Двадцать лет спустя

Как летит время! В мае 91-го мы, сотрудники только что появившегося журнала «Мото», пустились, как тогда казалось, в дальний и авантюрный вояж вокруг Рыбинского водохранилища.

000_moto_0911_104

000_moto_0911_104

И вот опять заправлены баки, уложены вещи, и мы в том же составе отправляемся в ностальгическое путешествие.

001_moto_0911_104

001_moto_0911_104Виктор Волынский, мастер спорта по мототуризму, чемпион России, обладатель сертификата Книги рекордов Гиннеса (путешествие вокруг Аральского моря).
Виктор Волынский, мастер спорта по мототуризму, чемпион России, обладатель сертификата Книги рекордов Гиннеса (путешествие вокруг Аральского моря).

Начало лета, на даче за окном моросит мелкий дождь, тишина. Люблю такие моменты, можно отключиться от бешеного ритма жизни и неторопливо покопаться в старых журналах. Вот первый номер «Мото», отпечатанный в Финляндии. Какой разительный контраст, первый шаг в «глянец». 1994 год, наша «аральская эпопея». Как вспомнишь, так вздрогнешь. Без связи, навигации, поддержки, на допотопной технике (хотя, в автономке на такой даже спокойней, всегда можно починить самостоятельно) ездили черт знает куда! Да, сильно поменялось мое представление о мототуризме. А вот наш первый отчет о путешествии на страницах журнала. «Рыбинское кольцо», двадцать лет прошло, юбилей. «Иж» и «Тула», завернутые в полиэтилен рюкзаки на багажниках и полторы тысячи километров по тем еще дорогам. Есть что вспомнить.

Вспомнил не только я. В редакции тоже нашлись знатоки юбилеев и предложили нам с Иваном Ксенофонтовым повторить пройденное. А «пуркуа бы и не па»? Мы еще с Валентинычем могём или не могём?

Проехали, посмотрели. На чем и как, расскажет Иван, а я немного о личном. Двадцать лет — это целое поколение, да и страна не стояла на месте. Где в те времена были проселки, теперь приличный грейдер, где был как бы (словосочетание из настоящего) грейдер — вполне такой хороший асфальт. А на чем сейчас ездят! Даже как-то глупо сравнивать, это даже не революция, а переход в другую реальность. Да, не все в новой России гладко и сладко, но в целом тренд (еще одно новомодное слово) правильный. И церкви потихоньку восстанавливают. Я не воинствующий клерикал, скорее, умеренный атеист, но красиво и на душе становится светлее.

002_moto_0911_104

002_moto_0911_104

Конечно, для чистоты эксперимента и точности эмоций, следовало бы поехать на той же технике — ИЖ-П5-015 и ТМЗ-5.952. Однако время не стоит на месте: мотоциклы в то время новые и перспективные, как казалось «на века» предписанные жителям сельской местности, перешли в разряд раритетов. Да и столпы советского мотопрома — Ижевский и Тульский заводы — канули в Лету…

Поехали на переданных на длительный тест BMW G650GS и Jawa 350 Style — наиболее универсальных и доступных из редакционного парка. Впрочем, «бумер» вряд ли можно назвать «мотоциклом для села» — все же это «паркетник», да и ценник у него «городской». А вот «Ява» — все та же модель, успешно продававшаяся в СССР, хоть и с минимальными переделками. Не знающая покоя рука прогресса коснулась «передка» («дискач» наконец пришел на смену двухкулачковому барабанному тормозу) и системы смазки воздушного «двухтаткника» (она стала раздельной). Заметим, оба автора в далекие 90-е совершали дальние путешествия на собственных «Явах». Но в тот редакционный пробег не без опасений пересели на новую и непроверенную технику — работа есть работа!

Ох уж эти «совкоциклы»! Может, сегодня кто-то с вожделением вспоминает о поездках на них, но тогдашняя техника требовала конкретного «приложения рук». Так было и в тот пробег. Открываем статью «Две песни на один мотив» («Мото» № 02–1991): «…подтянули крепеж, подрегулировали сцепление — оно потребовало вмешательства вплоть до регулировки усилия пружин». В карбюраторах оказалась латунная стружка, на «Иже» скоба переднего дискового тормоза терла о диск, пришлось ее центрировать шайбами. Честно говоря, позже эти факты забылась, по сравнению с реальными приключениями на 1500-километровом маршруте по дорогам Московской, Ярославской, Тверской и Вологодской областей. Тогда поздняя весна сделала непроходимыми многие дороги, отрезав некоторые райцентры от «Большой земли». Так было в Кубринске, Нагорье, Мышкине, на участке федеральной трассы Череповец — Рыбинск. Ну, а про границу Ярославской и Тверской областей и говорить нечего — там для перевозки людей цепляли прицепы к тракторам, и только такие «автобусы» могли регулярно курсировать между деревнями.

Помня это, отправлялись в путь с некоторым опасением: а вдруг эпопея повторится? Хотя палаток решили не брать — забронировали гостиницы по Интернету. Вот, пожалуй, самое значительное изменение за 20 лет. А что точно не изменилось — так это дожди, нежеланные спутники мототуристов. Выезжали под ливнем, однако сегодня он уже не так неприятен, как раньше, ведь современные «дождевики» позволяют почти не обращать на него внимания. Чего нельзя сказать о технике, по крайней мере, чешской. «Ява» оказалась столь же беззащитной перед этим атмосферным явлением, как и в социалистические времена: высоковольтную часть системы зажигания залило водой, и мотор заглох. Закатив аппарат в автобусную остановку, протерли насухо провода и стали, по старой памяти, городить защиту. Видок получился несколько «колхозный», зато стало возможно ехать. Наверное, в небесной канцелярии поняли, что дождем нас не испугать и не остановить, и решили зря воду не лить, а испепелить центр России экстремальной жарой.

В первый день, повторив старый маршрут, доехали до Мышкина на левом берегу Волги. Впрочем, 20 лет назад нам не удалось добраться сюда без приключений: по пути встретилось два офф-роудных участка (это на автодорогах с автобусным сообщением!), где мотоциклы пришлось толкать по обочинам и даже по тропкам. А уже невдалеке от Мышкина около деревни Палкино нам преградила путь огромная лужа, скорее, похожая на озеро. Водитель подъехавшего «Кировца» посмотрел-посмотрел, развернулся и уехал. Тогда, отложив проблему переправы на следующее утро, заночевали в палатке. На следующий день, решив поискать объезд, обнаружили опоры старого моста, положили несколько жердей и досок и по ним переправились. Так, без дублей и фотошопа, родилась обложка «Мото» №03–1992.

003_moto_0911_104_no_copyright

003_moto_0911_104_no_copyrightВ то время обложки создавались без фотошопа.
В то время обложки создавались без фотошопа.

А сегодня мы пролетели «со свистом» по асфальту до Мышкина, остановились в комфортной гостинице и еще вечером посетили уникальный музей Мыши и старинной техники. На следующий день асфальт кончился. Возможно, у иностранцев тряский грейдер по глухому лесу и отсутствие дорожных указателей ассоциируется с настоящим приключением. Для нас, помнящих эту дорогу 20 лет назад (ту, где тракторами перевозили пассажиров), езда по ней стала легкой прогулкой. И BMW, и Jawa были тут в своей стихии, и доставили водителям только удовольствие. Кстати, этот участок между Брейтово (Ярославская обл.) и Весьегонском (Тверская обл.) был единственным, где реально не было плотного потока автомобилей. Хотя нет-нет да и попадалась какая-нибудь иномарка, немыслимая в старые времена. Тогда и за изделиями нашего автопрома годами стояли в очередях и от безысходности покупали мотоциклы с колясками…

Но если 20 лет назад существовали проблемы с автомобилями и дорогами, то с мотоциклами проблем не было: в каждом селе встречались «мински», «восходы», «ижи» и «явы», жужжали мопеды-мокики — «Верховины» и «Риги». Все было свое, родное: СССР считался самодостаточной державой. Выпуск мототехники на семи заводах в середине 80-х превышал миллион штук в год; были даже времена, когда мы вышли на первое место по производству мотоциклов, обогнав Японию. А китайцам, как собратьям по строительству коммунизма, тогда подарили завод по выпуску устаревших «оппозитов» М-72. Тогда никто не предполагал, что скоро они нам будут дарить свои разработки…

В то время вся страна рассказывала анекдоты, как китайцы летают в космос (несколько миллионов оттягивают резинку рогатки) или вырабатывают электроэнергию (несколько миллионов в шелковых шароварах съезжают с эбонитовой горки). В памяти остались кампании товарища Мао, когда всем миром наши соседи гоняли воробьев, строили сталеплавильные печи во дворах и проводили культурную революцию. По телерепортажам нация представлялась оболваненной и примитивной, на уровне африканских племен. Могли ли тогда представить, что очень скоро Китай запустит в космос свои ракеты, построит свои истребители и будет производить моторы для мотоциклов BMW? И что пол-России пересядет на китайские скутеры и ATV?

Чем глубже в провинцию, тем больше «китайцев» мы встречаем. На недорогой техники ездят все: подростки, мамаши, старики. Те, что постарше, в основном, по делам — с удочками, покупками, мешками с сеном. Молодежь просто тусуется. В деревнях, в отличие от столичного парка, нет ни одной европейской или японской модели, все — из Китая. Те жители, у которых достаток выше среднего, вкладываются в «тюнинг» жилья, устанавливая стеклопакеты или сайдинг на столетние избушки, но не в транспорт.

Поменялось представление и о мототуризме. Раньше желающие собирались в группы более трех-четырех экипажей, оформляли в подразделениях Центрального совета по туризму и экскурсиям маршрутные книжки — с ними было легче путешествовать. Существовали постановления, помогавшие «организованным туристам» оформить отпуск в нужное время, получить пропуск в погранзону и даже заправиться бензином при его тотальном дефиците. Сегодня таких льгот нет, и большинство путешествуют в одиночку или вдвоем. И таких навьюченных дальнобойщиков на хороших мотоциклах-турерах нам встретилось немало. Раньше приспосабливали для дальних поездок обычные дорожные мотоциклы (чаще всего «Явы»), купив на мототолкучке «южный» трехсторонний багажник и «ветровик». Эти аксессуары делали кустари, конструкции была удобными и подходили практически ко всем моделям. Тогда «всё свое везли с собой»: непременно запас бензина и масла, ЗИП и некоторые запчасти. Сломаться могло все, но возили наиболее дефицитное, чтобы при надобности можно было обменять. Для «Яв», например, всегда брали поршневые кольца, на поздних 638-моделях жутким дефицитом считался щеточный узел генератора.

Сегодня дальнобойщики-одиночки наматывают тысячи километров по дорогам, не зная тех проблем. А раньше в одиночку ездить было просто нереально — слишком громоздким и тяжелым получался экип: палатка-брезентуха, ватный спальник, примус или паяльная лампа, запасы еды, запчастей, бензина и масла. На гостиницы или кемпинги рассчитывать не приходилось — их было мало, а где и были, не хватало мест. Да и с продуктами была напряженка: сахар, гречку, тушенку запасали заранее, а на удаленных маршрутах посылали заблаговременно «до востребования».

004_moto_0911_104

004_moto_0911_104

005_moto_0911_104

005_moto_0911_104

006_moto_0911_104

006_moto_0911_104

007_moto_0911_104

007_moto_0911_104Двадцать лет назад мы и предположить не могли, насколько изменится мотоциклетная жизнь в России.
Двадцать лет назад мы и предположить не могли, насколько изменится мотоциклетная жизнь в России.

008_moto_0911_104

008_moto_0911_104

009_moto_0911_104

009_moto_0911_104

010_moto_0911_104

010_moto_0911_104

011_moto_0911_104

011_moto_0911_104

012_moto_0911_104

012_moto_0911_104Мы надеемся встретить на этом живописном берегу еще не один юбилей нашего журнала.
Мы надеемся встретить на этом живописном берегу еще не один юбилей нашего журнала.

Такие мысли приходили, пока ехали по грейдеру в сторону Весьегонска. Так с первой поездки почему-то запомнилась столовая на окраине. Раньше система общепита была государственной, как и все остальное. Продуктов в открытом доступе, кроме Москвы, было мало, зато советский трудовой народ мог быть накормлен во множественных столовых. В сегодняшних реалиях рынка, поесть за нересторанные деньги можно только на крупных трассах. В небольших городках и глубинке искать столовые бесполезно, и удел путешественника, мечтающего о салатике, супе и отбивной с пюре или макаронами и компоте, — какая-нибудь газировка и батончик с околошоколадной набивкой.

Весьегонск — типичный тихий провинциальный городок со своим укладом. Это нам так показалось, а вот местная жительница метко назвала его «Тверской Колымой» из-за проблем с транспортом и рабочими местами. Особых достопримечательностей там нет, чего не сказать об Устюжне Вологодской области. В прошлом городок процветал, находясь на водном пути по реке Мологе, соединявшем Новгород с Поволжьем. Чем живет современная Устюжна непонятно, разве что близостью с крупной автомагистралью Санкт-Петербург — Вологда. Выехав на нее, как и 20 лет назад, дали «лошадям» волю — «бумер» разогнался до 155 км/ч, «Ява» — до 130.

Сворачиваем с трассы у Череповца. Помнится, здесь в свое время нас поразили разноцветные дымы коксохимического производства — словно мы оказались в аду. А еще сломалось сцепление на тульском мотоцикле, и мы полчаса виртуозно вылавливали контргайку из картера. Сегодня мотоциклы так быстро не ломаются — это хорошо. Да и дымов стало меньше, хотя металлургический комбинат работает. В Череповце, большом городе с вантовым мостом через Волго-Балтийский канал, переночевали в одной из гостиниц в купеческой центральной части города. Бронь работает.

Далее — на юг вдоль берега Рыбинского моря. Эта дорога республиканского значения 20 лет назад запомнилась еще одним участком бездорожья. Тогда на границе с Ярославской областью на пятьдесят километров грунтовки среди густого леса потратили полдня, зато сделали памятные фото для журнала. А еще, опасаясь отсутствия АЗС (как оказалось, небеспочвенно), мы заранее захватили канистру с бензином. Сегодня трасса отличная, и заправки не реже, чем через 30–40 км. Так что ореол Доблестных покорителей берегов Рыбинского моря за эти годы сильно потускнел. Старинный городок Пошехонье избавился от революционной составляющей «-Володарск».

Вот и Рыбинск, замечательный город на Волге. Собственно, замечательным он был всегда, однако его связи с мотоциклетным миром и журналом «Мото» окрепли в последние годы. Здесь производятся российские снегоходы, собирают и летнюю мототехнику (из того же Китая). Так что остановка здесь — просто обязательна, хотя бы для того, чтобы пообщаться с заводчанами.

Последний день путешествия также оказался куда проще, чем когда-то. Прежде всего, оказался ликвидированным 40-километровый отрезок старой, мощеной булыжником дороги Рыбинск — Углич. Раньше это был эталонный участок для испытания подвесок и качества крепежа, говорят сюда ездили специально с АЗЛК. В разные годы по пути на Север мы тоже проезжали здесь, но не ради мазохистского удовольствия — просто так короче. Потом булыжник срыли, и лет на десять все работы прекратили, оставив дорогу непроезжей. Движение же по ней открыли лишь пару лет назад.

Вот опять Углич. Кстати, в городе сохранился общепит по таким ценам, что называть не будем — все равно не поверят. От Углича поехали, как и раньше, в сторону Ростова, только дорога не была разбита «в дым» (помнится, от частого привставания на ямах, у «Тулы» даже подножки выгнулись в обратную сторону). И вновь нас поразило величие монастыря в Борисоглебске. Дальше были изъезженные вдоль и поперек, наводненные туристами Ростов, Переславль и Сергиев Посад.

Если прежде в путешествии по «Рыбинскому кольцу» встречались элементы экстрима, ситуации, требующие знания техники и умения ее ремонтировать, владения навыками по обустройству бивуака, то теперь этот маршрут стал легкой прогулкой. То же и с техникой — раньше в пути к ней прислушивались, старались уловить признаки нештатной работы, обслуживали, регулировали. А сейчас сели и поехали, приехали и слезли. Но вот другая сторона медали: если раньше на нас, грязных и измотанных, пробравшихся через «брошенные земли», смотрели с уважением и спрашивали: «Как же вы там проехали?», то сейчас мы были никому не интересны. Сегодня общество, техника, дороги, люди — все стало по-другому. В этом, наверное, и есть смысл повторять путешествия двадцать лет спустя…

013_moto_0911_104_no_copyright

013_moto_0911_104_no_copyright
Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии