Гражданин иванов предъявляет счет

ГРАЖДАНИН ИВАНОВ ПРЕДЪЯВЛЯЕТ СЧЕТ

]

ПРАВО НА ЗАЩИТУ

ГРАЖДАНИН ИВАНОВ ПРЕДЪЯВЛЯЕТ СЧЕТ

но ГАИ не спешит по нему платить

Дмитрий ЖЕРНОВ

— Здоровы ли вы, Иван Никифорович? Как же вы постарели!

— Да, постарел. Я сегодня из Полтавы, — отвечал Иван Никифорович.

— Что вы говорите! вы ездили в Полтаву в такую дурную погоду?

— Что ж делать! тяжба...

Н. Гоголь

В июньском номере 1996 года (в статье «Дело рук самих утопающих») ЗР описал, к сожалению, ставшие для многих обычными приключения ульяновца в Московской области. Напомним: началось с того, что 28 октября 1995 года Виталий Иванов купил в Минске VAZ 2109. На следующий день (в час ночи) патруль 10-го спецбатальона ГАИ из подмосковного Голицына задержал машину, поскольку номер двигателя «девятки» совпал с номером двигателя VAZ 2108, похищенной в Тверской области в октябре 1994 года. Дождавшись утра, Иванов попросил заместителя командира батальона по розыску связаться с Тверью и получить информацию о «восьмерке». Начальник, мягко говоря, не пожелал общаться ни с Тверью, ни с Ивановым. Машину отправили в 45-й отдел милиции ГУВД Московской области (далее — МО). В течение месяца Иванов безуспешно названивал туда сыщикам, ведущим расследование, а в начале декабря приехал в 45-й отдел и уговорил направить его в качестве курьера с запросом в Тверь. Тамошней ГАИ хватило пяти (!) минут, чтобы выяснить: инициатор розыска (ГОВД Ржева) ошибся в одной цифре: номер двигателя угнанной «восьмерки» 0650078, а у «девятки» Иванова — 0650088. Шестого декабря оперуполномоченный

45-го отдела вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и вернул машину владельцу.

ПОНИ БЕГАЮТ ПО КРУГУ

...Смеркалось. Зимним морозным вечером Иванов стоял рядом с тем, что недавно было исправной и укомплектованной машиной. Радость встречи была омрачена: при пуске двигателя порвался ремень и клапаны «встретились» с поршнями. Помимо этого, оказались помяты крылья, дверь, картер; весь капот покрыт царапинами, разбита фара, порваны уплотнители дверей. Из салона «ушли» купленные в Минске четыре колеса, запаска, инструмент. И еще много чего, «зато» на спидометре появились лишние 500 километров. Потеряв три дня на ремонт, Иванов кое-как добрался до родного Ульяновска. В местной ГАИ машину 13 декабря поставили на учет с условием: из города не выезжать, поскольку «девятка»... числится в розыске. (Забегая вперед, скажу, что в розыске она пребывала до 20 августа 1996 года!)

Как известно, наши правоохранительные органы не содержат в служебном лексиконе слов извинения. Впрочем, Иванов и не рассчитывал, что кто-то скажет: «Прости, дорогой налогоплательщик, ошиблись, понимаешь...» Он осознавал всю заурядность своих приключений — покоя не давала только многозначная сумма ущерба. В местном бюро автоэкспертизы при облсовете ВОА ему составили акт осмотра и подсчитали, во что обойдется восстановление автомобиля. Кстати, представитель ГУВД МО, вызванный телеграммой, на калькуляцию не прибыл. Приплюсовав стоимость пропавших деталей и принадлежностей, расходы на поездки и телефонные разговоры, Иванов оценил ущерб в 12 миллионов рублей (без учета морального вреда и упущенной выгоды). Интересно, что обратиться в суд его «надоумил» не кто-нибудь, а сам начальник ГАИ МО. В ответе на жалобу он написал: «...случаи нетактичного поведения сотрудников... и разукомплектования Вашего автомобиля объективного подтверждения... не нашли. Сроки рассмотрения материала по факту задержания... соблюдены. Для решения вопроса возмещения материального и морального ущерба обращайтесь в народный суд».

Иванов последовал совету и в марте 1996-го подал заявление в Засвияжский суд (по месту жительства). В апреле его вызвали на собеседование и спросили: «Что ж, мил человек, беспокоишь суд? Начальник ГАИ „отписался“? Так ты жалуйся выше». Иванов, понимая бесперспективность переписки с ГАИ, настоял на судебном заседании. Через два месяца судья заявил: «У меня дела нет. Ищи в канцелярии, а я судиться с милицией не буду». Председатель суда вообще беседовать отказался, «порекомендовав» обратиться в другой суд. Пришлось писать жалобу сперва в областной суд, потом в Управление юстиции Ульяновской области. Пока Иванова водили за нос, все сроки, разумеется, прошли, и теперь его решили «пустить по кругу».

Неожиданно в конце апреля в Ульяновск пришла копия извещения Управления юстиции Московской области о передаче дела в Управление юстиции Москвы, «т. к. УГАИ ГУВД МО находится на территории г. Москвы». Дальше — на целых полгода воцарилась тишина.

Читатели, проявляющие интерес к судебным очеркам, наверняка заметили: в коридорах правосудия время словно утрачивает обычное измерение, а порой вообще стопорит ход. Понимая, что дело вот-вот «потеряется», за поиски взялись журналисты. На наш запрос 2 декабря из Управления юстиции Москвы пришел ответ: дело направлено в Пресненский суд города Москвы. Любопытно: из самого суда (в феврале 1997 года) журналу сообщили, что дело поступило к ним — странное совпадение! — также 2 декабря. Имея разрешение председателя суда, корреспонденту ЗР так и не удалось познакомиться с делом. Зато Иванову на 3 марта назначили собеседование. Было оно недолгим. Сперва судья пристыдила: «Такой большой (рост Иванова два с лишним метра), а жалуешься, как старенький». Потом с радостью сообщила, что ГАИ МО — «не ее территория», но дело сегодня же будет передано в Басманный суд. Вернувшись ни с чем, Иванов в который раз сел за телефон. До 25 марта ежедневные разговоры (продолжение собеседования?) были однообразны: в Пресненском суде твердо заверяли, что дело передали, а в Басманном этот «факт» категорически отрицали. Наконец 26 марта судья призналась-таки, что дело до сих пор у нее. А вскоре из Басманного суда Иванову пришла повестка: на 17 апреля назначено заседание.

СВЕРШИЛОСЬ ЧУДО?

Частично. На первое заседание от ГАИ никто не пришел. Оказалось, повестку нужно было присылать не ГУВД МО, а непосредственно ГАИ МО. (Из Управления ответили, что по их адресу ГАИ нет.) Заседание отложили на 5 мая. Иванов (вспомнив свои курьерские обязанности) отвез повестку лично. Помогло: на второе заседание явился представитель ГАИ МО и заявил, что с трудом нашел в 45-м отделе материалы для суда. Видимо, это действительно нелегко. Из запрошенных судом документов (включая акт передачи автомобиля) представитель принес только Приказ МВД РФ № 58 от 17.02.1994 года и приложение к нему: «Инструкция по розыску автомототранспортных средств». Очень кстати: ведь в ней, в пункте 5.2.1 сказано: если задержанный автомобиль есть в базе данных угнанного транспорта, то «... незамедлительно направляется запрос о подтверждении его нахождения в розыске инициатору».

Оказывается, весь инцидент мог разрешиться одним звонком еще 28 октября! Иванов ездил в Тверь 5 декабря — спрашивается, зачем две недели машину держали в батальоне? В каком виде ее передали в 45-й отдел? Нет ответов — ладно. Приказ нарушили? Да, но мы (ГАИ) не юридическое лицо, к нам претензии предъявлять нельзя, обращайтесь в ГУВД МО. Смешно получается: сперва суды «футболили» дело в поисках ответчика, теперь к увлекательной игре присоединились подразделения МВД. Одно слово — правоохрана! И тут... Низкий поклон судье Галине Фокиной. Для нее (кстати, исполняющей обязанности председателя Басманного суда) ответа офицера ГАИ оказалось достаточно. Первая часть гражданского дела Иванова закончилась вердиктом: «Действия ГАИ неправомерны». Слушания по второй части (иск о возмещении ущерба) назначили на 23 мая.

ИВАНОВ НАМ ВРАГ, А ИСТИНА...

В канцелярии Управления ГАИ МО, куда Иванов принес очередную повестку, милые девушки занимались привычными делами: одна решала кроссворд, другая кормила попугайчика (автоответчик?). Узнав посетителя, они сказали: «Зря пришли — повестку не возьмем». — «Почему?» — «А все равно на суд никто не пойдет». — «Ладно, только... напишите это на повестке». Оставлять отметку о неисполнении Закона девушкам не хотелось, пришлось повестку принять. Как ни удивительно, на третье заседание пришла целая делегация: два юриста ГУВД МО (наконец-то нашелся ответчик!) и оперуполномоченный 45-го отдела. С первых минут юристы попытались «открыть» суду нехорошую личность Иванова: «Мы сейчас занимаемся его машиной. Она не прошла таможню!» А вот содержание дальнейшей беседы:

Судья: Помилуйте, но если год назад автомобиль находился у вас сорок суток и вы его вернули, если Ульяновская ГАИ поставила машину на учет, то сегодня какие вопросы к Иванову? Сейчас речь о конкретных претензиях истца к вам.

Юристы не сдаются: Мы не согласны с оценкой машины, она не стоит тех денег, которые просит Иванов. И вообще, при получении «девятки» он написал расписку, что претензий не имеет.

Иванов: Посмотрите дело. Машину вернули 6 декабря, а документы на нее я получил только 8-го. Потому что без этой расписки их не хотели отдавать. Вы прочтите, в каком она была виде!

Судья: Покажите акты передачи машины.

Юристы: Вот протокол задержания. В нем написано, что автомобиль укомплектован и находится в исправном состоянии. Вот акт передачи. Все на месте.

Иванов: А вот моя копия акта и здесь сказано, что нет, например, четырех колес. В их копии — есть, а в моей — нет.

Юристы: Извините, мы показали не тот акт. Вот другой.

Судья: Это тот, с которого снята копия Иванову? А где первый? Должностной подлог? И где же колеса?

Юристы:..............

Судья: Машину вернули разукомплектованную и сломанную?

Оперуполномоченный: Он сам ее сломал! Заводил и сломал.

Судья: Это как же?

Оперуполномоченный: От долгого стояния испортился ремень. Иванов начал заводить, ремень порвался, клапаны погнулись. Так бывает. Машина старая и неисправная.

Судья: Интересно, Иванов до задержания проехал 700 километров, а вам отдал сломанную машину? Подтвердите, что с автомобилем ничего не делали. Почему его не опломбировали? Почему в протоколе не отметили показания спидометра? Вы задержали машину, «находящуюся в угоне». Неужели для следствия неважно, сколько преступники на ней проехали?

Оперуполномоченный: Мы 6-го получили ответ из Твери и сразу отдали машину.

Судья: А зачем Иванова посылали с запросом?

Оперуполномоченный: Для ускорения.

Судья: Ваши проблемы не должны решать водители.

Юристы: Тогда вынесите частное определение. Ошиблись-то тверские работники.

Судья: При чем тут определения? Прочтут и забудут. А с тем, кто ошибся, должна разбираться ваша «система». Вы же не отрицаете, что Иванову нанесен ущерб — возмещайте! Можете решить миром?

Юристы: Мы же бюджетники! Какой мир? Денег нет, да и наказать того, кто ошибся, мы не можем. Это не практикуется.

Судья: То есть полная безнаказанность?

На этом вопросе (оставшемся без ответа) заседание закончилось. Следующее должно состояться в конце июля. ГУВД МО получило передышку. Может, за это время там найдут возможность решить дело миром. Хотя вопрос и впрямь «интересный» — где взять деньги на возмещение ущерба? В МВД? Остается искать компромат на Иванова и доказывать суду, что с машиной поступили правильно. А за дверями суда все так же ждут решения давно назревшие вопросы: кто отвечает за порядок в базе данных и при задержании подозреваемых(!) автомобилей, за их сохранность (арестовывают одни, следствие ведут другие). Что делать опять же подозреваемому водителю — домой пешком и месяцами ждать результатов? Кто отвечает рублем за халатные действия ГАИ, милиции? Ох, много накопилось.

И все же — как там с безнаказанностью?

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии