Профессиональный гонщик потапов

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ГОНЩИК ПОТАПОВ

]

СПОРТ

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ГОНЩИК ПОТАПОВ

Беседовал Сергей ЗИНОВЬЕВ

Фото Андрея Клещева

«Ну что ж, начнем», — сказал он и расположился напротив, как будто всю жизнь только и давал интервью. Передо мной — Александр Потапов, гонщик с 20-летним стажем.

Анкетные данные — 41 год, женат, двое детей, высшее образование. Первый свой спортивный автомобиль — багги построил, когда еще учился в Московском автомеханическом (МАМИ). Прямо из института по распределению направили в спортбюро АЗЛК. Считает, что ему невероятно повезло: «Все равно, как попасть в отряд космонавтов!» Там проработал без малого двадцать лет. По записям в трудовой книжке невозможно определить его истинную профессию. Все это время занимался в основном двумя вещами — готовил спортивную технику и выступал на ней в различных соревнованиях. На АЗЛК начал с гоночной формулы и зарплаты в 115 рублей, но довольно быстро втянулся в ралли и «изменял» ему разве что с зимними ипподромными гонками. Последние два года выступал за профессиональную частную команду «Александров-ралли», дважды став чемпионом России. «И обеспечив себе место в Листе приоритета ФИА», — подчеркивает он. Да, дополнение немаловажное. Лист приоритета Международной автомобильной федерации — официальный, ежегодно обновляемый список сильнейших раллистов мира, в том числе национальных чемпионов. Если в нем значится твоя фамилия, в любом международном ралли получишь престижный стартовый номер, как правило, от «1» до «10». Путь к этому проходил через сотни гонок, десятки побед, о каждой Потапов может рассказать целую историю. Но меня интересует другое.

— Есть ли разница между работой гонщика в спортбюро АЗЛК и частной команде?

— Безусловно. В «Александров-ралли» гораздо тяжелее. Здесь все работает на результат, требуется полная отдача, человек выжимается полностью. В заводской команде ты можешь выступить чуть лучше, чуть хуже, занять не первое, а второе место, даже третье. Ну, немного пожурят... Здесь все намного жестче. По результатам каждой гонки с тобой могут расстаться — ореол былых побед никого не интересует.

— В чем заключаются обязанности гонщика команды «Александров-ралли»?

— Прежде всего — что такое профессиональная команда? Это коллектив, в котором каждый делает свое дело — очень старательно и очень тщательно. Это касается не только гонщика и штурмана, но и механиков, инженера, координатора. Сбой в любом элементе этой системы приведет к отрицательному результату, а он недопустим. В ходе гонки я просто еду. Сажусь в машину, концентрируюсь и еду, расходуя силы так, что на финише абсолютно, на сто процентов опустошен физически и энергетически. От других проблем — какого-то ремонта, где поставить технички — я практически изолирован. В первые дни после гонки я нередко заболеваю — организм настолько ослаблен, что не сопротивляется инфекции. Насморки...

— А в перерывах между гонками?

— В первую очередь, поддерживаю спортивную форму — два раза в неделю обязательно бассейн, один раз теннис. Иногда добавляются какие-то специальные упражнения. Так было, когда я пересел с заводского «Москвича» на " Субару Легаси" — значительно более мощную и быструю машину. Обнаружил, что на многих скоростных участках ралли рулить приходится одной рукой — другая постоянно на рычаге переключения передач. Как следствие, левая рука уставала, начинала болеть, и мне пришлось укрепить определенную группу мышц. В межсезонье — большой объем ездовых тренировок в Москве и ее окрестностях. Дополнительно тренируюсь, если, скажем, после грунтовой гонки готовлюсь к асфальтовой. Кроме того, координирую работу механиков.

— Если не секрет, сколько платят гонщику команды «Александров-ралли»?

— Это не секрет, но я не хочу называть какие-то цифры. Отвечу так: моя личная машина — " Moskvich 2141". Купить другую финансовые возможности не позволяют. Впрочем, она меня вполне устраивает.

— Насколько я понял, мастер спорта международного класса утверждает: " Moskvich 2141" — в принципе, хорошая машина...

— Для тех задач, которые я ставлю перед личным автомобилем — отвезти семью на дачу, виндсерфер на озеро, — это лучший автомобиль. Никаких проблем, проходит по любым дорогам. Правда, если быть искренним, у меня «эксклюзивный» «Москвич». Но тем не менее...

— А как, кстати, семья относится к вашей работе? Ведь профессия гонщика — это постоянные разъезды и в известной степени риск.

— Семья относится хорошо, потому что с самого начала, а женился я рано, в двадцать лет, это воспринималось как мой рок, моя суть. Мудрой женщиной оказалась моя жена: она поняла, что мужчине нужно делать дело, дело, которым он увлечен, которое его греет. И дети — у меня две девочки — росли в этой атмосфере, зная, что папа занимается таким делом. Никакой фанатичной любви или, напротив, неприязни к автогонкам.

— И все спокойно относятся к тому, что папа опять куда-то уехал на две недели...

— Нет, конечно, они грустят, ждут, интересуются, радуются, когда первое место, успокаивают, когда проигрыш... Вообще для меня семья — то место, куда я прихожу, чтобы восстановиться. А семейный отдых — мое хобби. Летом все вместе едем на дачу, зимой — кататься на лыжах. После гонки всегда первым делом звоню домой — сообщить, что все нормально, все живы-здоровы.

— Не страшно ли ездить на современных раллийных машинах — в вашем случае на «Субару»? То и дело закрытые повороты, скорость — 170...

— Ну что значит «страшно»? В первый раз — когда пересаживаешься с «Москвича» на «Легаси» или с «Легаси» на еще более стремительную «Импрезу» — необычно. Может быть, жутковато. Надо преодолеть новый барьер скорости. Ты готовишься к этому, знаешь, что сейчас будет не по себе — начнешь видеть только небо и сужающуюся дорогу, перестанешь слышать голос штурмана. Но это только в самый первый момент. Потом привыкаешь, это становится обычным, и страха уже не возникает. Более того, хочется заглянуть еще и еще дальше.

— И последний вопрос. Вам — 41. Сколько еще времени вы отводите себе для занятий автоспортом?

— Это интересный, конечно, вопрос. Считаю, что как гонщик я еще продолжаю расти. Первый звоночек прозвенит, когда рост прекратится, когда, предположим, я все еще буду показывать стабильные результаты, но уже без улучшения каких-то отдельных показателей. Здесь все очень индивидуально — зависит от того, в каком возрасте человек начал заниматься спортом, с какими энергетическими запасом и затратами. Пока у меня есть силы и желание ехать, бороться, «грызть» людей. Нет никаких там опасений или мыслей...

Обнаружив, что мой диктофон выключен и беседа подошла к концу, Александр Потапов счел своим долгом напомнить: «А еще можно спросить, есть ли у меня в мировом ралли кумир». Через минуту я уже знал, что этот кумир — двукратный чемпион мира Карлос Сайнс, стиль езды которого отличает удивительно гармоничное сочетание риска и холодной расчетливости. Хотел бы сам Потапов стать чемпионом мира? Да, хотел бы, и даже знает, что для этого нужно сделать.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии