Вы пишите о культуре, которую при совке пытались наводить искусственно. Причем культура эта заключалась в простом не вытирании носа рукавом. Ну, да. выдрессеровали людей "не сморкаться", "не бухать и не шататься перед "бобиком"", не читать Булгакова, Пастернака и пр. предателей... Особо продвинутые покупали в дом библиотеку под цвет обоев и по две пианины (с) под девизом "что мы не люди чтоли?". Как только дрессировщиков разогнали оказалось, что тигры то дикие. И вместо того, чтобы выпустить тигров в саванну, вы предлагаете строить для них клетки. Зачем?!
Тарковский мог творить именно при совке и одновременно совок же его гнобил. Много было снято фильмов разными режиссерами, которые сейчас приятно смотреть и пересматривать. Но сделано это было вопреки системе, а не благодаря ей. Это тоже является двигателем при определенных условиях. А сейчас, когда казалось бы твори получается только вытворять. Просто этот период нужно пережить, а не запрещать его. Не может обезьяна резко превратиться в человека нужен период в течении которого эта обезьяна эволюционирует. А для эволюции нужны условия. И первым пунктом в этих условиях - свобода.
Сейчас же появились какие-то поклонские которые мне указывают что смотреть, а что не смотреть. Вы к этому призываете?
Вы опять себе противоречите в чем тут уже были заподозрены.
И еще никакой морали в советском обществе не было. Было кастрированое сознание. Если бы это было моралью, то никакие "западные партнеры" ничего бы не вытравили.
Пусть даже с этими знаниями поставьте теперь себя на место гражданина Украины. И...?
Вообще положение Украины не завидное. Отчасти в этом есть и их вина (и даже в большей степени), но так же много внешних факторов. Тут надо только пожелать им скорейшего выхода из кризиса.
А вы подучите историю и в частности, что происходило с западной частью Украины до войны, во время войны и после войны. И тогда вам станет понятна мотивация антимоскальских настроений.
Вот так бы и хотелось поддержать вас в вопросе о возможностях учителей тогда и сейчас если бы не уроки истории Келлермана Андрея Георгиевича у которого мне довелось учиться и которому удавалось держать класс в напряжении умственном, а не напряжении страха.