Плагиат: А был ли автор?

Образцы плагиата, явного или скрытого, нетрудно найти в прошлом (далеком или относительно недавнем) чуть ли не всех автопроизводителей. Ведь автомобили, по сути, состоят из одного и того же набора узлов: четыре колеса, кузов, двигатель с трансмиссией… Но есть еще такая тонкая вещь, как дизайн. По мнению кандидата технических наук, доцента кафедры «Дизайн» МГТУ «МАМИ» Игоря Зайцева, действительно новые, свежие идеи массовый потребитель сегодня не воспринимает. Поэтому перед дизайнерами ширпотреба не ставят задачу создать броскую, оригинальную форму. Смелые замыслы чаще воплощают в мелкосерийных или эксклюзивных автомобилях, ориентированных на взыскательного потребителя, для массовых же моделей характерны усредненные стилистические решения с непринципиальными отличиями. Кроме того, большинство автомобилей ныне строят на унифицированных платформах, которые во многом определяют основные пропорции и формы кузова. Поэтому мы столь часто замечаем схожие черты у машин разных марок.

Есть «классические» модели, внешний вид которых служит другим образцом для подражания. Скажем, сколько автопроизводителей не баловались вариациями на тему монументальной решетки радиатора «Мерседеса»? Судачить, что кто-то у кого-то что-то подсмотрел и украл, будут всегда. Часто это касается не только внешнего вида машины (тут мнения весьма субъективны), но и конструктивных решений. Тогда «разборки» переносятся на уровень самих автопроизводителей – порой доходит до судебных разбирательств.

Плагиат (от лат. plagiatus – похищенный) – присвоение чужого авторства, выдача чужого произведения или изобретения за свое (Словарь иностранных слов).

АТАКА КЛОНОВ
В Советском Союзе на подобные проблемы смотрели просто: ведь соглашений с другими государствами по поводу авторских и патентных прав чаще всего не было. Скажем, «Опель-Кадет» образца 1938 года стал «Москвичом-400» на относительно законных основаниях: модель вместе с кое-каким оборудованием досталась стране, победившей во Второй мировой войне. Этого не скажешь о лимузине 3ИС-110 1946 года, довольно точно повторившем «Паккард-180». В начале ХХI века подобное, казалось бы, невозможно, но... на рынок одна за другой выходят откровенные копии известных моделей. Чаще всего в плагиате упрекают китайских автопроизводителей.


Если уж на то пошло, первые китайские автомобили были легальными клонами советских машин: Советский Союз помогал индустриализации братской страны. Ныне Китай претендует на «особый путь» в автостроении. Суть его заключается в копировании зарубежных моделей безо всяких лицензий; затем клоны выдаются за собственные разработки. В микролитражке «Чери-Свит» (или QQ) любой признает «Дэу-Матиз». Кроссовер «Шуангуан-СЕО» (Shuanghuan CEO) – внешне близнец БМВ-Х5, а «Шуангуан-Ноубл» – микролитражки «Смарт». На прошлогоднем Шанхайском автосалоне красовался роскошный «Джили-GE» – вариация на вечную тему «Роллс-Ройса». Европейские журналисты без труда узнавали в местных моделях «Тойоту-Королла» и RAV4, «Джип-Чероки»...
Понятно, что до поры до времени основное достоинство китайских моделей – их дешевизна, поэтому в Поднебесной экономят в первую очередь на разработке своих авто. Как показывает опыт, многочисленные судебные иски обычно не дают результата. И не только потому, что иск против местного производителя подается в самом Китае. Вот мюнхенский суд удовлетворил претензии БМВ и запретил в 2008 году продажи модели CEO на немецком рынке. Но на некоторых других европейских рынках ее реализация продолжалась!
То же самое произошло и с моделью «Ноубл»… В итоге многолетней тяжбы между «Дженерал моторс» и «Чери» нашли компромиссный вариант: суд разрешил китайцам продавать QQ на тех рынках, где не представлены модели «Матиз». Впрочем, решение китайского суда не имеет юридической силы нигде, кроме самого Китая, – скажем, в России представлены все эти машины. Выходит, позволено все?
УКРАСТЬ НЕЛЬЗЯ КОПИРОВАТЬ
Современное патентное и авторское право – это не международный свод законов, но во всех странах мира оно построено по одним принципам и практически не имеет национальных отличий. Патент – вещь дорогая, но регистрировать новые технологии надо обязательно, иначе при нынешнем уровне конкуренции изобретатель окажется ни с чем!

Причем автор может получить патент не только в своей стране, но и везде, где считает целесообразным. В первую очередь там, где такая защита, с его точки зрения, необходима. Скажем, в тех странах, где это изделие будет производиться и/или продаваться. К сожалению, не существует некоего международного патента…

– В патентном праве есть основополагающий принцип: всякая технология должна иметь подробное бумажное описание, – объясняет специалист по вопросам интеллектуальной собственности, глава компании «Зуйков и партнеры» Сергей Зуйков. – Причем в случае с автомобилем в понятие «технология» включается и дизайн. Поэтому надлежит описывать всякий изгиб, если у других такого нет. И если кто-то при создании своей модели попытается повторить все черты другой модели, тогда возникнут законные основания считать, что изделие и технологии скопированы. Но только в том случае, когда воспроизведены все описанные признаки! Если скопирована какая-то часть, а не все изделие целиком, то с точки зрения патентного права нарушений нет. Можно говорить лишь о том, что незаконно используются авторские права – частично или целиком. Но это еще надо доказать!
Все дело в том, что современное законодательство построено так, чтобы не тормозить развитие технологий, чтобы у какой-то одной фирмы не появилось абсолютной монополии на какое-то техническое решение, ведь патент действует 20–25 лет...
Допустим, компания «А» первой додумалась использовать в фарах светодиоды и запатентовала это как «способ подсветки с помощью светодиодов, расположенных так-то и так-то». При этом патентуется не сама идея, а лишь ее конкретное воплощение. И если фирма «Б» решит тоже в своих моделях сделать подсветку фар с помощью светодиодов – это ее право, главное – не копировать точно фару модели «А». Можно расположить эти светодиоды иначе, по-другому проложить провода – и нарушения не будет. Более того, не возбраняется получить на это патент!
– С дизайном все еще сложнее: он относится к категории авторского права, – объясняет Сергей Зуйков. – Всегда можно сказать, что дизайнер М. не скопировал модель, разработанную дизайнером Н., а творчески переработал некую актуальную идею. Допускается, что два художника могли создать схожие объекты. Нарушение будет доказано, только если удастся установить, что кто-то взял конкретный товар (или его чертежи) и просто скопировал. Но это почти невероятная ситуация – надо буквально схватить копировщика за руку, да еще чтобы он признал свою вину и злой умысел! В противном случае автор очень похожего автомобиля найдет оправдание: «Это я сам придумал, исходя из общей тенденции развития автомобилей, а также модных направлений в дизайне». Всё!

Представители компании «Чери», к примеру, настаивали на том, что модель QQ – полностью оригинальная (ведь на нее выдано 24 дизайнерских патента!) и, кроме «впечатлений», у нее нет ничего общего с «Матизом». Формально – и фары у них разные, и приборная панель, а двигатели и вовсе непохожие! А то, что, скажем, двери взаимозаменяемые, – случайное совпадение…

Решение о плагиате (на юридическом языке – о нарушении патентных (авторских) прав) принимает суд, но подобные споры юристы считают чуть ли не самыми сложными. Поэтому они принимаются к рассмотрению на основании выводов экспертизы. Как правило, для высокотехнологичных изделий назначают комплексную экспертизу и приглашают группу экспертов – как юристов-патентоведов, так и технических специалистов. Ведь доказательную базу собрать очень непросто, критерии достаточно условные.
А самый главный критерий – способен ли потребитель отличить один товар от другого. Как показывает практика (и подтверждает статистика продаж), при наличии выбора потребитель чаще выбирает оригинал, а не копию, даже если она дешевле. Видимо, потому, что автор идеи в создание новой модели вкладывает всю душу, а копировщик лишь отрабатывает зарплату. И в результате копия часто получается бледная…

НАША СПРАВКА
Сегодня в РФ не рассматривается ни одно дело о нарушении патентных или авторских прав в автопроме. В Корее расследуется дело в отношении местной компании «ТагАЗ-Корея». По версии обвинения, ее сотрудники использовали чертежи «Шевроле-Лацетти» при создании модели ТагАЗ-С100 («Вега»). Однако вердикта пока нет, проводятся экспертизы в Южной Корее и Европе. Никаких претензий в отношении самого ТагАЗа не выдвинуто, поэтому выпуск автомобиля в Таганроге из доставленных ранее машинокомплектов продолжается.