Спорт ледникового периода — журнал За рулем

Спорт ледникового периода

СПОРТ ЛЕДНИКОВОГО ПЕРИОДА

СПОРТ И ТУРИЗМ

СТАРЫЕ, СТАРЫЕ ГОНКИ

СПОРТ ЛЕДНИКОВОГО ПЕРИОДА

Сумерки

отечественных

автогонок

продолжались

без малого

четверть века.

Александр МЕЛЬНИК.

Фото из архивов журнала «За рулем»

Известно, что в нашей стране долгим и безосновательным гонениям подвергались генетика и кибернетика, абстрактная живопись и поп-музыка. Но есть область человеческой деятельности, судьба которой в России сложилась едва ли не горше — автомотоспорт. Не верите? Давайте вместе перелистаем страницы отечественных газет и журналов, начиная с первого десятилетия ХХ века.

"...Нам, русским, нужны машины, в которых не только чтобы была сила, но и прочность, потому что у нас не много хороших дорог..." "...Грязные махинации с призами, бездушное отношение толпы к несчастьям, происходящим на гонках, вызывают отвращение..." "...Кто станет ездить с такой головокружительной скоростью по нашим неблагоустроенным дорогам на нежных и недолговечных гоночных машинах? К чему при нашей бедности культивировать столь дорогое удовольствие?" "...Нам не надо гонщиков-профессионалов, нам чужды их кастовые интересы, их темные махинации с первенством..." "...Нет смысла рисковать жизнью и здоровьем гонщиков только для того, чтобы завод ГАЗ мог утереть нос заводу ЗИС..."

Правда, еще в 1914 году под Санкт-Петербургом удалось провести первые автогонки на Большой приз (см. ЗР, 1998, № 6). Но тут грянула мировая война.

Как многие их французские, немецкие, английские коллеги, авто- и мотоспортсмены России добровольно уходили на фронт. Из них даже сформировали моторизованную часть, одну из первых в русской армии. А в октябре 17-го немногочисленные поклонники автомотогонок в России надолго забыли о них — не до жиру, быть бы живу...

Когда в июне 1922 года возник Петроградский автоклуб, старый мир был разрушен, действительно, до самого основания. Из нескольких десятков тысяч автомобилей, составлявших автопарк дореволюционной России, «в живых» осталась лишь тысяча-две. Многие машины погибли в войне, были разграблены, безнадежно испорчены неумелыми новыми хозяевами. Богатых людей — а ведь автогонки всегда были спортом богатых и в мире и, в особенности, в России — не осталось, автозаводы уничтожены, инженеры в большинстве своем признаны классовыми врагами, многие гонщики, активисты дореволюционных автоклубов бежали за границу. Кому заниматься автоспортом?

И все же не истребить жажду скорости в человеке. Автоклубы возникали в Москве и Харькове, Киеве и Одессе, Симферополе, Тифлисе, Ростове. В августе 1922 года состоялись первые за восемь лет состязания — гонки на 166 верст (177,1 км) по маршруту Сергиево-Красное Село-Детское-Гатчина-Сергиево, на тех самых дорогах под Питером, что с 1898 года стали Меккой русского автоспорта. Победил тогда бывший заводской пилот «Руссо-Балта» Иван Иванов на 100-сильном четырехцилиндровом старичке «Бенце».

Латаные-перелатаные автомобили-ветераны, доморощенные гонщики-энтузиасты или чудом уцелевшие в октябрьской буре обломки «прежнего режима» (в их числе И. Иванов, И. Степанов, А. Барышев, В. Белоручев), верстовые состязания на приходящих во все большую негодность дорогах близ Петрограда и Москвы, соревнования мотоциклистов на уцелевших кое-где велотреках — вот так выглядел автомотоспорт в России начала 20-х.

Но умирать совсем он никак не желал. 21 сентября 1924 года на Подольском шоссе под Москвой состоялся даже первый чемпионат РСФСР в пяти категориях автомобилей. Быстрее всех версту с хода преодолели москвичи Франк на «Штайре», Островский на «Мерседесе», ленинградцы Исаев на «Опеле», Серебренников на «Мерседесе», Шевченко на «Бенце».

Запомните фамилии чемпионов России, ибо первые, увы, стали и последними. Машины участников продолжали ветшать, новые купить было не на что (даже из-за границы тем, кто там работал, разрешалось привозить лишь мотоциклы), свои строить некому и негде. Однако спортивная жизнь теплилась, соревнования проводились. Так, в 1929 году активисты Московского автоклуба рапортовали: «Мотосекция приняла участие в 15 скоростных открытых состязаниях в составе 327 членов. На 4-х мотосостязаниях спартакиады участвовало 86 членов, заняв 38 классных мест из 58 и установив 30 новых рекордов из 50». Но вновь созданное общество «Автодор» постепенно лишило клубы самостоятельности, а гонки заменили агитационно-пропагандистские пробеги, соревнования (крайне, впрочем, редкие) на знание дорожного движения и экономию топлива.

Больше того, по мере нагнетания в стране обстановки террора в конце 20-х-начале 30-х, автомотоспорт стал чуть ли не «врагом народа». Вот что говорил председатель «Автодора» А. М. Лежава на его съезде в 1932 году: «Нельзя рассматривать автодоровскую организацию иначе, как организацию класса, строящего социализм. Отсюда — необходимость зорко наблюдать за чистотой классовой линии в работе „Автодора“ и пополнять его ряды из слоев трудящихся, не допуская проникновения... классово чуждых элементов». И немало «чуждых элементов» — в их числе председатель Московского клуба автомобилистов (с 1899 года) Николай Карлович фон Мекк, редактор журнала «Автомобиль» Андрей Платонович Нагель, самый заметный из строителей «русских кароссери» Петр Петрович Ильин, — не пожелавших в 17-м покинуть Родину, были репрессированы.

Дальше — больше. Вся страна клеймила позором разгильдяев, допускающих аварии на транспорте, «нецелевое использование» машин и разбазаривание бензина. Найти упоминание об авто- или мотогонках в прессе тех лет — дело почти безнадежное. Чтобы заниматься ими в такой обстановке, нужно было обладать настоящим мужеством. И все-таки автомотоспорт, загнанный чуть ли не в подполье, не умирал! Вот что писал (единственная заметка на спортивную тему в том году) «За рулем» в 1930-м: «7 июля на шоссе Энтузиастов погиб известный московский мотогонщик Спиридон Дионисович Костаки. Во время четвертой, последней попытки на 1 версту в его машине „закусило“ газ и Костаки врезался в шлагбаум».

Но самая длинная, самая холодная и страшная ночь когда-нибудь кончается. В середине 30-х на полную мощность работал Горьковский автозавод, выпускавший не только грузовики, но и легковые машины. На 1 января 1935 года в Москве насчитывалось 779 личных автомобилей, 1200 мотоциклов, в Питере — около 150 «частников„-автовладельцев.

Любопытно, что одной из первых ласточек грядущего потепления стал... Всесоюзный слет юных друзей «Автодора». 8 июля 1935 года пионер из Ивановской области Циперкус опередил пятерых своих сверстников в соревновании микроавтомобилей. 250 метров по дорожке Сокольнического парка культуры и отдыха имени Бубнова в Москве он преодолел за 33,8 секунды. А в сентябре там же неподалеку прошел мотокросс — лучшим из 15 участников стал Кириллов на отечественном (наконец-то!) ГМЗ-НАТИ-А-750, преодолевший 20 километров за 43 минуты 7 секунд. Еще через месяц ЦИК СССР ликвидировал «Автодор». «Условия резко изменились, — говорилось в постановлении. — Значительно возросшая насыщенность страны автомобилем требует развития культурного автомобилизма среди широких трудящихся масс».

Оставим в стороне деревянный слог. Главное — моторный спорт вышел из-под мертвящей опеки классовых борцов за советские дороги и советский автомобиль и был передан в Высший совет физической культуры СССР. Примечательно, что когда сразу же после этого в Саратове открыли автоклуб, в его задачи входила «организация массового (! — ред.) автомобильно-мотоциклетного спорта».

И тут же на эту оттепель откликнулась печать: «Мы хотим, чтобы автопромышленность приступила к созданию технической базы автоспорта. Конструкторы должны подумать о постройке советского гоночного автомобиля, чтобы советские „синие птицы“ могли ставить мировые рекорды».

Итак, война и революция отбросили отечественный автоспорт чуть ли не на уровень 1898 года. Но уничтожить его не удалось. Начинался один из самых любопытных эпизодов автомобильной истории нашей страны, когда энтузиасты-одиночки и небольшие коллективы инженеров, не обладая зарубежным опытом, знанием теории и практики автомобиля, попытались «догнать и перегнать».

Одна из верстовых гонок, которые в 1928 году проводил Московский автоклуб. На снимке — чехословацкий легковой автомобиль марки «Прага».

В 1928 году на московском стадионе МГСПС прошли первые в СССР соревнования по фигурному вождению. Одно из заданий было весьма курьезным — на ходу переставить стакан с водой с правого столика на левый.

30 мая 1932 года на шоссе Энтузиастов прошли километровые авто- и мотогонки. Одним из участников был старенький немецкий «Ганомаг». Состязания «представляли сравнительно бедное зрелище» — с горечью резюмировал журнал «За рулем».

Участники II Всесоюзного слета друзей «Автодора» 7 июля 1935 года.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Читать комментарии

Самые новые