Выходят на арену силачи — журнал За рулем

Выходят на арену силачи

ВЫХОДЯТ НА АРЕНУ СИЛАЧИ

СПОРТ И ОТДЫХ

Формула 1 

ВЫХОДЯТ НА АРЕНУ СИЛАЧИ

Кольцевой чемпионат мира становится полем битвы крупнейших автомобильных компаний.

Александр МЕЛЬНИК

«Такое нам и не снилось! — директор „БМВ Моторшпорт“ Герхард Бергер, сам в прошлом пилот формулы 1, никак не мог поверить в случившееся. — Попасть на пьедестал в первой же гонке дебютного сезона — не старт, а мечта! И не упомнишь, кому из производителей моторов для формулы 1 такое удавалось».

Действительно, то, что совершил немецкий гонщик Ральф Шумахер на Гран-при Австралии, первом этапе чемпионата мира 2000 года, подобно маленькому чуду. Ведь его «Вильямс», пропустивший вперед лишь «феррари» двух фаворитов — Михаэля Шумахера и Рубенса Баррикелло, был оснащен двигателем БМВ. А баварские моторы не появлялись в чемпионате мира больше 12 лет.

Возвращение ожидалось трудное. Инженеры во главе с Паулем Роше, которые в 1983 году привели четырехцилиндровый турбонаддувный БМВ-М12/13 к чемпионской вершине, совсем было собрались на заслуженный отдых. Да и двигатели в «первой» за эти годы изменились до неузнаваемости. При том же рабочем объеме в три литра, что и двадцать лет назад, они похудели в полтора раза, став невероятно легкими и компактными; мощность же возросла с 500 до 800 л. с. Вот почему, объявив о возвращении на трассы чемпионата, в БМВ отнюдь не рассчитывали закидать соперников шапками. «Первый сезон мы будем лишь учиться, — говорил Бергер, — попробуем заложить основу для серьезной работы, построив сперва не самый мощный или революционный, но максимально надежный агрегат. На второй год планируем бороться за победы на отдельных этапах. И только в 2002-м уже с двигателем нового поколения будем драться за титул».

По правде, баварскому концерну не оставалось ничего другого, как ввязаться в этот бой. Ведь главный конкурент, «Мерседес-Бенц», вот уже два года хвастается тем, что его моторы — лучшие в мире. И никому нет дела, что двигатели для машин Мики Хаккинена и Дейвида Култарда строят в Англии на заводе фирмы «Илмор». Главное, что «мак-ларены», окрашенные в фамильный «мерседесовский» цвет, несут на углепластиковом носу трехлучевую звезду. Руководство штутгартского концерна, воодушевленное успехами, в прошлом году решило еще увеличить свое участие в формуле 1, купив 40 процентов акций «Мак-Ларена».

Тогда же в мире королевских автогонок грянула другая долгожданная сенсация — «Форд» приобрел команду Джеки Стюарта, переименовав ее в «Ягуар Рейсинг». От американцев и европейцев не захотели отставать автогиганты из Страны восходящего солнца. О своем возвращении в чемпионат объявила обладательница пяти титулов — фирма «Хонда». И наконец, занялась постройкой автомобиля формулы 1 «Тойота», закрыв при этом весьма успешную раллийную программу.

С каким убитым видом, чуть не плача, седовласый шеф «Тойота Тим Юроп» Уве Андерссон, чья команда завоевала четыре личных и два командных титула в раллийном первенстве планеты, объявлял о перепрофилировании базирующейся в Германии ТТЮ! Но ничего не поделаешь — хозяева «Тойоты» вложили миллионы долларов в расширение завода и даже купили часть акций мотоциклетной фирмы «Ямаха», инженеры которой имеют опыт конструирования двигателей формулы 1. 

Итак, «Мерседес-Бенц», БМВ, «Хонда», «Тойота», ФИАТ в лице «Феррари», «Форд» через свое отделение «Ягуар» — сразу шесть крупных автомобильных фирм. Такого изобилия заводских команд в формуле 1 не было никогда! Больше того, в 80-е казалось, что автозаводы постепенно теряют интерес к этой дисциплине автоспорта — ведь последствия отрицательной рекламы от поражений могут быть весомее выгод от гипотетических побед. И уж во всяком случае пример «Феррари», двадцать лет не выигрывавшей чемпионат, «Рено», восемь сезонов безрезультатно боровшейся за титул, и «Хонды», в 60-е годы строившей автомобили формулы 1, наглядно продемонстрировал, что заводу не под силу изготовить конкурентоспособные двигатель и шасси одновременно. «Я уверен, что комбинации „Брэбхем-БМВ“, „Мак-Ларен-Порше“ или „Вильямс-Хонда“ всегда будут сильнее, нежели большой завод, который все делает сам, — говорил еще в начале 80-х тогдашний шеф „БМВ Моторшпорт“ Дитер Штапперт. — Крупная компания неповоротлива, ей просто не угнаться за сумасшедшим темпом формулы 1».

Что же изменилось? Теперь автогиганты вовсе не стремятся загрузить своих инженеров новыми, «гоночными» задачами. Они просто покупают команды формулы 1 — вместе с пилотами, конструкторами и менеджерами. Именно такая сделка лежит в основе возвращения БМВ. Команда Фрэнка Вильямса сначала построила баварцам спорт-прототип для 24-часовых гонок в Ле-Мане, а теперь станет готовить машины формулы 1. И если они начнут побеждать, будьте уверены — слово «Вильямс» моментально исчезнет из названия команды, останется только БМВ. Точно так же намерены действовать «Мерседес», «Хонда» и «Тойота». А вот «Форд» поступил несколько опрометчиво, широко объявив о «великом пришествии» «Ягуара». Провал в Австралии английских машин с дикой кошкой на зеленых бортах и лавина публикаций о ненадежности «ягуаров» — яркий пример тому, что реклама в автогонках — палка о двух концах.

Тем не менее схватки «серебряных стрел» «Мерседес-Бенца» и «алых жеребцов» «Феррари», которые телевидение несет в миллионы домов по всему свету, не дают спокойно спать членам правлений автомобильных фирм. И вот уже испанская компания «Телефоника», фактический владелец одного из аутсайдеров чемпионата мира — «Минарди», решает перевести команду из Италии на Пиренейский полуостров и... подыскать ей сильного автомобильного партнера. Очевидно, речь идет о СЕАТе, за которым, в свою очередь, тоже стоит гигант — «Фольксваген».

А спустя несколько дней после австралийского Гран-при стало известно, что «Рено» за 150 млн. долларов покупает команду «Бенеттон». В 2002 году ее машины получат и новые моторы, и новое название. Мало того, поговаривают, что французский двигатель установят на автомобили команды «Эрроуз» под маркой... «Ниссан»! 

За всю свою 50-летнюю историю никогда еще формула 1 не менялась столь стремительно — в ней не осталось и следа бесшабашного героизма 50-х, любительской романтики 60-х, технического авантюризма 70-х. Надолго ли хватит запала у автомобильных гигантов? Не разочаруют ли их огромные затраты и неминуемые поражения? И чем удивят нас конструкторские отделы, чей бюджет вырастет до сотен миллионов — может, «голосовыми» педалями газа и тормоза, пластиковыми моторами, бесступенчатыми трансмиссиями? На все эти вопросы ответит завтрашняя формула 1 — формула XXI века.

Фото Jordan и Фотобанк/Allsport

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Читать комментарии

Самые новые