24 часа сааба — журнал За рулем

24 часа сааба

24 ЧАСА СААБА

РЕКОРДНЫЙ ЗАЕЗД

Что это — соревнования? Рекламный ход «Дженерал моторс», продвигающей СААБ на нашем рынке? Или просто авантюра? Не буду лукавить — наверное, всего понемногу. Хотя когда-то в наших редакционных коридорах витала подобная идея.

И вот звонок из представительства «Джи-Эм» с предложением принять участие в 24-часовых заездах на СААБ 9–3 в составе команды журналистов. Нет, конечно, помимо нашей машины в данном мероприятии будут участвовать еще две с лучшими автогонщиками страны, на них-то и возложено основное бремя рекордов. Тем не менее, четыре представителя из различных автомобильных изданий поедут самостоятельно, по очереди меняя друг друга.

Заманчиво? Уж не знаю, какие мысли витали в умах коллег из «Автомира», «Авторевю» и «Автопилота», мне же показалось небезынтересным взглянуть на подобные состязания изнутри. Прикоснуться к структуре многочасовых гонок, почувствовать, как ведут себя автомобили, шины, люди в экстремальной ситуации. Наверное, что-то удалось, ибо до сих пор иногда во сне я вновь высчитываю оптимальную траекторию движения, борюсь с секундами на 14-километровом кольце, объезжаю невидимые неровности и лечу, лечу навстречу новым впечатлениям.

Ночь перед стартом выдалась дождливой. Несложно догадаться, о чем думали участники. Разве могут быть рекорды, когда за окном стена воды, ехать сквозь которую и в обычных режимах страшновато? А тут машина с двухлитровым турбомотором и «максималкой» за двести. Но природа смилостивилась: днем засияло солнце и мы, повеселев, собрались на инструктаж.

На первый взгляд, все просто. Садишься в автомобиль, стремительно разгоняешься и едешь с максимальной скоростью, пока не кончится бензин. Затем заправка, контроль состояния машины и смена водителя. И так 24 часа кряду. Тут еще выяснилось, что журналистов заранее дискриминировали, предоставив авто с «автоматом», а это, естественно, заведомый проигрыш в максимальной скорости. Однако отступать уже некуда, и первый из нас садится за руль. Я еду вторым.

Старт! Три машины, поочередно взревев моторами, с минутным интервалом уходят на первый круг.

Через некоторое время на трассе уже началась борьба, ибо один из наших, невзирая на «автомат», умудрился-таки разогнаться быстрее всех, внеся сумятицу в ряды профессионалов. Все происходило как в замедленном кинофильме. Автомобили круг за кругом ехали вместе, отыгрывая друг у друга по нескольку метров. Наконец, гонщики поднажали, статус-кво был восстановлен. Спортсмены успокоились и начали заниматься любимым делом: бороться друг с другом.

Неожиданно быстро наступила первая смена водителей. Оказывается, при таких скоростях бака бензина хватает на час с небольшим. И вот уже усаживаюсь в пышущем жаром СААБе. Механики что-то там проверяют и заправляют, а я все не могу нормально устроиться и сконцентрироваться. Глаза с трудом выделяют нужные шкалы приборов, рука никак не может нащупать необходимый тумблер, а подголовник давит на шлем, ну хоть ты тресни.

Но вот отмашка о готовности — и все сразу встает на место, отбрасывая лишнее на второй план, и мы с СААБом, взвизгнув шинами, что называется, рвем когти. Адреналин через край, руки, ноги все делают автоматически, а глаза не видят ничего, кроме дороги. Первый круг, второй, третий, наконец, напряжение немного спадает, стрелка спидометра повисает где-то между 220 и 240 км/ч, немного меняя свое положение на спусках и подъемах, и я начинаю сживаться с автомобилем.

На этих скоростях он на удивление послушен, хотя на виражах позволяет незначительные рыскания. Машина быстро дает понять, что ей не надо мешать, и все отклонения от траектории она компенсирует сама. Главное — плавно объехать несколько кочек-трамплинчиков, чтобы не перегружать подвески, и стараться не делать резких маневров.

Первый час совместного полета проходит на одном дыхании, и вспыхнувший символ резерва топлива вызывает даже разочарование. Неужели так быстро? Торможение, бензозаправщик и вопросительный взгляд следующего: «Ну, как там?» Короткий обмен впечатлениями, и вот я уже снова в роли ожидающего, впереди три часа. Кажется, можно расслабиться, но организм все еще там, на трассе. Никак не можешь выйти из ритма гонки. Хочется что-то делать, куда-то идти, действовать.

В очередном заезде меня кто-то догоняет. Сначала в зеркале заднего вида появляются фары, а спустя несколько кругов и сам автомобиль. С «механикой» бороться трудно, прижимаюсь, пропуская коллегу вперед. С разницей 5–7 км/ч он проплывает мимо, и вдруг мой СААБ ощутимо прибавляет в скорости, легко удерживаясь в кильватере. Ура! Законы аэродинамики позволяют не отставать от более быстрого авто и даже немного накатываться на него. Вот что значит воздушный мешок. Беда только одна — все это происходит под градом камней и песка, тут же оставляющих отметины на капоте и ветровом стекле. А дело-то идет к ночи, и перспектива лишиться фар не впечатляет. Приходится немного сбросить после очередной звонкой пощечины от идущего впереди.

Первые признаки усталости появляются под утро. Тяжелеют веки, гудят ноги. Как ни странно, стоит усесться за руль боевой машины — отупение как рукой снимает, но через час с небольшим, как только заканчивается заезд, вновь впадаешь в дремотное состояние.

Примерно к середине дистанции (пройдено 2800 км) подходит замена шин. Не удивляйтесь: на этой скорости они изнашиваются быстро. Самое нагруженное (движение-то по часовой стрелке) левое заднее колесо и вовсе остается почти без протектора. Автомобиль предупреждает об этом все увеличивающимися рысканиями на дороге.

И вот показалась конечная цель маршрута. Позади ночные страхи от больших белых сов, борьба с утренним ярким солнцем и коварным туманом, повисшим в низинах. Все пилоты втянулись в заданный ритм и, кажется, могут нарезать круги до бесконечности.

Мы с СААБом на последнем часовом прогоне. Все работает как часы, и вдруг автомобиль словно вздрагивает, предупреждая об опасности. Несколько мгновений спустя рывок в сторону и грохот разрушающейся покрышки. Это не выдержало заднее левое, напоровшись в вираже на острую трещину. Руки и ноги все сделали автоматически, и мы с машиной, немного повиляв из стороны в сторону, удержались на дороге, проникнувшись друг к другу невольным уважением. Один предупредил, а другой успел среагировать, при этом водитель и автомобиль вдруг превратились в единый живой организм, борющийся за выживание. Мы успешно доковыляли до технички, ответили на многочисленные вопросы, как и что, и даже благополучно закончили заезд, чтобы сказать: «Мы сделали это!».

Потом будет подсчет рекордов и их официальная регистрация. Однако для меня это, наверное, не главное. Важно, что мы выдержали — машины и люди.

Стартовый № 1 — команда Saab PRESS.

Стартовый № 3 — команда Saab RALLY.

Коварное левое заднее колесо, вернее, то, что от него осталось.

Механики на высоте: заправить, протереть стекла и фары, залепленные мошкарой, проверить уровни жидкостей.

Автомобили против всех ожиданий держатся молодцом, не требуя даже долива масла.

ФОТО: КОНСТАНТИН ЯКУБОВ

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Читать комментарии

Самые новые
Загрузка...