Жан-Кристоф Кюглер, Renault: «Мы ожидаем серьезных изменений на рынке»

Планы компании Renault в России, возможности по сборке новых моделей на заводе в Москве, детали сотрудничества с АВТОВАЗом, в том числе по модели Lada Vesta, качество автомобилей Renault, собранных в Тольятти, прогнозы по автомобильному рынку на 2015 год, последствия девальвации рубля и мнение о работе конкурентов в нашей стране — обо всем этом в интервью «За рулем.РФ» рассказал старший вице-президент и операционный директор региона Евразия компании Renault Жан-Кристоф Кюглер.

Старший вице-президент и операционный директор региона Евразия компании Renault Жан-Кристоф Кюглер
Старший вице-президент и операционный директор региона Евразия компании Renault Жан-Кристоф Кюглер
Старший вице-президент и операционный директор региона Евразия компании Renault Жан-Кристоф Кюглер

Начнем сразу с вопросов про Россию. Многих наших читателей интересуют российские планы компании — выход на рынок и запуск в производство новых моделей. Есть ли планы на этот год или на следующий?

— Первый момент, на который бы я хотел обратить внимание. В 2014 году 98% реализованной в России продукции было произведено на местных конвейерах. В принципе, мы думаем, что вполне возможно, что в 2015 году будет и 100%. В течение последних лет альянс Renault-Nissan активно инвестировал в Россию — это и московский завод Renault, и завод Nissan в Петербурге, и мощности АВТОВАЗа в Тольятти. Сейчас наша цель выйти на рентабельность и окупить наши вложения. Наша стратегия будет заключаться в том, чтобы как можно больше использовать те платформы, на которых автомобили уже в настоящий момент производятся в России, — новые автомобили будут на платформах, существующих на местном рынке. Таким образом, мы планируем в конце 2016 года запустить новую машину на платформе B0.

Можно предположить, учитывая, что в настоящее время завод Renault в Москве производит Renault Duster и Nissan Terrano на B0, что будет и третий кроссовер на этой платформе под российским брендом? Будет ли это кроссовер Lada?

— Это будет продукт Renault.

Кроссовер?

— Мы не говорим, что это будет кроссовер. Пока еще рано эту тему развивать.

В Москве сколько моделей собираетесь выпускать?

— На сегодня у нас в Москве производится четыре модели: Nissan Terrano, Renault Duster, Fluence и Logan прошлого поколения. Мощности завода позволяют собирать пять моделей.

Может быть, на платформе B0 появится модель минивэна Lodgy?

— Мы не про Lodgy говорим. Новая модель — это не Lodgy. Может быть, не 100% продаж, а 99% составят автомобили, выпущенные в России. Соответственно, часть из них — это импортный коммерческий транспорт.

Можно сразу уточнить: если 100% продаваемых в России автомобилей будет выпускаться в России, то значит ли это, что с рынка уйдет ряд моделей, включая Kangoo, Clio RS, Koleos?

— Мы понимаем, что в настоящий момент в связи с повышением цен эти продукты фактически не продаются. Что касается легкого коммерческого транспорта, то здесь немного ситуация другая. Наверное, российские клиенты будут нуждаться в каких-то специфичных продуктах, и, возможно, мы будем продолжать импортировать в Россию легкие коммерческие автомобили, но не просто так продавать, а делать некие трансформации на их базе, чтобы лучше отвечать на запросы клиентов.

Продажи каких моделей Renault будут прекращены в России в этом году?

— На самом деле неправильно говорить, что модели уйдут с рынка. Мы в любом случае предлагаем нашим клиентам в каталоге все те модели, которые у нас есть сегодня в России. Единственный вопрос, что мы не держим их на складе — они поставляются под заказ. Людям надо будет ждать, например, Clio RS, пока он приедет из Франции. Если, конечно, покупатель готов ждать.

Как девальвация рубля повлияла на работу компании в России? Получила ли компания убытки от российского рынка в IV квартале прошлого года? И как повышение цен на автомобили влияет на спрос? В одной из компаний сказали, что повысили цены на одну из моделей на 10–20% — спрос упал сразу в 2 раза. А как у Renault?

— Первый момент. Мы инвестировали в Россию, инвестировали очень много, и наши вложения являются долгосрочными. Таким образом, мы не будем делать каких-то тактических изменений краткосрочного характера, поскольку планируем оставаться в России надолго. Когда мы говорим, что для нас важно оставаться в долгосрочной перспективе, мы подразумеваем, что для нас рентабельность — самое важное. Мы не можем себе позволить терять деньги в России, мы остаемся рентабельными. Тестируем, насколько можем поднять цены. С другой стороны — мы не ограничиваемся этим, сокращаем наши расходы. И здесь у нас есть очень серьезные планы по экономии внутри компании — ищем любые возможности сэкономить. Да, мы повысили цены, однако понимаем, что это тяжело для российских покупателей. И как только рубль пошел вниз, мы тоже понизили цены — на 3%. Может быть, это и немного, но это значительный шаг. И кроме того, добавили программу кредитования под 9% годовых — достаточно интересное предложение.

Как строится ваше сотрудничество с АВТОВАЗом? Довольны ли работой с российской компанией? Намерены ли вы расширять количество моделей, которые там будут производиться по контрактной схеме?

— Да. Мы довольны. Почему и чем? На сегодня 50% проданных наших автомобилей в России производятся на АВТОВАЗе. Устраивают ли меня издержки и качество? Да. Сейчас мы изучаем удовлетворенность наших клиентов автомобилями Logan и Sandero прошлого поколения — она на том же уровне, что и у владельцев Logan и Sandero нового поколения. Качество автомобилей, произведенных на АВТОВАЗе, адекватно качеству московского завода Renault. Сейчас мы вместе решаем, можем ли мы дальше продвинуться по производству механических коробок передач и двигателей. Бу Андерссон (глава АВТОВАЗа. — Прим. редакции) сказал, что на Lada Vesta будет стоять коробка передач альянса Renault-Nissan (выбор был между коробкой Lada и альянса). Изначально планировалось, что на новой модели АВТОВАЗа будет КП собственного производства.

Правильно ли я понимаю, что себестоимость контрактной схемы производства на АВТОВАЗе для Renault ниже, чем на собственном заводе в Москве? И логично ли расширять производство Renault в Тольятти на АВТОВАЗе?

— Нет. Мы этого не говорили. Московский завод очень конкурентоспособен. И когда я стал руководителем региона, куда вошла Россия, для меня оказалось сюрпризом увидеть завод Renault в Москве настолько интересным, производящим качественные автомобили по привлекательной цене. Надо понимать, что в автомобильном бизнесе — и не только в автомобильном — себестоимость продукции складывается не только из стоимости рабочей силы, но, в том числе, из общих расходов, которые есть на предприятии, и амортизации. Таким образом, мы будет продолжать развивать московский завод. На этом предприятии нам интересно и выгодно производить. Мы будем также увеличивать производство Renault и на АВТОВАЗе. В настоящий момент у российского предприятия есть в распоряжении три наши площадки, на которых тольяттинцы могут перенять опыт и повысить свою производительность, — это завод Renault в Москве, завод в Питешти (Румыния) и предприятие в Танжере (Марокко). И что мне нравится в русских — они любят соревноваться и быть первыми, для этого они готовы узнавать лучшие практики и внедрять их у себя. Теперь команда в Тольятти должна увидеть те лучшие практики и внедрить их у себя.

Сотрудничество с АВТОВАЗом строится не только на контрактной сборке, но и на контактах при разработке новых моделей. Намерена ли компания Renault делиться компонентами для Lada Vesta, кроме коробок передач? Будет ли АВТОВАЗ использовать компоненты альянса для новой модели?

— Не то, чтобы я не хочу отвечать, просто я не знаю, не следил внимательно за развитием проекта Lada Vesta. Когда Бу Андерссону нужны эксперты по этому проекту или по другим, он запрашивает у нас — мы экспертов предоставляем.

Как будет развиваться российский рынок новых легковых автомобилей в этом году? Планирует ли компания Renault cохранить свою долю на рынке? Будут ли уходить компании с рынка? И будет ли ужесточаться конкуренция между автопроизводителями из-за роста цен?

— Девальвация рубля была настолько сильная, что мы ожидаем серьезных изменений на рынке. В течение нескольких месяцев будут краткосрочные изменения, которые немного потрясут рынок. Но какие-то компании будут терять деньги. Мы думаем, что некоторые марки уйдут с рынка. В таком контексте очень сложно предполагать, какая у нас будет доля рынка в 2015 году. Ситуация настолько нестабильна... Наши продажи не зависят только от того, насколько качественная у нас продукция, а скорее от того, что происходит на рынке. Например, Hyundai с Kia объявили, что они не собираются останавливать завод в Петербурге и будут производить столько, сколько в прошлом году. Если вдруг рынок будет такой же, как в 2014 году, то они вдвое увеличат свою долю рынка. Они не повышали цены сильно — они теряют деньги. А увеличить продажи автомобилей, на которых ты и так теряешь деньги, — это значит увеличить свои убытки. Сколько центральный офис будет это спонсировать? В какой-то момент, наверное, это прекратится...

Жан-Кристоф Кюглер начал работу в Renault в 1984 году. С октября 2014 года он отвечает помимо России за рынки Украины, Белоруссии, Казахстана, Азербайджана, Грузии, Армении, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана, Кыргызстана, Турции, Румынии, Молдовы, Монголии и Болгарии.

Фото: Специалист
Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Комментарии (2)

Самые новые

Качество сборки Рено уступает Корейцам

Ответить#
0

Сомневаюсь что корейцы сейчас работают в убыток. Вероятно что в ноль, а скорее всего с небольшой прибылью. Вероятно они решили выжить конкурентов. Солярисов и Рио на дорогах очень много.

Ответить#
0