Формула-1 в новом сезоне: король-работяга

Почему Хэмилтон проиграл чемпионат 2016 года и что готовит Квяту и другим пилотам сезон‑2017?
В новом году от Renault F1 ожидают заметного прогресса. Машина для сезона‑2016 досталась французам в наследство от команды Lotus, а новую они полностью строили сами.

За пять гонок до финиша чемпионата Льюис Хэмилтон говорил: «Кто-то не хочет, чтобы я взял четвертый чемпионский титул, однако сдаваться я не намерен». И затем выиграл четыре гонки из тех пяти, но это не помогло: корона досталась Нико Росбергу, его партнеру по команде Mercedes-Benz.

Быстрее Льюиса

Чемпионский прыжок Нико Росберга на трассе в Абу-Даби. Долгими годами усердной работы он его заслужил.

На кого именно намекал Льюис? Кто этот «кто-то»? Ведь обвинять команду в данной ситуации грешно. За весь сезон – одна серьезная техническая неисправность: сгоревший мотор на этапе в Малайзии. Ну, никто не застрахован от поломок! И если рассуждать разумно, британец слишком много потерял не на трассе «Сепанг», а гораздо раньше. Росберг, если помните, начал турнир с четырех побед подряд, тогда как Хэмилтон вышел на «проектную мощность» только в конце мая, проигрывая к тому моменту более сорокá очков.

И тут, к слову, уже команда вправе припомнить ему тусовки со звездами рэпа, посещение тату-салонов, курение сигар и другие общечеловеческие виды досуга. В общем, отдыхал не совсем в тренде, принятом в мире Формулы‑1. А тихий семьянин и работяга Росберг больше личного времени проводил на тренажерах и симуляторах. Пилот, несомненно, выдающийся, но долго Хэмилтону в чем-то уступавший.

Формально Льюис Хэмилтон прав: очков, недобранных им в Малайзии, как раз и не хватило до титула. Но растерял-то он их не только здесь.

Ровесники двигались по карьерной дистанции по-разному. У Льюиса – череда титулов в младших Формулах, Нико преодолевал эти уровни с некоторой натугой. И как знать – дошел бы вообще Росберг до Формулы‑1 без усиленной поддержки со стороны отца, Кейо Росберга, чемпиона мира 1982 года? Причем Нико пришел в Королеву Автоспорта на год раньше, чем Льюис, который на полгода старше. Вот так-то! И это повод поговорить о роли родителей в современных автогонках.

Папа может

Росберг – третий в череде «детей выдающихся пилотов», которые взяли чемпионские титулы в Формуле‑1. До него были Деймон Хилл и Жак Вильнёв. Но оба начали заниматься гонками уже после кончины своих отцов. Так что их продвижению способствовали скорее известные фамилии, благотворно влиявшие на потенциальных спонсоров и руководителей команд.

Сегодня тенденция иная: первичным менеджментом детей-гонщиков занимаются именно отцы-гонщики. Завершив выступления, они сохраняют полезные знакомства и ходы. Могут дать ребенку практический совет по управлению машиной и ведению борьбы. Гонщицкие связки папа – сын всегда интересуют прессу. Под известное имя легче найти инвесторов. И всё вместе это хорошо работает.

Даже когда Нико стал одним из самых опытных пилотов в паддоке – одиннадцать сезонов за плечами! – Росберг-старший снял отцовскую опеку не полностью.

Помимо Росберга-сына сегодня среди формулистов мы видим младшего Ферстаппена (заслугу в том его отца невозможно переоценить – именно папа пробил все преграды!) и младшего Сайнса. Если бы у всех всё пошло по плану, мы могли бы созерцать на стартах Гран-при еще Бруно Сенну, Николя Проста, Нельсона Пике и Марко Андретти. А на ближайших подступах к Формуле‑1 – Мик Шумахер, Джулиано Алези, Педро Пике и Пьетро Фиттипальди, внук великого Эмерсона. Можно, пожалуй, добавить к ним и Харрисона Ньюи – сына главного конструктора команды Red Bull.

Нет ничего дурного в том, что сын идет по стопам отца. Как не заразиться гонками, если твой папа – гонщик и чемпион? Но, наверное, будет не очень хорошо для Формулы‑1, если весь пелотон заполонят наследники, чьи фамилии знакомы двум-трем поколениям болельщиков. Или наоборот – будет отлично? Многие считают самым справедливым устройством общества, когда все блага и статусы передаются по наследству.

Хороший результат

Болиды команд Ferrari и Red Bull вмешивались в борьбу Мерседесов лишь эпизодически. А по факту боролись друг с другом за второе место в Кубке конструкторов.

Папа Даниила Квята не гонщик. Возможно, будь он чемпионом мира, династии Ферстаппенов не было бы так легко вытеснить Даню из состава команды Red Bull – посередь сезона и с какой-то невнятной аргументацией. Спору нет, Макс Ферстаппен достаточно одарен. Может быть, он чемпион будущего. Но внутрикомандную борьбу Даниэлю Риккардо он уверенно проиграл. Зато шумихи вокруг своей персоны юный Макс вызывает значительно больше, чем Квят и Риккардо, вместе взятые. И в этом смысле, скорее всего, более ценен для имиджа современной команды Формулы‑1.

Но почему избавились именно от Квята, отправив его в дочернюю команду со скромными турнирными перспективами? По здравом размышлении, главных причин может быть две, и это отнюдь не «плохие результаты» Даниила. Первая: Red Bull действительно был очень заинтересован в том, чтобы получить Ферстаппена-младшего прежде, чем на него положат глаз другие топ-команды. Вторая причина – профессиональные качества Квята, к гонкам относящиеся косвенно: Даниил слишком открыто говорил журналистам, что предпочел бы больше гоняться или работать с данными телеметрии, чем давать всякие интервью. Вряд ли команде это нравилось.

Несомненно, двадцать гонок и полтысячи интервью в год – пропорция не очень правильная. Но таковы правила жанра. Росберг и Хэмилтон, между прочим, их соблюдают. Я лично наблюдал в Сочи, как менеджеры команды Mercedes не могли оттащить от журналистов Льюиса, добровольно взявшегося им объяснять, как работает аэродинамика при обгоне.

Квят в составе Toro Rosso уступал Карлосу Сайнсу (сын чемпиона мира по ралли), то есть определенно давал повод говорить о «плохих результатах». Но вместо того, чтобы указать россиянину на дверь, команда продлила с ним контракт на 2017 год. Возможно, это мотивирует Даниила, как никогда ранее: «Очень рад быть в команде, где чувствую себя как дома. С энтузиазмом смотрю в будущее, всегда буду выкладываться на двести процентов!». И на пресс-конференциях тоже? Прекрасно.

Очень долго Red Bull разъединяла этих молодых пилотов, отправляя их в разные гоночные турниры, чтобы они не мешали друг другу. Но в итоге Карлос Сайнс и Даниил Квят оказались в одной команде.

Ожидание битвы

Что ждет Квята и других пилотов в сезоне‑2017?­­

Как минимум машины, построенные по новому техническому регламенту. Возрастет мощность моторов – по прогнозам, на 10–20%. Увеличится прижимная сила – по расчетам, на 20–30%. Передние шины станут шире на 25%, задние – более чем на 30%. Соответственно, ощутимо вырастут скорости прохождения круга на всех трассах.

Утверждая такой регламент, подразуме­вали, что машины должны стать не только быстрее, но и красивее. Насчет красоты узнаем примерно через месяц, когда представят первые образцы. Инженеры команд говорят, что из старых конструкций заимствуют буквально считаные элементы – наподобие педалей и каких-то прокладок.

Эксперты сходятся во мнении, что при такой глубокой переработке могут возникнуть неожиданности – например, Mercedes утратит явный перевес, а на первую роль выйдет кто-нибудь из «середняков». Помните внезапную победу Дженсона Баттона в 2009‑м в составе команды Brawn GP? Вот сейчас примерно такая же ситуация.

Что касается перемен в стане владельцев Формулы‑1, то они вряд ли скажутся на спортивной части – по крайней мере, в первые годы. Как ожидается, сделка завершится в первом квартале 2017‑го, и тогда американская компания Liberty Media станет самым крупным акционером холдинга Formula One Group. Американцев весьма устраивает Берни Экклстоун в качестве исполнительного директора. И они разумно полагают, что не надо ничего резко менять в предприятии с ежегодной прибылью порядка 1,7 млрд долларов.

Свершению сделки могут помешать расследования, проводимые сразу двумя антимонопольными ведомствами – британским и европейским. У первого какие-то сомнения вызывает сама сделка, у второго – схема распределения доходов в Формуле‑1 (по жалобе команд Force India и Sauber). Пересмотр этой схемы – если его потребуют власти – может серьезно повлиять на жизнь чемпионата мира. Но точно не в предстоящем сезоне. Помешать матчу-реваншу за титул между Хэмилтоном и Росбергом мог лишь какой-нибудь другой форс-мажор. А реванш был неизбежен, поскольку Льюис, похоже, уязвлен и крайне недоволен результатом сезона. И не пошел на вечеринку, устроенную Росбергом для всех гонщиков в одном из яхт-клубов Абу-Даби: «Пусть наслаждается, пока есть такая возможность, поскольку зимой я намерен много тренироваться». На тот момент Льюис не знал, что через несколько дней Нико внезапно объявит о завершении карьеры пилота в Формуле‑1. Можно ехать к рэперам?

ЛУЧШЕЕ – ДЕТЯМ!

Имея папу-чемпиона, начинающий пилот автоматически получает не совсем честное преимущество перед теми сверстниками, у которых обычные папы. Например, под юного Нельсона Пике титулованный отец вообще создал отдельную команду – фамилия семейства фигурировала в ее названии. Понятно, что в этой команде Нельсон-младший пребывал на особом положении.

Марко Андретти, судя по всему, не настолько гениальный пилот, какими были его дед Марио и отец Майкл. Это не помешало ему провести уже одиннадцать сезонов в американском чемпионате Indycar – неизменно в составе Andretti Team, которой управляет папа. Наивысшее достижение – пятое место в сезоне‑2013, но Марко всё равно любимец публики.

Николя Прост в детстве не интересовался гонками, а в юношестве пристрастился к гольфу. Тем не менее папа убедил его попробовать силы в любительских заездах, затем нашел спонсоров для более серьезных стартов. Николя начал делать гоночную карьеру, ничего выдающегося не показал, но в итоге укрепился в элитном классе LMP1 чемпионата мира WEC. А заодно и в Формуле-Е – разумеется, выступает за команду, которой руководит Ален Прост.

Формула-1 в новом сезоне: король-работягаЗнакомьтесь: 18‑летний Педро Пике – младший брат Нельсона-младшего, заботливо пестуемый Нельсоном-старшим. Минувший сезон провел в Евросерии Формулы‑3. Цель очевидна – дойти до F1.
Знакомьтесь: 18‑летний Педро Пике – младший брат Нельсона-младшего, заботливо пестуемый Нельсоном-старшим. Минувший сезон провел в Евросерии Формулы‑3. Цель очевидна – дойти до F1.

Фото: из архива автора

Подпишитесь на «За рулем» в