Насладиться звенящей тишиной пустынь

Насладиться звенящей тишиной пустынь

Братья Синельники со своей отчаянной командой
Братья Синельники со своей отчаянной командой

Так родился проект «Семь пустынь на отечественной мототехнике» — путешествие по Казахстану через Кызылкумы, далее на Ближний Восток по Сирийской пустыне и Африке через Ливийскую, Нубийскую пустыни, Чалби, Калахари и Намиб. О первой части — переходе через пустыню Кызылкумы на мотовездеходах «Иж-Самсон» — «Мото» писал в № 8–2006. Итог был неутешительным: новоявленные «монстры» — трехколесные аппараты симметричной конструкции, названные изготовителем «вездеходами», только по виду казались грозными.

Заводчане клялись, что это «чудо техники» пройдет, где хочешь. Опытные путешественники рекламным словам, конечно, не поверили, но у них и в мыслях не было, что изготовители не то что в пустыне — на серьезном бездорожье аппараты не проверили.

Братья Синельники со своей отчаянной командой
Братья Синельники со своей отчаянной командой

За январь-февраль 2007 года прошли вторую часть маршрута — Сирийскую, Ливийскую и Нубийскую пустыни, а три последних — за февраль и март 2008 года. Для продолжения экспедиции братья Синельники с командой, в которую вошли Виталий Мельничук, пилот и художник (он прошел с Синельниками все семь пустынь), Алексей Савинов, инженер-механик (Кызылкумы, Сирийская, Ливийская, Нубийская), Александр Кислов, фотограф, кинооператор (Кызылкумы, Сирийская, Ливийская, Нубийская) и Сергей Муравицкий, инженер-механик, член минского клуба «Ночные волки» (Чалби, Калахари, Намиб), пересели на знакомые каждому любителю мототехники мотоциклы «Иж-Планета-5». На них прошли через остальные шесть пустынь. Да и то не все байки достигли финиша — перед самым началом третьего этапа, в Хартуме, один из «Ижей» «умер», и его пустили на запчасти.

СИРИЙСКАЯ ПУСТЫНЯ. Песчаного бездорожья в большом количестве тут не ждали. По описаниям, Сирийская пустыня каменистая, так что все заранее радовались — значит, проще будет ехать. Не тут-то было! У мотоциклов «летели» двигатели и коробки передач. Людей же ждали и вовсе неожиданные испытания. Местные жители уготовили препятствие, о каком и мысли не возникало! Сирийцев можно понять: какие-то неизвестные белые мужики под черным флагом с нарисованным на нем волком на трех тарахтелках устремляются куда-то в глубь безжизненной территории! Зачем? Что им там надо? Сообщили, видимо, куда положено. И вот ночью, когда мы расположились ко сну, явились представители органов госбезопасности Сирии и взяли нас под стражу. Да как: вдруг из темноты — слепящие фонари, несколько человек упирают нам в головы дула автоматов. Затащили в машины и увезли в воинскую часть, где учинили допросы. Нас «спас» строевой генерал — «джиджат», который учился в военном училище еще во времена СССР, он понимал по-русски, и только ему мы смогли разъяснить цели похода и заверить, что мы простые путешественники, а не террористы. Когда все кончилось, нас даже оставили ночевать.

Братья Синельники со своей отчаянной командой
Братья Синельники со своей отчаянной командой

Природа тоже озадачила: по ночам в Сирийской пустыне мы нещадно мерзли. Почему-то были уверены, что даже зимой в этой пустыне не должно быть морозов. И не взяли теплой одежды и теплых спальников. Видимо, выдалась аномальная зима — к вечеру температура падала до заморозков. В итоге все приболели, а у Саши Синельника несколько дней держалась высокая температура. Опасались пневмонии, кололи ему антибиотики. А он, назло болезни, ехал, обливаясь потом, весь маршрут по Сирии и Иордании.

За день удавалось преодолевать по более-менее нормальной колее всего около 100 км. Стартовали обычно не раньше четырех часов дня, потому что с раннего утра Леша Савинов спасал коробку передач на своем аппарате. Обнаружился серьезный заводской брак, в результате чего полностью разрушились шестерни 2-й и 3-й передач. В один из дней такая же проблема возникла на мотоцикле Саши Синельника — перестали включаться эти же передачи. Расскажи кому, что мы посреди пустыни перебирали коробки передач на мотоциклах, — не поверят.

Братья Синельники со своей отчаянной командой
Братья Синельники со своей отчаянной командой

Вообще Сирия — страна дружелюбных и корректных людей. Только кругом полно пыли, грязи и мусора. Мусор скапливается кучами прямо на улицах. Создается впечатление, что его не убирали несколько десятилетий и он уже врос в землю.

Встречали мы на дорогах Сирийской пустыни наши УАЗики, ЗИЛы, КамАЗы, а в городах ездят ВАЗ 2115, они используются в качестве такси.

На улицах много людей в военной форме. Видимо, страна находится в состоянии повышенной боевой готовности. И неудивительно: граница с Израилем тут долгие годы наглухо закрыта. В глубь пустыни двигаться не рискнули — из-за близости границы с Ираком, где не прекращается бойня, приграничная территория, говорят, заминирована.

ЛИВИЙСКАЯ ПУСТЫНЯ. Миллионы российских граждан ежегодно отдыхают в Египте, но отношение к путешественникам здесь все равно непонятное. С такой бюрократией мы не сталкивались ни в одной из 35 стран мира, где удалось побывать. Таможенники отказывались пропустить мотоциклы на территорию Египта и требовали внести за каждый 15 000 евро! В итоге, потеряв неделю времени, кучу денег и несчетное количество душевных сил, нашли в Нувейбе менеджера Ашруфа. Он поручился, что мы не будем торговать этими мотоциклами. Дорога открылась. Выжав газ, взяли курс на запад, в Ливийскую пустыню.

Братья Синельники со своей отчаянной командой
Братья Синельники со своей отчаянной командой

При езде по Каиру главное — звуковой сигнал. Дистанция между машинами 10 сантиметров — норма. Суета, хаос! Оттуда — в Гизу. Быть в Египте и не посмотреть пирамиды — сродни преступлению.

Мы все бежим от холодов к теплу, мечтаем отогреться. Как мудро заметил Виталий Мельничук, уже не важна цель путешествия — все мысли только о тепле. Но и в Египте его нет. Ходим по-прежнему в куртках, свитерах, а при езде выглядим как кочаны капусты: натягиваем все, что есть.

Нитка маршрута экспедиции вела на юго-запад по дороге, периодически углубляясь в Ливийскую пустыню. На «Ижах» по ней ехать крайне тяжело — мешает рыхлый сыпучий песок под колесами. Пытались тащить мотоциклы на себе. Бесполезно! Вернулись на грунтовку.

Западный Египет значительно отличается от восточного, здесь люди совсем другие, не испорченные туристами и бакшишами, никто не клянчит «гив ми паунд!» («дай мне фунт!») с протянутой рукой. Нет суеты, арабы спокойно разъезжают верхом на осликах.

Братья Синельники со своей отчаянной командой
Братья Синельники со своей отчаянной командой

Самый большой из встреченных нами оазисов, Дахила, тянулся аж на 70 км. Существование этих районов посреди безжизненных пустынь обеспечивается только открытыми источниками воды да колодцами. Интересно, ведь вода течет из них уже тысячи лет и все никак не иссякнет. В Дахиле мужчины почему-то ходят в шляпах типа вьетнамских. А рис не выращивают?.. Разговорился с владельцем придорожной гостиницы, у которого ставил печать в маршрутную книжку. Узнав, откуда мы, он удивился и сказал, что не помнит, чтобы русские заглядывали в эти края. В основном, немцы, голландцы, австрийцы и французы.

После Ливийской пустыни вернулись к Нилу в город Луксор, а оттуда — по федеральной трассе вдоль реки до Асуана. Постепенно пустынные желтые пейзажи раскрасила зелень, а потом показалась богатая растительностью полоса вдоль Нила.

НУБИЙСКАЯ ПУСТЫНЯ. В Судане нас ждала встреча с Нубийской пустыней. С нею мы познакомились пять лет назад, когда ехали тут на «Уралах». Но тогда проложили маршрут вдоль Нила, а сейчас — шалишь! — пытаемся прорваться через самый центр, в полной автономии на 380 км бездорожья. Для подстраховки ориентировались на железную дорогу, зачем-то проложенную здесь, в безжизненных песках. Говорят, некоторые станции на этой ветке обитаемы. Посмотрим!

На выезде из портовой Вади-Хальфы на посту нас остановили полицейские. Услышав, что мы едем в Хартум через пустыню, давай причитать:

— Вэри дэйнджерес! Вери, вери! Ноу вота, ноу пипл, ноу карс! (Очень опасно! Очень, очень! Нет воды, нет людей, нет машин!)

Посмотрели снаряжение, пересчитали канистры и запасы. Но увидев, что мы упакованы «на полную катушку», успокоились, однако все равно посоветовали ехать через Донголу. Мы не послушали.

Через 30 км начались совсем мягкие пески. Мотоциклы прорывались с трудом. Участков с твердой поверхностью становилось все меньше и меньше. Переключаешься с третьей на вторую передачу, а то ползешь и на первой. Сергей Синельник сидел на мотоцикле один, и ему удавалось проходить пески, не закапываясь, но на других мотиках ехали по два седока да еще с грузом, так те зарывались прилично.

Пассажиру приходилось на ходу спрыгивать и подталкивать аппарат. С Сашей Синельником ехал фотограф Саша Кислов, но какая уж тут съемка. На этом мотоцикле сломалась первая передача, отремонтировать уже не удалось. А без нее в таких условиях «тяжело» — не то слово.

Братья Синельники со своей отчаянной командой
Братья Синельники со своей отчаянной командой

Вдруг слева и справа появились озера с чистой голубой водой — вот тебе и пустыня! Смотрим и глазам не верим — может, свернем искупаться? А потом поняли: это миражи, вечные спутники путешественников в жарких песках. Обман и ловушка. Глазам в этих краях доверять нельзя. Так, например, видишь: вдали появился путник, он идет тебе навстречу, переступает ногами, но чуть проедешь, приблизишься — и оказывается это столб, врытый в песок. А мы, когда удалялись друг от друга, представали то огромным грузовиком, то плывущей лодкой.

Саша Синельник решил попробовать на своем мотоцикле ехать по насыпи железной дороги, а потом забрался и на шпалы. Оказалось, ехать по шпалам невозможно, а вот по насыпи в некоторых местах удается, там поверхность тверже.

Виталий Мельничук случайно въехал поперек глубокой колеи. От удара Леша Савинов вылетел из коляски, пролетел метров пять и сильно ударился головой о камни. Виталию же мотоцикл прищемил ногу. Но все обошлось.

Смотрим на себя — все пропитались пылью, ее не вытряхнешь, не вычистишь. С нетерпением ждем Нила — искупаться да постираться.

Наконец мелькнули зеленые кустики. Какая-то группа растений, а среди них — арбузики! Настоящие! Принялись спорить, можно их есть или нет? Саша Кислов доказывал, что «вполне можно». Остальные побоялись. Как руководитель экспедиции Саша Синельник взялся опробовать арбуз на себе. Какая страшная горечь! Плюется, а горечь не проходит. Прополоскал рот водой — стало еще хуже. Хорошо, не отравился. Так с горечью во рту весь день и ехал. Через сутки только прошла.

Мимо проехал грузовик, а в кузове — коровы качаются, падают на кочках, несчастные. Это первый автомобиль, который мы встретили в Нубийской пустыне. Интересно, куда тут можно коров везти, им же здесь есть нечего?!

Поприветствовали встретившихся мужчин. Здесь, когда приветствуешь людей взмахом руки, они все враз тоже взмахивают руками — такое встречается только в Африке: не ответить на приветствие тут считается дурным тоном.

...Ну, вот и пересечена четвертая пустыня. Позади 950 км сквозь северный Судан, через Нубийскую пустыню. Реально по пустыням Африки на отечественных мотоциклах можно путешествовать только зимой-весной, летом же и сам сгоришь, и моторы у техники полетят. Поэтому решили сделать перерыв — вернулись домой.

ЧАЛБИ. В Судан после годового перерыва прибыли в феврале. Вроде бы зима, а температура воздуха зашкаливает за +30°. На территории посольства РФ в Хартуме печально стояли наши «Ижи». Видимо, уже и не чаяли нас увидеть. За год над городом пронеслось столько пыльных бурь, что никакие чехлы не спасли аппараты, они покрылись толстым слоем пыли. Ну, за работу! Впереди — великая Сахара. Но «реанимировать» один из «Ижей» так и не удалось...

Поехали на двух прямиком на юг через Эфиопию, Кению, Танзанию, Замбию, Ботсвану и Намибию и целых три пустыни — Чалби, Калахари и Намиб. На этом маршруте меньше стреляют. К команде присоединился наш белорусский друг Сергей Муравицкий, инженер-механик. И в первый же день после отъезда из Хартума на него свалилась пренеприятнейшая работа: разгоряченные стартовыми километрами ближе к ночи мы свернули с трассы в саванну искать место под палатку. И пробили все шесть колес сразу! Оказалось, земля тут покрыта мириадами огромных колючек, в сумерках их и не заметили. А колючки словно из стали сделаныѕ На запах резинового клея из зарослей выбегали антилопы, а от дороги — суданцы с вопросом, что это мы тут такое вкусное готовим? Так, на первых километрах закончились все запасы камер и покрышек, а впереди — около 10 000 километров по Африке.

Эфиопию хотелось миновать поскорее, но не тут-то было. Дорог хороших нет, горы, жуткие серпантины. Все это не для слабеньких «Ижей» — даже в самую скромную горку они не тянут. Переключаешься на первую передачу, да еще и седок выпрыгивает, подталкивает.

Двигатель просто горит — останавливаемся остудить, хорошо, что в горах не жарко, градусов 10–15, но страшная духота — не натолкаешься. С горем пополам на подъем в один километр иногда тратили по два часа.

Кругом постоянно натыкались на остатки недавней войны. Бесчисленные танки, пушки, бронетранспортеры, какие-то дзоты, укрепления, разбросанные буквально по всей округе. Дети играют на них, привыкли.

В стране жуткая бедность, нас постоянно «облепляли» любопытные аборигены и «ю-ю-юкающие» дети. Они галдели, кричали, что-то клянчили. Раз толпа детей и взрослых обступила нас так, что невозможно было двинуться с места. Затем одновременно десятки рук полезли в наши вещи, карманы. Пока отгоняли аборигенов в одном месте, улыбаясь сквозь стиснутые в гневе зубы, в другом они выхватывали вещи. Тихая «битва» продолжалась недолго, толпа разошлась так же молниеносно, как и образовалась. Команда кинулась считать убытки. С ужасом обнаружили, что нет навигатора GPS, плеера, коллекции дисков, исчезли туалетные принадлежности — зубная паста, щетки, полотенце; исчезла любимая «боевая» бейсболка Виталия, которая объездила с ним полсотни стран; перчатки, еще какие-то мелочи.

Сергей Синельник вначале просто рассвирепел, но потом взял себя в руки и с надеждой вернуть похищенное поехал по поселку искать старосту. Ему указали на каких-то стариков. Но те ничем не помогли — то ли эти старики не пользовались уважением, то ли с их «благословения» нас обокрали. Так и уехали ни с чем.

Сергей успокаивал: «Зато теперь эфиопы познакомятся с русской музыкой, а кто-то из детей начнет чистить зубы». Долго эти мысли были единственным утешением от понесенных потерь.

Но самое неприятное выяснилось позже. В пылу налета кто-то самый ловкий проткнул на одном из мотоциклов бензобак. Текущий из бака бензин заметили не сразу. Хорошо, не взлетели на воздух!

А вот и граница с Кенией и наша цель — пустыня Чалби. Новая палитра красок взволновала художников экспедиции Виталия Мельничука и Сашу Синельника. Зарисовки, фотографии и любование, любование. Но уж чего не ждали от этих мест, так это встречи с НЛО — иначе это явление не назовешь.

Началось все поздно вечером, с темнотой. Неожиданно справа, на нашем траверзе, появились две светящиеся точки: фонарики — не фонарики, огни — не огни... Они сопровождали нас километров десять, не приближаясь и не удаляясь. Все одновременно почувствовали странное тяжелое ощущение.

Из поганого места, от тех огоньков ехали, пока не прошло напряжение и все внутри не успокоилось. Огляделись — на новом месте никаких огоньков нет. Все тут же провалились в глубокий сон.

(Продолжение в следующем номере)

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии