Русский транзит

РУССКИЙ ТРАНЗИТ

]

КЛУБ «АВТОЛЮБИТЕЛЬ»

полезное действие

В ЛИТВУ ЗА МАШИНОЙ

РУССКИЙ ТРАНЗИТ

ЕВГЕНИЙ БОРИСЕНКОВ. ФОТО: КОНСТАНТИН ЯКУБОВ

Не счесть россиян, покупающих старые иномарки. Не от жадности, однако, а по бедности. Между тем подержанный автомобиль — это кот в мешке и покупка его — почти всегда лотерея. Что за технику предлагают нам авторынки?

Отныне этому, непростому для очень многих вопросу мы намерены уделять куда больше внимания, чем раньше. Изучать вторичный рынок, приобретать достойные внимания экземпляры, тестировать их не только на дорогах. И разумеется, писать обо всем этом в журнале.

Начинаем с путешествия в Литву — самое популярное у перегонщиков место для покупки нормальных (леворульных) подержанных иномарок. Из Европы машины туда везут автовозами, а значит, накладные расходы наших потенциальных продавцов минимальны. Поездка, к примеру, в Германию встанет куда дороже.

Едем с определенным заданием: купить пару свежих машин, уложившись со всеми расходами (включая пошлину) в 8 тысяч долларов за каждую. А еще прикинуть, сколько и на чем можно сэкономить, отправляясь за рубеж за покупкой. Чтобы узнать, по труду ли оплата, мы присоединились к негоциантам, отправляющимся за товаром в Литву.

ПОД СТУК КОЛЕС

Дешевле всего путешествовать поездом. Но прежде, чем покупать билет, еще раз внимательно просматриваем документы. Все ли на месте? Похоже — полный комплект: водительское удостоверение, общегражданский паспорт, разрешение на вывоз наличной валюты и, конечно, загранпаспорт с литовской визой (об оформлении см. ЗР, 2003, № 2). Последнее, как ни странно, очевидно не всякому. Что Литва — суверенное государство, некоторые осознают, уже сидя на чемодане по эту сторону границы и тоскливо взирая на удаляющиеся вагоны. Утешает лишь, что билеты (включая и обратные) всегда в свободной продаже.

Скорый поезд Москва — Каунас отбывает с Белорусского вокзала столицы ежедневно в 18.50. Нас в отдельном купе четверо. Дверь — на механическом стопоре. Еще бы — на всех около 35 тысяч долларов. Лакомая добыча для злодеев! Соблюдаем конспирацию: о деньгах не говорим, по вагону не шляемся, с девушками не знакомимся. От тех, кто встречается в поезде, лучше держаться на расстоянии. Наш наставник (он едет с нами) рассказывает: как-то уступил зову плоти и едва не поплатился — нежное создание оказалось клофелинщицей. Теряя сознание, он успел сорвать стоп-кран и передать деньги и документы подоспевшему начальнику поезда.

Чуть свет — первая настоящая граница Белоруссия — Литва. Братья-славяне дружелюбно проверили карманы на предмет контрабандной наличности и отпустили с миром. А вот иноземные пограничники проявили бдительность, потребовав предъявить чек на оплату визы. Интересно, почему не квитанцию на купленную в дорогу колбасу? Это было бы логичнее — в паспорте цена разрешительного документа указана и скреплена посольской печатью. Убедившись, что искомой бумаги у нас нет, стражи рубежей требовательно, но с просительными нотками поинтересовались, что будем делать дальше. Этого мы не знали и, хотя намек поняли, прикинулись дурачками. Видимо, получилось — дальше нас не беспокоили до самой конечной станции.

ХОЖДЕНИЕ ПО РЫНКУ

Путь от вокзала до местного авторынка занял минут двадцать. Таксист, он же владелец потрепанного «Ауди», всю дорогу ругал власть за дороговизну, но в конце пути охотно согласился скинуть за проезд 5 литов (с 30 до 25).*

С первых шагов по рынку понимаешь — покупателям здесь рады. В каждой из многочисленных забегаловок, гордо именуемых «кафе», — камеры хранения для приезжих. Очень это кстати — с набитыми дорожным скарбом баулами по огромной территории много не находишь. Рядом, в вагончиках, пункты криминалистической экспертизы, комиссионные магазины, опорные пункты охраны. Но что особенно понравилось — обилие ухоженных и бесплатных туалетов.

Объекты продажи выстроены четкими рядами. На каждом — табличка с необходимой информацией. В круг наших интересов входили автомобили 1997–2000 гг. и ценой около 5,5 тыс. долларов (покупка с растаможкой и накладными расходами должна была обойтись максимум в 8 тыс. долл. — таково, напомню, условие редакции). Возрастные рамки определяли тарифы таможни: для машин старше семи лет и моложе трех они неприемлемо высоки. А жаль, среди старичков попадались прекрасные экземпляры. Но Россия, основной потребитель «автостарья», их теперь не берет. Зато охотно и по дешевке скупают граждане Украины, Белоруссии и Узбекистана.

Отыскать относительно свежую трех-пятилетку за треть стоимости оказалось делом нелегким. Только к вечеру подвернулся подходящий вариант: " Peugeot 406" 1999 года выпуска. Поторговавшись, удалось уложиться в 5350 евро. Продавец тоже остался доволен и даже любезно подвез до гостиницы. Оформление он взял на себя и, получив задаток, к следующему полудню представил готовый пакет документов. В том, что объемистая папка содержит все необходимое, сомнений не было. Интересы торгующих сторон в данном случае совпадают, кроме того, опыт наставника говорил, что в подобных операциях проколов не бывает. К тому же, пожелай мы ознакомиться с содержанием, пришлось бы выучить литовский язык!

Второй день поисков прошел вхолостую — ничего подходящего. Но мы не отчаивались. В воскресенье начинал работу крупнейший авторынок Литвы в Марьямполе, и с первыми лучами солнца наша команда прибыла туда. И вновь полдня прошло в бесплодных поисках. Нужные автомобили просто не успевали настолько состариться, чтобы подешеветь до необходимого нам уровня, а подходящие по цене не проходили по возрасту. Наконец, удача! Ухоженный серебристый " Форд Мондео" 1999 года за 5100 евро появился прямо к обеду и сразу вызвал ажиотаж. Здесь вновь пригодился опыт наставника. Пока претенденты лезли под капот и осматривали салон, он всего лишь попросил документы. А завладев ими, больше не выпустил из рук — у конкурентов не оставалось ни единого шанса.

БЕГ С ПРЕПЯТСТВИЯМИ

Следующий шаг — подготовка к дальней дороге домой. Вполне современные и хорошо оснащенные автосервисы в Литве встретишь на каждом шагу. Даже в небольших частных мастерских для посетителей кожаные диваны и кофейные автоматы. В одну из таких мы обратились. Начали с главного — проверки геометрии установки колес. Это хоть и косвенный, но очень важный показатель состояния кузова.

«Форд» прошел процедуру на ура, а у «Пежо» развал левого переднего колеса не дотянул до нормы на целый сантиметр! А вот и причина — явно правленный левый лонжерон. Не исключено, что при аварии пострадал и поворотный кулак. Решаем его заменить и еще раз все проверить. За запчастью едем на разборку. Этот бизнес здесь тоже поставлен на широкую ногу. Сырье поступает... из Англии. Обходится сравнительно дешево — битый автомобиль с правым рулем, кроме как на свалку, на континенте пристроить некуда. Предположение подтвердилось — с новой деталью все углы удалось выставить «в ноль».

На обеих машинах сменили резину. Ехать на сильно потертых летних покрышках по зимней дороге было неосмотрительно.

Залог на московской таможне мы не оставили. Значит, растаможиваться едем туда, где его не требуют, — в город Советск Калининградской области. На границу приезжаем ночью. До начала очередных суток пара часов. Командировку нам лучше отметить следующим числом — решаем немного подремать в отстойнике. Оказалось — зря: в темноте проскочили так называемый накопитель, где формируют очередь на пересечение границы. Пропуск на въезд можно получить только там. Пришлось пристроиться в хвост и ждать еще три часа.

Пограничный контроль проходим быстро. Очередь на таможенный. В тесном кабинете тучный чиновник принимается внимательно изучать запятые. Их много и какой-нибудь наверняка не хватит. А тогда — арест машины и пешее хождение в поисках правды. Тертый наставник предупредил заранее — 20 литов дать обязательно! Но как? Зажав купюру в потном кулаке, жду подходящего момента. Долго мучиться не пришлось: выразительный взгляд, удар ладонью по столу и деньги падают в ящик. Следующий!

Таможенный пост в Советске сработал столь же быстро, но деньги здесь надо платить только в кассу. Таким образом нам в тот же день удалось поставить машины на временный учет и получить транзитные номера. Все складывалось как нельзя лучше...

Черный от грязи и тонировки «Ауди» заблокировал нас на выезде с бензоколонки. Парочка жизнерадостных амбалов вежливо поинтересовалась, куда держим путь и уверены ли в успехе. А затем постаралась эту уверенность развеять. Никаких откровенных угроз и оскорблений. Вроде разговора опытного хирурга с больным, который отказывается от спасительной операции. Расчет верный — скрытая угроза отзывается в душе липким страхом. Но бить врага надо его же оружием. Деликатно объясняем, что работаем на хозяина с большими связями. Из личных вещей — только то, что на себе. Так что ключи от машин, документы и деньги готовы отдать немедленно. Но всемогущему боссу это вряд ли понравится... Оппоненты погружаются в раздумья. И вдруг, о чудо! Звонок из редакции. Начинаю докладывать обстановку. В это время за спиной раздается рев мотора и визг шин — «Ауди» скрывается за ближайшим поворотом. Кажется, пронесло.

ПУТЬ К ПРИЧАЛУ

Полдела сделано — автомобили куплены, растаможены и «поставлены на транзитные номера». Пора возвращаться. Маршрутов много. Самый короткий — обратно через Литву. Но наши однократные визы (а других без заверенного приглашения в посольстве не дают) уже погашены. Оформлять транзитную — потеряешь неделю. Паром до Санкт-Петербурга в эту пору не ходит, да и дорого обойдется морская прогулка. Остается двигаться через Польшу. Крюк приличный, километров 350, зато виза не требуется.

Хорошенько выспавшись накануне, едем в сторону польской границы. Перед ней, как водится, накопитель. Машин немного, в основном челноки-поляки. Судя по мятым лицам и постелям в салонах, одну ночь они здесь скоротали. Пристраиваемся сбоку и идем в диспетчерскую за талонами-пропусками. Здесь мы свои, русские, да к тому же транзит. Через час под недовольный ропот очереди продолжаем путь.

Километров через пять — очередной отстойник. Контингент ожидающих тот же, но машин — битком. По нашим скромным предположениям — суток на двое. Наставник решает, что надо «дать в лапу». Иду к пограничникам. Поморозив меня для порядка пару часов, старшая наряда (да-да, женщина и к тому же тезка) совершенно бесплатно пропускает нашу команду на территорию терминала. Что это было — заведенный порядок, хорошее настроение или сходство имен, мы так и не поняли.

Речь Посполита порадовала хорошими дорогами и отличной погодой. Правда, в некоторых воеводствах на антигололедные реагенты предпочли не тратиться, и очищенная от снега проезжая часть местами напоминала каток. Заблудиться в пути можно только по доброй воле. Указатели направлений установлены всюду, вплоть до незначительных разветвлений. До границы с Белоруссией, перехода «Бобровники», домчались на одном дыхании. Ни обедать, ни заправляться в Польше не стали — дорого. А еще не хотелось возиться с обменом валюты.

Очередной переход и очередное «думайте». Это слово на границах и таможнях произносится одинаково и означает «Дай!». Не спешите раскошеливаться. Если видят, что на испуг не взяли, пропускают за так.

Последняя ночевка в придорожном отеле под Минском. А утром — платная дорога и прозрачная граница с Россией, которую проезжаем практически без остановки. Начинает валить снег. Обильно посыпаемый песком, он сразу превращается в слякоть. Стеклоочиститель почти бесполезен, до Москвы — 350 км... Здравствуй, Родина!

Потрудились мы, похоже, недаром. Спрос на московском рынке хороший, можно «поднять» штуки полторы баксов с машины (неплохо живут перегонщики!). Тем временем наши авто подкинули уже первые проблемы... Подробно об этом — в следующем номере.

«Ходовой» товар — на земле. Остальное — на автовозах.

Будущую покупку надо

тщательно осмотреть.

Сопутствующие товары.

«Паленый» экземпляр.

В Литве предпочитают автоматические мойки.

Сход-развал — косвенный показатель состояния кузова.

Цены на бензин вдвое выше московских.

На улицах старого Каунаса.

Платная дорога.

На границе всегда очередь.

Таможня дает добро.

Тише едешь — меньше платишь.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии