2108 из восьмидесятых

2108

2108

В очередной раз слово читателю — рассказывает Роман Емельянов. Предновогодний телесюжет погрузил его в воспоминания… Декабрь... самый конец — предновогодняя суета в самом разгаре. В комнате, которая уже обладает всеми атрибутами любимого с детства праздника, работает телевизор... В самом конце выпуска, когда уже вот- вот должна появиться красивая девушка с картой России за спиной, показывают небольшой сюжет. АВТОВАЗ закончил производство автомобилей семейства ЛАДА-САМАРА... Уже давно закончился сюжет и всё таки появилась та самая девушка, а мои мысли всё ещё где-то далеко. Странно это всё... Какое-то время сопротивляюсь этому чувству и даже подхожу к окну, чтобы бросить взгляд на припаркованную у парадной мою «Короллу»... Но нет... это сильнее меня! И стрелки невидимых часов где-то у меня в голове уже отмотали четверть века назад... делаю глоток чая и окончательно погружаюсь в воспоминания... Итак место действия — Союз Советских Социалистических Республик. Лен. Область город Тосно… даже его окраина. Улица с деревянными домами, среди которых дом моей бабки. Время действия — лето 1987 или 1988 года. Выходной день… Потом будет модно называть эту эпоху «Совок» У кого-то в памяти всплывёт слово «Перестройка» или «Гласность», кто-то вспомнит сухой закон или очереди за дефицитным товаром. А кто-то ничего не вспомнит, потому как родился уже в 90-е, а это уже совсем другая история — с коротко стрижеными пацанами и малиновыми цветами в моде. Мне самому было тогда совсем мало лет и по сути дела это воспоминания маленького мальчика, но тем не менее когда я спустя много лет рассказывал это своему отцу, он с удивлением признал, что всё было именно так. Ближе к делу… Небольшая улица окраины Тосно. Если бы не шум Московского шоссе в двух километрах, то можно было бы подумать, что это глухая деревня. Дома принадлежат в основном пожилым людям — ровесникам домов. На буднях жизнь тут совсем замирает, а на выходные ко многим приезжают дети, внуки и улица наполняется свежим дыханием. Среди таких приезжих и мои родители вместе со мной. Народ на улице очень простой, ещё советский… все друг друга знают. Под вечер в выходные собираются целые компании по интересам. Я часто, разинув рот, слушал их байки, но была и ещё одна местная «секта» в которую тянуло меня сильнее всего. Это были местные АВТОМОБИЛИСТЫ. Очень уважаемым человеком среди них был мой дед. И вот под вечер в выходной к его гаражу стекались мужики со всей улицы. Что-то вместе ремонтировали, кто-то пытался найти нужную деталь… и разговоры, разговоры. Непонятные для меня слова — «Кардан», «Генератор», «Стартёр„… А слово „Карбюратор“ для многих здесь было священным. О иномарках никакой речи быть не могло. У многих были классические копейки, тройки, шестёрки… Семёрки было довольно круто тогда. Много кто катался на Москвичах 412, 2140… У кого-то были старые 21-е. У моего деда был „горбатый“ 62 года, а у отца — тоже горбатый, но 69 года. Весь этот автопарк я перечисляю не просто так. Этот обычный летний вечер мог бы закончиться как обычно, но послышался шум колёс и все решили выглянуть посмотреть, кто пожаловал? И тут перед нашим взором оказалась она… Она была великолепна… её пожирали взглядами… её формы казались тогда просто нереальны… казалось, что она даже передвигается почти не касаясь дороги… Она — это ВАЗ-2108 вишнёвого цвета: низкое торпедо, коричневый салон, ещё короткое крыло. Сейчас даже трудно представить, что эдакого должно быть в машине, чтобы так приковывать к себе внимания. Восьмёрка остановилась у соседнего дома. А ещё через минуту мы знали, что это приехал сын нашего соседа… он был довольно состоятельным человеком по тем временам… директор Стадиона где-то в Ленинграде. Уже через пару минут вся компания из гаража облепила машину. Многие до этого видели „самару“ только по телевизору, читали о ней в журнале „За Рулём“, встречали на дорогах, но вот так потрогать, посидеть в ней… никогда. Даже те машины, что катались уже по Ленинграду, часто прятались своими хозяевами по гаражам, а не бросались во дворах… такое время было… и дворники снимали каждый раз уходя домой. Смешно сейчас, да? C точки зрения всего Советского автопрома „самара“ была тогда революцией… Вот тогда весь вечер десяток мужиков пожирали глазами эту машину. Как так передний привод? И кардана нет… как совсем нет? ШРУС? А что такое ШРУС? А что здесь за карбюратор такой непонятный? И всего пара дверей и багажник, но какая длинная дверь. До позднего вечера продолжались разговоры и споры. Среди стариков осталось мнение, что задний привод гораздо лучше, а среди молодых в том числе и у моего отца, глаза горели — было видно, что они многое готовы отдать за обладание такой машиной. Под самый конец вечера хозяин восьмёрки попросил оставить машину у нас во дворе, так как у него не было места у дома, а бросать такую машину на дороге нехорошо. И вот она стоит у нас… среди двух запорожцев... Помню, совсем уже ночью, когда все разбрелись по домам, мой отец долго сидел на  крыльце дома. Курил и смотрел то на восьмёрку, то на свой запорожец. Что творилось у него тогда в душе, о чём он думал? Ему тогда было примерно как мне сейчас… А какая машина может вызвать у меня сейчас такие эмоции? Я вот боюсь, что не могу представить такую машину…

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Читать комментарии (87)

Самые новые