История одного подарка: Apostate

«Идея этого мотоцикла родилась задолго до начала работы над ним. В жестких рамках канонов хотел построить этакую смесь чоппера с боббером на «кривом» моторе, с необычными техническими решениями, богатейшей гравировкой и при этом приспособленный для дальних прохватов. И тут огромное спасибо Алексею, позволившему воплотить все задуманное, и Димке Хитрову: он вытащил меня в Стурджис – мекку мирового кастомайзинга, где окончательно выкристаллизовался образ байка.»

«Еще в процессе работы над моим «Дедушкой» возникла мысль о кастоме в лучших традициях старой школы и обязательно с «банджо», как на старых Shovel’ах, чтобы пер и можно было кататься по Европе. Но останавливала мысль: куда мне третий мотоцикл в семью? Но стоило мне только сказать об этом Ореховскому, как он тут же на листочке начал рисовать эскизы и рассказывать так, словно он уже знал, чего я хочу. Постепенно идея захватила, и я уже не мог отказаться от этого проекта. Вся работа над мотоциклом держалась в строжайшем секрете и никому не показывалась. Я и сам не очень понимал, что же в итоге получится. Когда вез Сереге стальные пластины для накладок на бак, диву давался – неужели из этих четырехсантиметровых плит можно что-то сделать, они же неподъемные! Время от времени Серега показывал какие-то элементы, но полной картинки не было до конца. Однажды он показал заливную горловину бака – я был в шоке. Как эта труба будет смотреться на баке – она же совершенно инородная, но Ореховский только покивал и сказал, что все будет хорошо. А ночью звонит мне и радостно так сообщает: «Леха, я придумал!». Так получилась форма бака, по контурам соответствующая классическому «арахису», но с волнообразными выступами, объединяющими форму бака с формой горловины. Вообще постройка «Отступника» сопровождалась курьезами: то в комплекте поршней кольца пришли не те, то S&S не понимал, чего же от него мы хотим. Но, к счастью, все успели в лучшем виде. Это была по-настоящему командная работа лучших мастеров своего дела. Над двигателем работал Андрюха Череп, Фитиль заваривал разрезанные Торычем крышки цилиндров, аэрографию делала Виолетта Торычева, массу деталей сделал Олег Ижевский.»

«Когда не хватало каких-то мелочей их снимали со своих мотоциклов, поэтому-то мы с Андрюхой Черепом еще не и не выкатились. На гравировке сдохло 4 бор-машины и 4 пригоршни боров и больше полугода времени.»

«Еще перед выставкой встал вопрос, а что же подарить жене на день рождения? Ведь для единственной и неповторимой женщины и подарок должен быть соответствующим. Ответ пришел сам собой. День рождения Ольги приходился на третий день «Мотопарка» и я решил: если мотоцикл получит хоть какой-нибудь приз в любой из номинаций, то это и будет лучшим подарком. Договорился с Димкой Хитровым, чтобы пригласили на сцену Ольгу, если «Отступнику» будут что-то вручать, а дальше оставалось просто надеяться и верить.  В первый день выставки позвонили друзья и сказали: «Леха, приезжай, тебе стоит это увидеть, там стоит совершенно потрясающий кастом «Ореховской» работы с «шовелом»! И когда я его увидел то сомнения отпали – это красивейший мотоцикл, который я когда либо встречал. И лучший подарок жене на день рождения.»

«Когда я увидела Apostate на выставке сразу стала спрашивать Ореховских – Чей это мотоцикл, кто кроме моего мужа мог заказать такую красоту да еще на Shovel’e? И ведь я была абсолютно уверена, что муж к нему отношения не имеет, но «Орехи» не кололись. А уж когда попросили подняться на сцену какую-то Ольгу я чуть шею не свернула, пытаясь отыскать в толпе зрителей счастливую обладательницу такой красоты. И для меня стало настоящим шоком, когда на сцену поднялся Алексей и пришло понимание – этот мотоцикл МОЙ!»