Почему мировые гоночные серии не прижились в России. 4 версии

Из всех международных гоночных турниров в России осталась только Формула-1. «За рулем» точно знает, что санкции тут ни при чем.

Все они появились почти одновременно, за два-три года, - дружной красочной толпой. В России тогда открывались новые автодромы и тут же принимали этап какого-нибудь крупного заграничного турнира. Первенцем стал Кубок Европы по гонкам грузовиков, заполученный «Смоленским кольцом» в 2010 году.

С той поры у нас побывали немецкий DTM, чемпионат мира WTCC, чемпионат мира FIA GT, Мировая серия Renault, Формула-Е, новая туринговая серия TCR и, конечно, Формула‑1, причем однажды «поддерживать» ее приезжал формульный чемпионат GP2.

Прошло всего-то восемь лет. Из этого обилия сегодня в России осталась только Формула‑1. Даже мотоциклетный чемпионат мира супербайков и тот уехал. Почему так произошло?

Версия первая: это заговор

Первое, что приходит в голову, - санкции. Чепуха! В сфере развлекательных меропри­ятий никаких ограничений нет. Это отчетливо видно по киноиндустрии и приездам иностранных поп-музыкантов.

В отличие от олимпийских дисциплин, где политические веяния имеют определенную силу, автоспорт — это частный бизнес. Каждый чемпионат — акционерное общество, иногда целый холдинг. Настоящие акулы капитализма. Их интересуют только доходы. Если гонка в России способствует их росту — она состоится, никаких препятствий нет и быть не может.

Чемпионат DTM в России неизменно получал хорошую посещаемость. Но сегодня в числе внегерманских остались только этапы в соседних странах — Италии, Англии, Голландии и Венгрии.
Чемпионат DTM в России неизменно получал хорошую посещаемость. Но сегодня в числе внегерманских остались только этапы в соседних странах — Италии, Англии, Голландии и Венгрии.

Посмотрим, из чего складываются доходы гоночных серий. Вы удивитесь, но львиную долю приносит вовсе не продажа билетов. Две самые полновесные составляющие — продажа прав на телетрансляции и спонсорские вложения. Остальные способы заработка можно считать копеечными — в частности, ­торговлю сувенирной атрибутикой.

Интерес спонсоров зависит от числа трансляций. Как правило, телеаудитория в сотни раз превосходит количество зрителей на трибунах, - и спонсору крайне важно, чтобы его логотип мелькал на экране. А для хорошей телекартинки нужно, чтобы трибуны не были совсем уж вызывающе пустыми. И здесь мы сразу вспоминаем приезд чемпионата мира GT на Moscow Raceway. Да, неудачную выбрали дату, да, была скверная погода, но всё это не оправдывает абсолютно пустых трибун.

С этой же бедой столкнулась серия TCR в Сочи, хотя дата и погода там были нормальные (для Сочи). То же испытала Формула-Е, хотя трассу для нее проложили прямо в центре столицы, у стен Кремля. Явной нехваткой публики страдал и чемпионат мира WTCC на подмосковной трассе: даже когда вход сделали бесплатным, народ на гонки отнюдь не повалил. Остается загадкой для маркетологов, почему он достаточно охотно валил на DTM с его довольно дорогими билетами. Возможно, причина кроется в степени предварительной рекламной обработки — на DTM публику завлекали заметно активнее.

В 362‑дневных паузах между Гран-при трибуны «Сочи Автодрома» практически всегда пусты. А на трассе иногда происходит действо, далекое от автоспорта.
В 362‑дневных паузах между Гран-при трибуны «Сочи Автодрома» практически всегда пусты. А на трассе иногда происходит действо, далекое от автоспорта.

Телевизионщики, по счастью, научились находить волшебные ракурсы, которые превращают полупустые трибуны в забитые до отказа. Но если трибуна вообще пуста, фокус не выйдет. У телеаудитории и спонсоров может возникнуть ощущение, что показываемое шоу на самом деле какая-то непривлекательная скукота. Так что наполнение трибун как-никак влияет на планирование этапов, хотя и не является главным фактором.

И уж совершенно точно организаторы чемпионатов не сговариваются друг с другом: мол, не ездим в Россию! Они вообще ни о чем не могут сговориться. У них конкуренция.

«Сочи Автодром» всегда рапортовал о том, что все билеты проданы. Однако ЗР проводил эксперимент — на первом российском Гран-при в день гонки можно было купить билет в официальной кассе.
«Сочи Автодром» всегда рапортовал о том, что все билеты проданы. Однако ЗР проводил эксперимент — на первом российском Гран-при в день гонки можно было купить билет в официальной кассе.

Версия вторая: они нас не хотят

Это вряд ли. Даже сейчас, в годы просевшей экономики, Россия — пятый по величине авторынок Европы. А автогонки так или иначе связаны с заводами, главная цель которых — продать как можно больше машин, топлива, масел и шин. Гонки при этом используются как рекламная акция, причем аудитория готова немного заплатить за просмотр рекламы.

Как ни крути, Россия самая населенная из европейских стран. Если сейчас здесь чего-то продают меньше, чем в Германии, то это временно. И есть прямой смысл заранее бороться за предпочтения потенциальных потребителей. В том числе и потребителей гонок, поскольку это тоже товар.

Получается, они нас хотят? Не могут не хотеть. Определенная пассивность болельщиков пусть не сразу, но преодолима. На автодром Moscow Raceway, расположенный в регионе, где сконцентрировано более 20 млн жителей (и свыше 6 млн легковушек!), вообще должна стоять очередь из желающих провести здесь гонки. Но ее нет. Что-то мешает.

Версия третья: мы не умеем

Гонки давно перестали быть самодостаточными. Люди охотнее идут на гонки, если знают, что их ждет масса сопутству­ющих удовольствий. Первыми это поняли, естественно, американцы. Аттракционы, конкурсы и викторины, живая музыка, детские городки, километровые торговые ряды и куча «быстропита». Говорят, на гонке Indy 500 одних только хот-догов предлагают двести видов. Всё, что можно продать, следует продать — непреложный закон бизнеса. И где еще это продавать, как не там, куда в выходные приходят провести время сто тысяч покупателей, которым запрещено проносить с собой еду и напитки? Никакой ТРЦ по размаху не сравнится с автодромом!

Мировой Туринг на Moscow Raceway ни разу не собрал достаточно заполненных трибун. Правда, в этом отчасти виновата его репутация турнира, где все гонки выигрывает одна команда.
Мировой Туринг на Moscow Raceway ни разу не собрал достаточно заполненных трибун. Правда, в этом отчасти виновата его репутация турнира, где все гонки выигрывает одна команда.

Сегодня это в порядке вещей для всех крупных мировых турниров и даже не очень крупных национальных. Мировая серия Renault наглядно показала нам, как это делается, привозя с собой целый музей гоночных раритетов и всякие дрифт-родео-шоу, заполняющие паузы между заездами серьезных людей. Любопытно, что Формула‑1 и DTM не так сильно беспокоятся, чем займет себя публика в течение трех-четырех часов, ожидая старта гонки. Однако у них есть важное требование: на принимающих этап автодромах должно продаваться пиво.

Насколько известно, российский федеральный закон запрещает продажу и распитие любых алкогольных напитков в спортивных сооружениях и на прилегающих к ним территориях. Чтобы продавать пиво во время футбольного Кубка мира, потребовался отдельный президентский указ. Не знаю, как решается этот вопрос для автодромов, но факт: на российских этапах Формулы‑1, DTM и некоторых других серий пиво продавали.

Пиво — пустяк, но из двух-трех десятков пустяков и состоит наполнение «окологоночной» программы для посетителей автодромов. И в этой части Россия существенно уступает иностранцам. Грубо говоря, не можем мы придумать всяких аттракционов, торговых рядов и хот-догов. Они есть, но в недостаточном количестве и часто стереотипные. Из всего, что мне доводилось посещать лично, наибольшее разнообразие развлечений обеспечивала упомянутая уже Мировая серия Renault. А также, как ни странно, российский фестиваль гонок олдтаймеров Moscow Classic Grand Prix.

Формула-Е, несколько раз гостившая в российской столице, интереса у москвичей не вызвала. Билеты расходились с громким скрипом. А вот массовое недовольство по поводу перекрытия центральных улиц — было.
Формула-Е, несколько раз гостившая в российской столице, интереса у москвичей не вызвала. Билеты расходились с громким скрипом. А вот массовое недовольство по поводу перекрытия центральных улиц — было.

Несомненно, хозяева чемпионатов всё это учитывают и делают выводы о том, надо ли возить свои этапы в далекую Россию. С учетом расходов на доставку. А мировой телеаудитории по большому счету всё равно, где проходит гонка — в России, Малайзии или Марокко.

Версия четвертая: они нам не нужны

Принимать большие чемпионаты престижно для автодрома, чьи владельцы рассчитывают не на сегодняшний день, а на перспективу. Приезд важного турнира — подтверждение высокого уровня автодрома и организации процесса. Но снимет ли автодром с больших чемпионатов большие прибыли?

В этом есть сомнения. Конечно, на знаменитые гонки придет больше зрителей и они больше съедят. Но сам автодром не продает еду — он сдает площади в аренду профессиональным торговцам едой. А вот за живую музыку платит сам. Также сам платит за воду и электричество, за вывоз мусора (больше зрителей больше намусорят), плюс зарплата персоналу. Например, этап Формулы‑1 в Сочи обслуживают около 1200 человек. Автодром обязан также обеспечить на всё время состязаний дежурство спасателей и медиков.

