таки посчитали — молодцы.

На следующей странице — собственно калькуляция. Перечислены виды работ (включая подбор краски!), запчасти и материалы. По каждому пункту подсчитана сумма и выведен итог — заветное «Всего»:

3 230 900 рублей. Ниже — сколько мы должны за экспертизу и составление бумаг — шесть процентов от этого «Всего». Единственное, что не было учтено в калькуляции, — процент износа деталей, подлежащих замене. (Например, задний бампер у нас старый, а менять его будут на новый.) В то же время вычислить этот процент сложно, поэтому на практике износ деталей приравнивают к общему износу автомобиля. Однако в «РД» есть соответствующие нормативы, поэтому стоимость восстановительных работ у нас должна быть хоть и незначительно, но меньше суммы «Всего». Этот просчет мы компенсировали, не потребовав с виновника сумму утраты товарной стоимости. И еще, согласно «РД», «основанием для проведения оценки является заявление владельца». Мы такого не писали.

Отметим, что бумаги нам выдали в фирменной папочке, где, помимо «Акта», «Заключения» и «Калькуляции», находились: «Сертификат качества» (выданный неким центром сертификации центрального (?) региона), очевидно, призванный разить наповал виновников аварий и судей, готовое исковое заявление «О возмещении вреда...» и памятка «По возмещению ущерба». В последней бумаге оказались весьма грамотно подобранные выдержки из Гражданского и Административного кодексов. Признаться, неплохое пособие для начинающих адвокатов.

После ознакомления с итоговой цифрой владелец «шестерки», как водится, загрустил. Мы предложили ему съездить на сервис и конкретно спросить слесарей (не показывая калькуляцию), во сколько обойдется ремонт нашей «Оки». Каково же было наше удивление, когда на двух СТО нам назвали суммы, почти не отличающиеся от указанной в калькуляции! Аргумент, что и говорить, убедительный. Через пару дней расчет с обидчиком состоялся, и мы написали ему расписку об отсутствии претензий.

К сожалению, продолжить эксперимент и повторить поездку за новой калькуляцией в другую фирму оказалось нереальным. Таскать с собой владельца VAZ 2106, вызывать его телеграммами... Но нам было важно убедиться, что при всем несовершенстве (на законодательном уровне) подсчет понесенных в результате аварии убытков возможен. И лучше всего оценивать машину у фирм, не сулящих золотые горы, но имеющих опытных специалистов. Это — практики, знающие, что почем, и не преследующие цель поживиться за счет клиента.

Хотя лучше — читать Правила, пропускать дураков и, как следствие, не составлять калькуляций.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии