Я знаю, что такое заводить! — журнал За рулем

Я знаю, что такое заводить!

Я ЗНАЮ, ЧТО ТАКОЕ ЗАВОДИТЬ!

Сегодня хороший день — мороз, солнце и облака. Облака поднимаются снизу, от самых наших любимых существ — автомобилей. Я болен автомобилем с самого раннего детства, а по национальности — инженер самый настоящий. Первые впечатления — это 41-й год, Винницкая область, эвакуация… Отец — главврач какой-то больницы в Винницкой области, я — крошечный, мы едем на грузовичке ГАЗ-АА — и я впервые увидел дорогу, убегающую под тебя…На лошадях такого не увидишь, потому что они бегут спереди и все загораживают. Это было такое странное праздничное ощущение…

Вся моя жизнь складывалась из любви к женщинам и автомобилям. Вначале — к женщинам, благо это было не так дорого, а когда появились деньги, то появились и машины — «жигули» и все такое… Мой дядя, Исаак Яковлевич Мандельблит, проектировал литейный цех ВАЗа и получил право на внеочередную покупку машины. Так он мне сказал: «Миша, ты же пишешь для Райкина, у тебя, видимо, есть деньги — ты купи себе машину по доверенности!» И я купил свой первый автомобиль — «трешку» желтенькую. Абсолютно безотказная! Она заводилась всегда — даже когда я оставлял ее на полгода зимой в Москве.

Заводить — это главная беда всей нашей техники! Я работал в порту и знаю, что такое заводить! Если завел — кое-как еще можешь работать, а не завел — превращаешься в говно, в идиота! Ты — грязный, ты на морозе — лезешь туда, лезешь сюда… С чайником, с факелом прешься — аккумулятор сел, все село… Хорошо, что в порту много техники — мы приспособили тогда машину с аккумуляторами… Обозвали ее каким-то мерзким чучелом — Каракуца или Кукарача, чуть что — мол, давай сюда Каракуцу, будем заводить!

Я всегда был веселым, красивым и кудрявым — у меня же крановщицы были в подчинении.... Любил выпить, поесть и завести разговор с девушкой — сельской или нашей, портовой, что одно и то же. А я сам разъезжал на автопогрузчике — это когда был сменным механиком по малой механизации. Тогда научился шпарить задним ходом на полных скоростях: спереди торчат лапы и мешают. До сих пор задом езжу лучше… А еще чистил снег — вызывает главный инженер и кричит: «Садись на бульдозер, а то в тюрьму пойдешь!» И я чистил — на тракторе с ножом…

Вообще, если бы не работяги — ничему бы не научился! Как-то с компрессором мучился — не заводится! Рукоятка, все такое — не заводится! Подходит бригадир грузчиков — не механик! — и говорит, отойди, мол… Взял палку, намотал тряпок, сунул в бензобак, затем поджег и поднес к карбюратору — завелся! Огонь в карбюратор — а оно заводится: я такого не видел…

— А ваши знаменитые Ларионов и Кутько — это реальные фамилии?

— Да, это как раз мои водители — из тех, что с факелами бегали. Это была порода лучших людей — которые не теребят, не дергают, а доходят до всего сами. Если надо что-то сделать, то подойдут и скажут: «Михаил, надо 50 рэ достать…» Ты им оформляешь какие-то сверхурочные, а они сами идут, покупают все на толчке и сами что-то красят, делают… Порода была такая: я и мой автомобиль — одно целое!

— А начальник транспортного цеха?

— А это я уже работал на одесском заводе «Продмаш» — меня взяли как автора для капустников и я был главным механиком этого предприятия… Так вот — там уже был транспортный цех, но это не тот, не ликероводочный. И начальник — вымышленный. Но я приезжал с концертом на ликероводочный и видел этот титан, наполненный водкой, — причем кружка ценилась дороже, чем водка, и ее приковывали цепью. Титан стоял за кулисами — выпил и иди выступай! Хороший такой спаянный коллектив, только с закусочкой сложновато.

— Помните, какая тогда пустая была Москва? А сейчас каждый норовит на встречную полосу…

— А вы вспомните очереди — когда на всех не хватает, мы превращаемся в зверей! Мы же выросли на нехватках — сейчас нам не хватает свободного пространства. Незнакомых людей мы любим, но плохо их переносим…

— А молодежь, которая не помнит очередей? Откуда у них ненависть к «себе подобному» на дороге?

— Вы знаете, с тех пор как нам стали платить деньгами, мы перестали дружить… Если раньше мы всем народом куда-то шли — на фронт, с фронта — то сейчас все поодиночке. А эти современные ребята — они очень агрессивные, потому что бизнес — кровавая вещь! Урвать, ухватить, воспользоваться тем, что прозевал другой, — так воспитывается агрессивность! А езда — это такое же агрессивное понятие.

Когда мы вошли в семью — точнее, в предбанник семьи цивилизованных народов, то увидели, что там никто не ездит по встречной полосе, какая бы дикая пробка ни была. Ну, дикари мы еще, дикари! И автомобиль для нас — все еще новинка: мы как бы впервые сели за руль…

Впрочем, все это хорошо. Потому что каждый, кто мечтал сесть за руль — сел! А 500 или 1000 долларов сегодня наскребет любой — будет убирать мусор, возить навоз, но наскребет! Человек за рулем и с мобильником — это и есть наш российский средний класс. Полубедный, полубогатый, полусредний — какой есть…

— Сели за руль, а проблем стало еще больше.

— А проблемы никогда и не исчезают — они просто перемещаются из правого ряда в левый… Научились кое-как заводиться на морозе — тут же стало тесно на дорогах! От того, что вы стали как бы быстрее добираться до места, у вас что — освободилось время? Нет! Его стало меньше! Сегодня нет смысла покупать дорогой автомобиль — ехать все равно некуда. Человек на «Порше», попавший в пробку, чувствует себя еще хуже, чем в автобусе, — сидит, как в ванне…

— Но вы все равно испытываете радость за рулем?

— Огромную — по субботам и воскресеньям! Сел, помчался… Но объясните мне, зачем у нас эти фуры на узких улицах? Почему их нельзя прогнать? Зачем нам виртуозные водители — нам нужны свободные улицы! А мы все время воспитываем виртуозов. Конечно, на дрянной машине он вынужден быть виртуозом, но в пробках нет мастерства — только характер. Либо ты — собака, сволочь, либо — нормальный человек. Поэтому мы любим нашу страну только тихую, деревенскую — но мы ненавидим страну, собравшуюся у светофора!

А ГАИ? В свое время мы с фотографом Юрием Ростом ехали из Питера в Москву — у меня личный рекорд 7 часов 45 минут на «Жигулях»! Тогда нас гаишники просто догнали и молча показали кулак! Они о тебе заботились! А теперь, когда берут взятку и желают тебе быть поосторожнее, — это ханжество…

— А что делать со взятками?

— Это забота президента и премьера — если, конечно, им хочется, чтобы исполнялись хоть какие-то законы. У нас вместо этого существует стоимость невыполнения закона — это же полное разложение нации! ГАИ просто больше других бросается в глаза… Вы когда-нибудь видели истощенного гаишника? Получает мало, а зарабатывает много!

— Психологи иногда говорят про нас, что русский человек, мол, не умеет предвидеть будущего…

Да, возможно… Мы не думаем, выедет ли кто на встречную полосу. Мы ставим на двигатель генератор и не думаем, можно ли будет дотянуться до него ключом. Мы не думаем нигде и никогда! Мы образованны широко, но непрофессионально.

Взять наши автозаводы — ну когда они начнут думать о человеке, который сидит внутри машины? В иностранной машине сидеть удобно! Они делают так, чтобы нам было удобно в ней сидеть, а не им удобно ее собирать. А у нас в крови вообще не думать о том, для кого эта машина.

Мы привыкли делать неудобно, не думать о том, что на выходе! Столяр, слесарь, конструктор — не думают! Изба, машина, квартира — все неудобное! Вы слышали, с каким воем наши автомобили движутся задним ходом? И все отечественные механизмы жутко грязные — к ним и отношение такое же! Почему наши ботинки и наши машины грязные, а у них — нет, хотя погода такая же?

— А как же ракеты?

— И ракеты у нас тоже говно — там тоже капает и тоже воняет. И тоже гибнут люди, хотя и сидят военпреды! Мы можем сделать одно изделие, причем всей страной. А так, чтобы были плохие машины и хорошие ракеты — так не бывает. Давайте спросим этих конструкторов про автоматическую коробку передач — мы не можем ее сделать! Нигде и никогда — даже на правительственных машинах не можем!

Кстати, я не верю в наши лошадиные силы! Когда пишут про 100 наших сил, то немецкие всегда будут скоростнее! Мой первый «Мерседес» — с пробегом, поношенный — имел 109 сил и разгонялся до двухсот… А «Волга» гудела уже на девяноста…

— А на чем вы еще ездили?

— После желтенькой была «шестерка». Снимал с нее зеркала, щетки — черт ее знает, как теперь все изменилось... Слово «распредвал» знали женщины и дети — это была валюта, на которую можно было получать все. Колбасу, гусей, дубленку — все за распредвал! А желтенькая истлела…

— Не обрабатывали ее никогда?

— Нет. Я тогда уже работал у Райкина и был вполне обеспеченный человек. Кстати, Райкин ездил по выходным на своей невозможно блестящей черной «Волге» GAZ 24. Ездил медленно и сам покупал букет цветов: устраивал себе праздник… А потом пришел Горбачев — затем была поездка в Нью-Йорк, встреча с Барышниковым... Он мне сказал — подбери себе машину, я ее тебе подарю. И я купил себе в Германии за 10 000 долларов «мерс». Оливковый, 200-й, с механической коробкой — Миша прислал мне деньги. А как раз открылся «занавес», они смотрели на нас широкими глазами… Прежде чем ехать домой, я набрал у них все что мог — завалил его старыми колесами, маслом, лампочками — как идиот. Потом мне все это не понадобилось, но немцы все несли и несли. Они тогда к нам очень хорошо относились.

Затем, уже при настоящем капитализме, была БМВ-525… Как же был не прав Зиновий Гердт! Он всегда говорил: «Миша, машина должна быть той страны, в которой вы живете!» Но не иметь красивой машины — это все равно что не переспать с красивой женщиной, которая идет тебе в руки… Да вы просто обязаны, несмотря ни на что! Ты же всю жизнь будешь завидовать тому, другому… И я «переспал» с БМВ!

Что сказать? Она для меня слишком резкая, к тому же мне надоело без «автомата»! Надо было сразу брать «автомат», а я боялся чего-то, в пробках мучился... И следующей машиной была просто хорошая «японка» — «Ленд Крузер Прадо». Сейчас на ней жена ездит. Абсолютно безотказная машина — ты в ней сразу все знаешь, там все родное и ничего не ломается, а просто изнашивается. БМВ могла отказать, а эта — нет. Как «мерс» — он тоже будет ползти до последнего. Это и называется надежность.

Что до служебного транспорта, то в театре есть поношенный автобусик — «Мерседес Вито». Есть и шофер. Там что хорошо — в пробках дуреешь, но есть столики: можно разложить и что-то начать писать. Трясет, конечно…

— Пристегиваетесь?

— Ммм… Когда возвращаюсь из-за границы, то долго ерзаю. Там полный автоматизм: машинально пристегнулся — и все. Это обязательно!!! Но здесь уже даже штрафовать за ремни перестали! А ведь наш кайф — нарушать! Пристегнешься — будешь выглядеть в нашей толпе как трус или идиот, который боится за свою жизнь. Типа «Мы — свободные львы, а ты — трусливый баран!» Но заявляю — я тоже буду пристегиваться!

— Как сочетаются в жизни мужчины жена, женщина и автомобиль?

— Ну, поскольку это все будет читать жена, то, сами понимаете, надо выбирать выражения… Скажу так: что-то должно было кончиться раньше — женщины кончились раньше, чем машины. А машины продолжаются — я люблю читать о новых автомобилях. Пока у нас с ними не сложилось, но все будет нормально. Опять окружить себя забором нельзя — о самобытности толкуют мерзейшие люди! Они хотят это наше отставание закрепить навечно! Будем свободными — начнем свободно ездить туда-сюда — тогда сделаем все!

— Михал Михалыч, вы своими произведениями тоже дали нам ощущение свободы — как автомобиль! Спасибо! Чтобы у вас всегда все заводилось!

Я ЖИВУ НА АСФАЛЬТЕ…

Зная о любви Жванецкого к вседорожникам, мы пригласили его на тест «Вольво-ХС90».

Я не охотник, не рыбак, не поклонник off road. Езжу в основном по асфальту и уверенное поведение машины на дороге ценю больше, чем гипотетическую возможность проехать там, где отпечаталась лишь тракторная гусеница. Но вседорожники люблю — за высокую посадку и хороший обзор, мощь и уверенность, которые они дают водителю. На легковых «вольво» приходилось ездить не раз, и всегда они покоряли меня предсказуемостью реакций, надежностью, непоказным комфортом, хорошей эргономикой.

Такое же впечатление произвел и «Вольво-ХС90». В нем не придется надевать очки, чтобы разобраться, например, в мешанине одинаковых кнопок управления климатом. Все предельно понятно и логично, через пять минут пальцы уже сами находят нужные регуляторы. Хорош обзор — передние стойки узкие и за ними не спрячется машина. Здорово, что опускающиеся подголовники второго ряда не маячат в зеркале, на «Ниссане-Патрол» с этим были проблемы. Иногда нам приходится перевозить какие-то крупные предметы и большой багажник просто необходим — у ХС90 он просторный, но не очень высокий. Жене Наташе понравились прекрасная шумоизоляция, почти легковая внешность «шведа» и то, что он не кренится в поворотах.

Чего мне в «Вольво» не хватает, так это широкой подножки — с не самым героическим ростом забираться в высокую машину не так-то просто. Еще не помешала бы блокировка, чтобы случайно не включился секвентальный режим в автоматической коробке, у меня пару раз селектор проскакивал мимо положения «drive». Впрочем, я готов простить мелкие недостатки за удовольствие от вождения этого мощного, быстроходного красавца. Возможно, моим следующим автомобилем будет именно он.

Ошибка в тексте? Выделите её мышкой! И нажмите: Ctrl + Enter

Читать комментарии

Самые новые
Загрузка...