Визит чемпионата мира FIA GT пришелся на первые выходные сентября — холодные, с дождем и пронзительным ветром. Публика не то чтобы не оценила GT, а просто не явилась на свидание.
Визит чемпионата мира FIA GT пришелся на первые выходные сентября — холодные, с дождем и пронзительным ветром. Публика не то чтобы не оценила GT, а просто не явилась на свидание.

Часть черновой работы, конечно, выполнят добровольцы-волонтеры — за возможность бесплатно побыть в гуще событий. Но волонтеров требуется экипировать и подготовить — это тоже требует средств. Подозреваю, что перед каждой большой гонкой наши автодромы напряженно думают — а окупится ли?

Из всего, что к нам перестало приезжать, ­наиболее досадно утратить грузовой чемпионат — зрелище воистину уникальное. И его не так-то просто поймать по телевизору.
Из всего, что к нам перестало приезжать, ­наиболее досадно утратить грузовой чемпионат — зрелище воистину уникальное. И его не так-то просто поймать по телевизору.

Кроме того, заполучить даже десяток крупных мировых гонок невозможно. Максимум — три-четыре в году, и это при самом благоприятном раскладе. Чем живут автодромы в остальные дни? Все по-разному.

«Сочи Автодром», например, охотно осваивает бюджетные средства, принимая какие-то беговые полумарафоны, триатлоны и даже конкурсы мастерства водителей автобусов — при пустых трибунах, конечно. Кстати, зимой он поменял форму собственности: его сняли с баланса Краснодарского края и передали в некоммерческую организацию Росгонки, - из этого можно заключить, что прибылей-то никогда и не было.

На сегодняшний день самый активный и востребованный российский автодром — Moscow Raceway. Он изначально шел европейским путем: два-три крупных мероприятия в году, остальное — сдача трассы, боксов и VIP-лож в аренду. Здесь постоянно гостят различные национальные гонки, клубные мероприятия, связанные с быстрой ездой, профессиональные команды проводят свои тренировки. В программе обилие трек-дней и «открытых пит-лейнов» — грубо говоря, любой желающий может промчать по трассе за определенную мзду (службы автодрома обеспечивают безопасность). Мало-помалу копилка пополняется, причем без головной боли, связанной с бесчисленными хлопотами по случаю приезда DTM. Нету теперь у нас этого DTM, и не надо. Без него тоже неплохо!

Эксперты говорят, что сначала интерес россиян к мировым гонкам резко рос, а затем наступил плавный спад. И обзывают Россию страной с «низкой гоночной культурой».
Эксперты говорят, что сначала интерес россиян к мировым гонкам резко рос, а затем наступил плавный спад. И обзывают Россию страной с «низкой гоночной культурой».

БАКЛАЖАНЫ НА ТАМОЖНЕ

Россия до сих пор слабо подготовлена к приему иностранных гоночных чемпионатов. В частности, есть трудности с ввозом-вывозом техники и запчастей: таможня иногда не понимает, что это такой же инвентарь, как лыжи у лыжников (по нашим правилам спортинвентарь проходит упрощенную таможенную процедуру).

В любом случае с Россией работать значительно сложнее, чем в рамках Евросо­юза. Гоночные грузовики, ехавшие на «Смоленское кольцо», российский организатор встречал на границе и единым конвоем с мигалками вел на автодром — во избежание недоразумений. По большому счету это ненормально: в обычной жизни команды часто едут куда-либо отдельно друг от друга.

А три года назад у команд BMW, следующих на московский этап чемпионата DTM, на пункте пропуска Убылинка изъяли 1630 кг продуктов — стратегический запас на 120 человек. Баклажаны, зелень, яйца и молочные изделия были уничтожены. Макароны и муку пощадили. Предлогом стало отсутствие санитарных и ветеринарных документов. BMW и DTM тогда отнеслись к ситуации с юмором, но осадочек наверняка остался.

* * *

Помимо всего прочего, некоторые чемпи­онаты вообще никуда не приезжают бесплатно. Визит оплачивает принимающая сторона. Зимой прошлого года был продлен контракт на проведение Гран-при России Формулы‑1 до 2025 года. Даже не сомневайтесь, что всё уже оплачено — но в данном случае не автодромом. И не обижайтесь, если это стало еще одной причиной увеличения НДС. Гран-при у нас на особом положении: это проект, поддерживаемый правительством.

Что касается всех остальных мировых чемпионатов, то напрашивается вопрос: увидим ли мы еще хоть что-нибудь? Ответ: конечно! Сразу, как только в России появится безудержный интерес к гонкам.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Читать комментарии (2)

Самые новые