Василь быков: "когда нужен совет, ищу в зр и нахожу" — журнал За рулем

Василь быков: "когда нужен совет, ищу в зр и нахожу"

ВАСИЛЬ БЫКОВ: «КОГДА НУЖЕН СОВЕТ, ИЩУ В ЗР И НАХОЖУ»

СМОТРИТЕ, КТО ПРИЕХАЛ!

ВАСИЛЬ БЫКОВ: «КОГДА НУЖЕН СОВЕТ, ИЩУ В ЗР И НАХОЖУ»

Взял интервью Леонид САПОЖНИКОВ

— Василий Владимирович, вы писатель-фронтовик, бывший артиллерист. И хотелось бы начать наш водительский разговор не с банальных «жигулей», а с машин, которые буксировали ваши пушки.

— Сначала это делали лошадки. Позже, когда я командовал взводом в противотанковой артиллерийской бригаде, тягачами наших орудий калибра 57 и 76 миллиметров были грузовики — от полуторки и трехтонки до «Студебеккера».

— Вы пробовали управлять?

— Когда мы ехали колонной, то, конечно, вел шофер. Но иногда в полевых условиях он разрешал мне проехать «вон до того бугра». Однажды при развороте я задел траншею, и «Студебеккер» завалился на бок. Побежали за другой машиной, и все это рядом с передовой, во время боя... С тех пор, помня свой промах, я руль в руки не брал.

— Как долго?

— До 1976 года. У меня тогда была моторная лодка. И мой друг, с которым мы вместе осваивали реку, сумел купить «Жигули», а лодку забросил. «Автомобиль, — сказал он, — лучше, на нем на любую речку можно поехать». Ну, тогда и я начал думать о машине. Подал заявление, ходил в облисполком, просил... Ой, Боже мой!..

— За свои деньги народный писатель Белоруссии должен был просить?

— Ну, я тогда еще не был народным, но дело не в этом. Конечно, просить, а как же! И мне в конце концов дали «Жигули» третьей модели, выделенные перед этим по разнарядке одному району, который успешно справился с какими-то заготовками.

— В современной жизни хватает мерзостей, но хотя бы нет этих унизительных комедий.

— Да, конечно... Обидно, что из моих двадцати водительских лет благоприятными были года три, ну, может, пять. До конца 80-х автомобиль нельзя было купить ни за какие коврижки — только по особому разрешению-распоряжению. Теперь — пожалуйста, но на что? У меня нет таких денег, чтобы купить сносную машину.

— А что у вас сейчас в гараже?

— «Волга» модели 24–10.

— Чем не нравится?

— Расход несусветный. И для езды по городу слишком большая, особенно в ширину. Неудобно маневрировать в потоке, да и въезжать в гараж.

— Много времени проводите за рулем?

— Раньше ездил очень много и далеко. А сейчас — в основном, на дачу под Минском. Главным образом потому, что накладно с бензином. Он у нас за эту зиму подорожал раза в два, если не больше.

— У вас руки человека, имеющего дело не только с бумагой и пишущей машинкой. Рискну предположить, что вы сами себе автослесарь.

— Да, обслуживанием и ремонтом, в основном, занимаюсь сам. Известно, на каком уровне был наш сервис. По сути, он там же и остался.

— А навыки у вас откуда?

— Сам постигал. С помощью литературы и вашего журнала. У меня хранится комплект «За рулем» лет за восемнадцать. Когда нужен совет, начинаю искать. И нахожу, между прочим.

— Вы осмотрительный водитель?

— Езжу, тьфу-тьфу, практически без аварий.

— Но если кто-то, не дай Бог, побьет вам крыло или дверь, сможете самостоятельно отрихтовать, покрасить?

— А почему бы нет? На СТО сейчас цены просто невозможные.

— Подбираете ли на трассе голосующих?

— Когда-то подбирал. А теперь боюсь — слишком много хищников...

— Василий Владимирович, среди немногих светлых воспоминаний моего военного детства — автомобили тех лет. Лучшим, естественно, казался тот, шофер которого разрешал побибикать... А вот интересно взглянуть на них глазами фронтовика.

— О легковых, особенно трофейных, ничего не скажу: ездить на них было прерогативой начальства. Помню, командир полка пользовался «Хорьхом» — черным, лощеным... А мы имели дело с грузовиками и больше всего ценили «Студебеккер». Отличная проходимость (три ведущих моста), удобная кабина, великолепный кузов с откидными скамейками вдоль бортов.

— Скамейки — вроде бы не такое уж техническое достижение?

— Но в отечественных машинах расчет, погрузив ящики со снарядами, был вынужден забираться на верхотуру... У «Студебеккера», на котором я ездил, шофер был вдвое старше меня, с большим довоенным стажем, так он нарадоваться не мог, какой это надежный и удобный автомобиль. Только однажды нас подвело сцепление. Так он наклепал подгоревший диск — «ферродо» — гильзами от малокалиберной винтовки, и мы уверенно поехали дальше. А вот танки союзников были скверные. На нашем 2-м Украинском фронте в конце войны появились американские «шерманы» — чересчур высокие, со слабой броней, огнеопасные. Я лежал в госпитале с танкистами, которые матюгом крыли эти рузвельтовские подарочки.

— Из ваших повестей самое сильное впечатление произвел на меня «Сотников» (большее, чем поставленный по нему фильм «Восхождение»). Там вы пишете в конце: «Как и тысячи лет назад, человека снедает в первую очередь забота о самом себе, и самый благородный порыв к справедливости порой кажется со стороны по меньшей мере чудачеством, если не дремучей глупостью». Можно ли отсюда заключить, что вы пессимист?

— В общем, да. Но если появляются в жизни моменты, которые опровергают мой пессимизм, то я безмерно радуюсь. Я пессимист, который жаждет оказаться неправым.

Понравилась заметка? Подпишись и будешь всегда в курсе!

За рулем на Яндекс.Дзен
Архивная статья
Количество просмотров6386
Оцените материал
0:0

Купить свежий номер
«За рулем» можно здесь: