Имена земляков твоих

ИМЕНА ЗЕМЛЯКОВ ТВОИХ

]

К 850-летию Москвы

ИМЕНА ЗЕМЛЯКОВ ТВОИХ

Лев ШУГУРОВ

Заборы, окружавшие бараки, красили охрой — для праздничного вида. Это на окраинах. А в центре павильоны — на площадях Манежной, Пушкинской, Маяковского — торговали по коммерческим, как их тогда называли, ценам. Не забудем, осенью 1947-го продукты и ширпотреб еще отпускали по карточкам. И все равно это был Праздник. Вот уже полтора года нет войны, и казалось, дальше нас ждет счастливая, радостная жизнь. Нужен был лишь трамплин, который помог бы ворваться в эту жизнь. И таким трамплином стали торжества по случаю 800-летия Москвы.

Помню, как завидовал маме: она, коренная москвичка, получила юбилейную медаль. Очень красивую, побольше, чем другие медали, и потому неожиданно притягательную, как редкие еще — даже на улицах столицы — «победы». Помню, как в один из праздничных, теплых еще сентябрьских вечеров мы возвращались домой в автобусе ЗИС-154. Они были в новинку, ведь только два месяца назад вышли на улицы. Голубоватый свет в салоне, свистящий гул расположенного в хвосте дизеля, вход в салон — через дверь перед передним колесом.

Помню газету «Советский спорт» форматом в пол-таблоида. Как раз в дни празднования 800-летия московский гонщик Иван Кириллов, прочел я в этой газете, установил всесоюзный рекорд скорости на дистанцию 1 километр с хода в классе 250 см3. Он показал ошеломляющую тогда скорость — 145, 337 км/ч на трофейном гоночном мотоцикле ДКВ-УР CZ50. Вскоре начались гонения за так называемые космополитизм и низкопоклонство. Рекорд Кириллова долго не могли побить, а вот марку мотоцикла сразу вычеркнули из таблицы всесоюзных рекордов. Но зажатый в моей пятерне «Советский спорт» тогда с восторгом писал о достижении Кириллова — подарок к 800-летию!

Газета не упоминала прозвище этого гонщика — Иван Калита. Но из школьных учебников мы знали, кто первым носил это имя и что он сделал для Москвы. За ним пришли миллионы москвичей, которые своим умом, трудом, заботами умножали богатство и славу столицы. Из них люди автомобильного мира составляют легион. Об одних вспоминаем часто, другие — полузабыты. И ныне, отмечая уже 850-летие столицы, не худо их хотя бы назвать.

Московские промышленники, текстильные магнаты Сергей и Степан Рябушинские загорелись в 1916 году идеей постройки в Москве автомобильного завода. Они хотели «утереть нос Форду» и со рвением взялись за дело. Начали со сборки грузовиков ФИАТ, но октябрьский переворот затормозил это начинание. Рябушинских впоследствии ругали много и охотно, но плодами их трудов воспользовались. Завод АМО расширялся, стал заводом ЗИС, потом ЗИЛ. Сейчас бывший директорский кабинет сделан мемориальной комнатой. Там — портреты Рябушинских, Лихачева и других управляющих автомобильного завода-гиганта.

Почти всех этих директоров повидал на своем веку Николай Степанович Королев. Я видел его ранние фотографии, когда тот еще в дореволюционные годы пришел на АМО: щеголеватые усики, галстук бабочкой...

Королев собирал первые АМО-Ф15, был мастером, контролером и отдал заводу более полувека жизни. Когда я захожу в Политехнический музей и вижу в автомобильном отделе АМО-Ф15, я говорю себе: частичка Королева светится в его фарах, сидит в несколько коряво обработанном коленчатом вале, затаилась в воздухе, накачанном в шины этого грузовика.

Вместе с Николаем Степановичем трудились на АМО дизайнер, как мы сейчас называем эту специальность, Иван Федорович Герман — король автобусов; сын московского заводчика, а впоследствии конструктор легковых машин Григорий Николаевич Лист; талантливый администратор, выросший из техников, Владимир Николаевич Лялин. Их уже нет, но живет дело, которому они отдали свою энергию, свои способности. Были «амушки», потом — «захары», «зисы-полтораста» и вот нынче — «бычки».

Брались за производство автомобилей в Москве «Бромлей» и «Дукс», делали прекрасные кузова «Ильин» и «Братья Крыловы», изготовляли рессоры и карбюраторы на фабриках Мохова и Келлерта... Одни не выжили, другие ушли в иные отрасли промышленности, но имена владельцев этих предприятий многое значат для коренных москвичей.

«Коренных москвичей» мало осталось, особенно после ужасающей войны 1941–1945 годов. Столица к тому же постоянно притягивала провинциалов, гостей, наконец, разных парвеню, но сохранила свой дух, свой настрой, свои традиции. И когда бывший автосборочный завод имени КИМ (дитя 30-х годов по рождению и имени) приступил в начале 1947 года к производству малолитражки, ее назвали «Москвич».

Партия машин модели 400, выпущенная незадолго до юбилея города, несла на левых боковинах капотов юбилейный знак. На древнеславянском щите красовались кремлевская башня и цифра «800», выведенная уже забытым тогда шрифтом церковных псалтырей.

Игорь Иванович Окунев, в ту пору мотоциклетный конструктор и гонщик, к тому же коренной москвич, почитал за счастье работать на Московском мотоциклетном (бывшем велосипедном) заводе. Он участвовал в разработке мотоциклов «Москва» моделей М5А, М1В, М1Щ, М3В и других, в основном экспериментальных машин. Вместе с ним на заводе трудился и Иван Калита (Кириллов).

В начале 50-х мотозавод изменил профиль — его втянул в свой омут ВПК; тогда Окунев поменял «Москву» на «Москвич». На новом месте он специализировался в конструировании автомобильных двигателей. Ошибка — думать, что инженерная мысль на «малолитражке» в те годы дремала. Рождались опытные моторы 404, 405, 406, ДП — иные с незаурядными параметрами, а также серийные двигатели моделей 407, 408, 412. Ко всем приложил руку Игорь Иванович. Наверное, самым известным стал «Москвич-412».

Ожидаю, что упрекнут меня — какой же «Москвич», это ведь БМВ! Но есть иной взгляд на эту конструкцию, и я его фанатично разделяю: БМВ оказался одним из лучших моторов своего времени — так почему бы «Москвичу» было не пойти по пути вариаций на эту тему. Вспомните вариации талантливого музыканта Крейслера на темы гениального композитора Паганини: от них не убавилось славы ни тому, ни другому.

Добавлю к сказанному: вариации тоже требуют недюжинного мастерства и профессионального опыта. А московские специалисты — не только в автомобильном деле, но и в других областях — славились именно этими качествами. К примеру, Окунев конструировал, а Бубнов Владимир Сергеевич демонстрировал. На гоночных и легковых машинах, на ралли и в кольцевых гонках, у нас в стране и за рубежом он с присущим только ему мастерством, наверное, на 120% показывал достоинства марки «Москвич» — автомобилей и моторов. И в этом смысле Окунев и Бубнов «вместе делали общее дело», как любил говаривать герой известного фильма «Берегись автомобиля».

Говорить о столичном автомобильном спорте и не назвать многих других, не менее выдающихся спортсменов несправедливо. Но лично для меня тот же Бубнов — не только многократный чемпион страны, не только коллега по прежней работе, не только земляк, но олицетворение всех столичных автомобильных спортсменов, и в памяти моей — олицетворение Моего Города.

Если речь заходит об автомобильном спорте — Москвы ли, страны ли в целом, то особое место в нем занимает фигура Леонида Леонидовича Афанасьева. Ученый в области автомобильных перевозок, доктор технических наук, ректор Московского автодорожного института Афанасьев двадцать лет возглавлял Федерацию автомобильного спорта СССР. Великодушный и немного барственный, эрудит и демократ, он ловко лавировал между подводными камнями на пути нашего автомобильного спорта. Он привнес в него западный менталитет, очень много сделал для развития международных контактов.

Конечно, среди московских ученых, внесших свой вклад в автомобильную науку, надо назвать Чудакова и Зимелева, Брилинга и Великанова, а наряду с ними немало других известных имен, но всех трудно в рамках одной статьи даже перечислить. А видные руководители автомобильной промышленности и транспорта — Лихачев, Гоберман, Коломников, а дизайнеры-стилисты Арямов, Молчанов, Ростков, а пропагандисты автомобильного дела Сабинин, Энгельмейер, Берман — сколько их.

Люди, о которых шла речь, — лишь вершина столичного автомобильного айсберга. Ныне он почти растаял, но мы помним, каким громадным и сверкающим он был. Звания героев и награды за выдающиеся свершения нередко присваивают посмертно. Появится ведь юбилейная медаль по случаю 850-летия нашей столицы — так почему бы не наградить ею — да, посмертно — москвичей-энтузиастов автомобильного дела, о которых шла здесь речь. Они выросли в Москве, трудились прежде всего на благо родного города и заслужили наше с вами признание.

Николай Степанович Королев.

Игорь Иванович Окунев.

Леонид Леонидович Афанасьев.

Владимир Сергеевич Бубнов.

Владимир Николаевич Лялин.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии