Когда же записи видеорегистраторов станут доказательствами?

В апреле в КоАП РФ была внесена поправка, которая наделила записи с видеорегистраторов статусом доказательств в суде. Мы решили выяснить, действительно ли эта поправка была столь необходима, в чем заблуждаются СМИ, а вместе с ними и многие российские автомобилисты.

Что за поправка?

Первые видеорегистраторы появились в продаже в России в 2011 году. Так что практика использования записей с данного вида устройств в суде насчитывает всего лишь неполных шесть лет. До сих пор применение видеороликов как доказательств в разбирательствах регулировалась ст. 26.7 ч.2 КоАП, которая до внесения поправки гласила: «документы признаются доказательствами, если сведения […] в них […] имеют значение для производства по делу об административном правонарушении». И уточнялось: «к документам могут быть отнесены материалы фото- и киносъемки, звуко- и видеозаписи, информационных баз и банков данных и иные носители информации».

В новой редакции формулировку «могут быть» заменили на «относятся». Российские СМИ вплоть до федеральных телеканалов раздули нешуточную шумиху — мол, теперь-то ролики с регистраторов без всяких «но» будут приниматься судом как доказательства. И водители, якобы, наконец-то перестанут бояться невозможности приобщить видео к делу и использовать как веский аргумент в суде.

Скажем прямо, юридическая практика применения записей видеорегистраторов в нашей стране крайне неоднозначная. В понимании подавляющего большинства рядовых автомобилистов задача-максимум заключается в самом факте покупки камеры и установке ее в машине. А дальше? Как-нибудь разберемся. К чему это приводит? Как только судья без объяснения причин отклоняет ходатайство водителя о приобщении видео к делу, погрустневший автомобилист безропотно подчиняется такому решению, пишет в интернете гневные рассказы о необходимости совершенствования законодательства и ставит крест на дальнейшем использовании регистратора в машине. Складывается парадоксальная ситуация, когда фактически суды как представители закона сознательно идут на его нарушение (как — читайте ниже). И тем самым порождают многочисленные споры, статьи-инструкции о возможности и методах приобщения видеороликов к делам в качестве доказательства.

Как это было?

Давайте вспомним, как до вступления в силу поправки выглядела процедура использования видеозаписей в качестве доказательства при разборах. Для начала на месте ДТП при заполнении протокола его участнику следовало указать факт наличия видеозаписи с регистратора, привести подробности вроде модели регистратора и его серийного номера. Важно: на данном этапе было вовсе не обязательно прикладывать карту памяти с роликом! Это не в ваших интересах еще и потому, что до столкновения вы могли совершить какие-либо правонарушения, а для суда это лишний повод усомниться в вашей законопослушности.

Затем оставалось лишь явиться в суд (или группу разбора ГИБДД) и заявить в письменном виде ходатайство о приобщении видеозаписи к делу. По закону заявление должно было быть немедленно рассмотрено. Именно здесь и возникал тот самый момент, ради которого вроде бы была внесена поправка в статью 26.7 ч.2 КоАП. Напомним, в прежней редакции уточнялось, что «к документам могут быть отнесены материалы фото- и киносъемки…». Логично предположить, что фраза «могут быть отнесены» допускает вольности, ведь если записи с регистратора могут быть признаны доказательствами (такой статус ролик автоматически получает в случае приобщения к делу), то в равной степени могут и не быть. И, действительно, неоднократно водители получали отказ от судей, причем порой даже без письменного подробного объяснения решения. Казалось бы, существовала неопределенность, тогда как апрельская поправка расставила все точки над «i» сменой прежней фразы «могут быть» на однозначное «относятся».

В действительности никаких вольностей быть не может, необходимые разъяснения были даны еще в конце 2014 года в документе под названием «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации» (утвержден Президиумом Верховного Суда 24.12.2014).

Один из рассмотренных вопросов звучит так: «Вправе ли судья, орган, должностное лицо […] отказать в принятии в качестве доказательства по делу материалов видеозаписи, произведенной видеорегистратором, установленным в транспортном средстве»? Полную версию аргументации ответа вы можете найти самостоятельно в Сети, я лишь приведу важную для нас выдержку: «Судья не вправе отказать в приобщении к материалам дела такой видеозаписи, которая впоследствии должна быть оценена по правилам ст. 26.11 КоАП РФ наряду со всеми иными собранными по делу доказательствами. Иной подход означал бы нарушение прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, а также прав потерпевшего, гарантированных ст. 25.1 и 25.2 КоАП РФ».


Точка. Безо всяких поправок суд не имел права (как не имеет и сейчас) отказать в принятии видео как доказательства. В то же время СМИ преподносят автомобилистам ложный посыл о том, что ролики теперь являются неопровержимым, безапелляционным аргументом для суда. Такая трактовка законодательного новшества в корне неверна. Как до поправки, так и сейчас суд опирается на ст. 26.11 КоАП РФ, которая гласит: «Судья, члены коллегиального органа, […] оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу». То есть сам по себе статус видео как доказательства еще не значит, что ролик будет иметь какую-либо силу для суда.

Страницы

← предыдущаяследующая →

12

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Читать комментарии (19)

Самые новые