Про америку

ПРО АМЕРИКУ

]

СПОРТ И ОТДЫХ

Путешествие

ПРО АМЕРИКУ

Повезло мне — съездил вместе со своими учениками в Америку. Две недели жили в семьях, культурный обмен, экологическая учеба...

Михаил АЛЕКСЕЕВ

Мой автомобильный стаж невелик — всего два года. В общем, не обессудьте — впечатления непрофессионала: то, что бросилось в глаза, о чем расспрашивал гостеприимных хозяев — американских учителей Джона и Джин Левандовски, Клифтона Питерсона и Нэнси Бранс.

ПРО ДОРОГИ

Небольшие по населению города занимают обычно изрядную площадь: дело в том, что большинство жителей здесь только работает или владеет бизнесом, а живет вокруг городов на своих участках в отдельных домах, неплотно, сосед от соседа поодаль. Дороги с развязками, подъездами к домам и магазинам, стоянками занимают гораздо большую площадь, чем у нас. Объезжали по кольцевой 400-тысячный Миннеаполис — это будет поболее, чем кольцевая вокруг Москвы.

Я спрашивал своего друга Джона, какую зимнюю резину, шипы он использует в северной Миннесоте. Он ответил, что резину на зиму не меняет, дороги хорошо чистят дорожная служба и сами люди, живущие на своей земле, расположенной вдоль дороги. Всюду между прочих знаков висят призывы «поддерживать порядок на своих двух милях».

ПРО ЗНАКИ

Вообще на дороге не скучно — знаков, информации великое множество. При въезде в город на табличке под его названием указано число жителей, например в нашем городе Уокере — 950. При этом в местной школе учится более 1000 детей со всей округи с населением под 5000 жителей.

Большинство знаков понятны и похожи на наши, пожалуй, даже более доходчивы: кроме цифр или пиктограммы знак всегда содержит краткий текст, например «50 — максимальная скорость» (это мили в час «по курсу» 1 миля за 1,5 км).

О каждом нерегулируемом перекрестке предупреждают трижды (как у нас перед железнодорожным переездом), при этом используют сокращение, которое я без подсказки не понял: «Trail Xing», в смысле Crossing, где Х означает Cross — крест.

В одном месте вдруг замелькали таблички: мол, нельзя ездить, лежа на руле. «Как это понимать?» — спрашиваю у Клифтона, который на четвертом или пятом часу пути как раз устало полулежит на руле (дорога, само собой, прямая). Но Клифтон объяснил, что это пишут для велосипедистов, а то бывают случаи...

Всюду яркая и четкая разметка. Не везде, но очень часто выезд на обочину или перестроение в другой ряд сопровождается ощутимой тряской от специально выдавленных в асфальтобетоне ямочек-холмиков.

ПРО АВТОМОБИЛИ

В больших городах все машины новые и блестят, в глубинке не стесняются иногда ездить на ржавых и помятых. Много вседорожников, пикапов, мини-вэнов. Впечатляют, конечно, огромные грузовики, похожие на самолеты и поезда-экспрессы одновременно.

У принимавшей нас школы — 15 огромных желтых автобусов, внутри довольно аскетичных, сзади — приспособления для погрузки-выгрузки инвалидных колясок. Автобусы в Америке, как правило, трехосные.

Еще у школы — три «Форда» мини-вэна, куда нас помещалось вместе с водителем по восемь-девять человек. Автобусы водят специальные водители, а мини-вэны — все, кому надо по работе: нас на них возили сами учителя.

Молоденькая Нэнси приезжала на огромном «тойотовском» вседорожнике, у многодетного Клифтона в гараже три или четыре разные машины — японский седан, пикап, грузовичок и еще что-то, но обычно он ездил на мини-вэне «Шевроле», на котором и мне дал порулить.

У моих хозяев Левандовски в стандартном, встроенном в дом гараже с радиоуправляемыми воротами всего две машины на двоих: у Джин — изящная старенькая (лет десяти), но очень динамичная «Мазда„-купе, у Джона — двухлетний седан “ Форд Эскорт», скромный, за 14 тысяч — 2-литровый движок, механическая «пятиступка», электропакет, подушки безопасности.

Багажник — пуст и чист, запаска, видно, где-то внизу, а где хотя бы домкрат, насос и баллонный ключ — сам я в машине найти не смог, а спросить не решился.

Когда я попросил Джона поднять капот и показать мне, что там и зачем, он, 50-летний мужик с инженерным образованием, с 14 лет за рулем, полез за инструкцией и, уверенно ее листая, показывал мне, где бачок с «тормозухой», а где воздушный фильтр. Я сам уже догадался, спасибо родному автопрому за ежедневную практику.

Понравилось, что у многих машин из-за передней решетки можно достать штатный провод с разъемом, чтобы зимой в гараже подогревать двигатель перед пуском.

Машин, стоящих на обочине с поднятым капотом, за две недели не видел ни одной: ну не освоила их промышленность такую модель!

На каверзный вопрос, сможет ли сам починить, если встанет на дороге, Джон ответил: мол, теоретически — да, но с какой стати он будет ковыряться в отчасти чужой машине. Ведь формально она пока принадлежит его банку, через который он два года назад купил ее в рассрочку на пять лет. Он обязан каждые 5000 миль заезжать в сервис, менять масло и делать регулировки — и все нормально работает. Ну, пару раз мяли кузов (где мяли? — никаких следов!), других проблем не было. Через три года он продаст ее недорого и опять возьмет новую в рассрочку. Американские учителя могут себе это позволить.

Возле всех домов, где побывал, видел маленькие, как игрушки, тракторы — снег чистить, землю и прочие тяжести по участку возить.

ПРО ВОДИТЕЛЕЙ

Водить можно с 16 лет, многие школьники к этому времени (обычно на заработанные деньги — сотню-другую) покупают себе старенькую, но на ходу машину, чтобы ездить в школу и в кино.

Водители в глубинке очень аккуратны, соблюдают все правила, тормозят, завидев намеревающегося перейти дорогу.

Две недели кряду каждое утро я наблюдал за Джоном — на 10-мильном пути до города нам приходилось проезжать с поворотами направо три или четыре перекрестка на пустынной загородной дороге. Ну издалека же видно, что слева никого, можно спокойно ехать! — нет, глядя прямо перед собой, Джон тормозит с 60–70 миль в час до полной остановки, только после этого смотрит налево, убеждается, трогается и выходит из поворота на тех же 60–70 милях.

Однажды на школьном автобусе подъехали к заросшей, заброшенной, явно недействующей железной дороге. Останавливаемся, водитель открывает дверь, минуту чуть ли не с надеждой высматривает хоть какой-нибудь завалященький паровозик, потом закрывает дверь, едем дальше. На обратном пути — тот же ритуал.

Водители школьных автобусов у нас были все пожилые и солидные: один, например, бывший директор школы, а ныне — работающий пенсионер, другая — кругленькая бабулька тоже пенсионного вида.

При обгоне на хайвее в половине случаев обгоняемый или обгоняемая еще и ручкой вам помашут вслед: привет, мол! В Нью-Йорке все наоборот, дикая давка, сумасшедшие таксисты в миллиметрах подрезают наш автобус. Эмигрант Ян поминутно тормозит, делая прямо-таки противозенитные маневры, сопровождаемые, естественно, афористично-зажигательными очередями из его уст. Если бы эти бедные пакистанцы в желтых такси могли слышать и понимать по-одесски, они бы просто повыскакивали и разбежались...

Все, как в Москве — но, честно говоря, после узких улиц Манхэттена Ленинградский проспект на пути из Шереметьева воспринимается с патриотическим торжеством.

ПРО ДОКУМЕНТЫ

За водительскую лицензию в Америке ежегодно платят какой-то умеренный взнос. Обязательного регулярного техосмотра в штате Миннесота нет, а где-то, по слухам, бывает. Джин несколько раз возила меня на машине Джона, а Джон в этом время «летал» на ее маленьком красном истребителе — и у них при этом не было никаких доверенностей! Джон сказал, что если он даст мне ключ и я поеду на его авто со своей водительской лицензией в кармане, никаких других документов ни один полицейский у меня не спросит, все будет нормально. Вопрос о собственнике возникает, только если автомобиль объявлен угнанным. По моему настоянию мне все-таки показали документ на машину: там написано, что она зарегистрирована на обоих супругов, причем документ был явно не для полиции, а для каких-нибудь адвокатов, страховщиков или налоговиков.

Вот такие у меня впечатления от страны, где не знают бездорожья и разгильдяйства. Может, сумеем устроить у себя не хуже?

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии