Последний оставшийся в живых — журнал За рулем

Последний оставшийся в живых

Последний оставшийся в живых

Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.
Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.

СХВАТКА ГОДА. Третий год подряд местечко на границе Техаса и Оклахомы под названием Красная Река (Red River) принимает у себя гонку Red Bull Last Man Standing. Суть — в названии. Это не «Париж-Дакар», где престижно не только выиграть, но хотя бы добраться до финиша. Сюда приезжают не для того, чтобы проверить свои силы, а чтобы пройти через сущий ад и финишировать первым: любой другой результат теряет смысл.

Самая сложная гонка в мире по пересеченной местности задумана как своеобразный финал сезона соревнований эндуро. Те лучшие, а правильнее сказать — элитные гонщики со всего мира съезжаются на юг США, дабы встретиться в схватке года.

РЕГЛАМЕНТ И ПРАВИЛА. Квалификация проходит в первую пятницу декабря. Заявку может подать любой желающий, но только из числа тех, кто имеет статус полупрофессионального гонщика уровня «А» по международной классификации. К участию допускаются как заводские гонщики, так и «частники» — всем предоставляется две попытки.

Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.
Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.

Каждая засечка — круг протяженностью чуть более 12 км, с двумя спецучастками в виде развала камней, сложенных в пирамиду бетонных труб, бревен, тракторных шин и катушек из-под кабеля. Фиксируется время прохождения каждого круга. Из тех, кто показал лучшее, и комплектуют «золотую сотню» — их допускают к старту основной гонки. Она разделена на две части, и их проводят на следующий день. Участникам надлежит пройти опять-таки два круга, но уже протяженностью 66 км каждый. Первый круг ада проходят днем. Но только те, кто финиширует в течение часа после лидера, допускаются ко второму, ночному. Конфигурация трассы не меняется.

Сотня пилотов, прошедших квалификацию, делится на группы по 25 человек в каждой. Гонщики выстраиваются в четыре линии на старте, согласно рейтингу по итогам засечки. Старт для первой линии дается холостым выстрелом пушки времен войны за независимость США. Старт второй линии — через минуту после того, как выпустили первую и т.д., пока на трассу не уйдет последняя, четвертая линия.

ТРАССА. Концепция, на основании которой устраивают трассу, пропитана одной дьявольской идеей: сделать ее максимально непроходимой и опасной. Будучи аккредитованным на этих соревнованиях в качестве фотографа, я получил возможность осмотреть трассу до старта. Но еще я кое-что понимаю в эндуро. Так вот, сложилось впечатление, что организаторы прошли спецшколу гестапо: многие спецучастки вызывали паническое чувство страха за гонщиков. В голове возникали картины диких аварий — со свернутыми шеями, переломанными позвоночниками, обрывками экипировки, завязанными в узел мотоцикламиѕ Один из устроителей гонки подтвердил мои подозрения: задача организаторов — как минимум, сделать прохождение маршрута невозможным, а в идеале — оставить «в живых» только одного гонщика.

Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.
Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.

Сделать это здесь, вдоль берегов реки, довольно просто. Рельеф в радиусе 100 км от лагеря представляет собой бесконечные холмы и леса, изрезанные глубокими каньонами, промытыми уже высохшими ручьями. Склоны холмов усыпаны камнями и огромными, торчащими повсюду кусками скал. Непреодолимым препятствием для участников становится ширина каньонов: она лишь чуть шире руля, при этом природный тоннель завален ребристыми валунами, иные из них с метр в сечении. На некоторых участках трасса вдруг подводит к обрывам, и спортсмены оказываются перед скалистым провалом глубиной (не преувеличиваю — замерял) с четырехэтажный дом. Гонщикам ненавязчиво рекомендуют здесь, не задумываясь, просто сталкивать мотоциклы вниз, а самим пытаться спуститься самостоятельно.

И сразу пилоты упираются в почти вертикальный подъем — 100-метровый отрезок, заваленный кусками скалы.

Полутораметровый выступ-козырек на самом верху можно преодолеть только одним способом — спешиться и затащить мотоцикл на руках. Осилил? И вот тут тебе как обухом по темечку: разворачивайся — и снова вниз, и снова вверх! И так три раза подряд туда-сюда! Отсюда и название спецучастка — «Тройная угроза» (Triple threat).

Следующий спецучасток носит незлобливое название «Дерево Джошуа» (Joshua Tree). Глинистый, изрезанный ручьями подъем на скалу, а посередине него трехметровый, практически отвесный склон. Забегая вперед, скажу, что именно на этом препятствии «полегло» большинство гонщиков.

Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.
Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.

Однако и это еще цветочки. Впереди самый страшный участок трассы, названный «Могилой» (Grave). То, что здесь, даже самому «оторванному» мотоциклисту не привидится в кошмарном сне. Представьте: склон с уклоном в 45 градусов, длиной около 120 метров, некогда существовавший как монолитная плита. Но в силу трудно объяснимых природных процессов с плитой что-то произошло, и она раскололась на десятки глыб самых разных размеров. Глыбы расползлись примерно на метр-два друг от друга, и между ними образовались проймы двухметровой глубины. Гонщикам разрешалось подняться по этому склону любым способом. Но более трети участников сошло с дистанции именно здесь — они так и остались в «Могиле».

Если организаторам казалось, что на каком-либо отрезке трассы ехать просто, еще до старта гонки его либо отгораживали забором, либо заваливали валунами и бревнами — чтобы сделать абсолютно непроходимымѕ Кто-то из участников потом скажет: «Это были 120 км пекла».

КОМАНДЫ И ГОНЩИКИ. Из Хьюстона до места соревнований пришдось добираться более семи часов. Еще в темноте, в три часа утра, я вышел на площадку, отведенную для команд и прессы. В ярких лучах прожекторов увидел, что практически все кемпинги и палатки оранжевые — это фирменный цвет КТМ. В этом полыхании цвета гегемона внедорожных соревнований и уснул.

Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.
Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.

Проснулся от рева мотоциклов. Наспех умывшись, выскочил из кемпинга. И сразу получил приличную дозу адреналина в кровь — в голове пронеслись воспоминания. Дело в том, что в мае 2006 года я уже был здесь — участвовал в отборочных соревнованиях за право участвовать в Red Bull Last Man Standing. Помню свой предстартовый мандраж. Но он исчезает, как только судья дает отмашкуѕ Я готовился к гонке почти целый год, занимался с тренером практически каждый день: утром — в спортзале, после обеда — на трассеѕ Та отборочная гонка многое во мне изменила. Стартовали в восемь утра при жаре 34 градуса, а финишировали в два часа дня, когда стало +39°. Многие были на грани потери сознания. В том заезде я пришел 56-м из почти 350 стартовавших, а мой товарищ Олег Бибиков финишировал 34-м. Это была самая сложная гонка в моей жизни.

Вдохновленный воспоминаниями, побежал к кемпингам участников. Пестрят шатры КТМ, но при свете дня различил и других, хоть и редких, участников — Yamaha, Honda, Kawasaki, Suzuki и даже GasGas. Но я иду на оранжевое.

Австрийский производитель представлен сразу двумя заводскими командами — KTM Racing и KTM Red Bull. В составе KTM Red Bull звезды первой величины. Лидер — гигант от природы и «чемпион всего на свете» Дэвид Найт. Вместе с ним Кайл Редмонд, Майк Лафферти, Джастин Соул, Джастин Вильямсон, Натан Канней и Тедди Блазусиак из польского Кракова. Вторая заводская команда КТМ по составу куда скромнее, зато в ней единственная среди участников девушка гонщик-профессионал. Она прошла квалификацию.

ОСОБЕННОСТИ КОНСТРУКЦИИ. Хочу обратить внимание на своеобразную деталь в заводских мотоциклах KTM — на подвеску. Перья вилки подозрительно толстые — заметно толще, чем стандартные 48-миллиметровые перья: диаметром примерно 51 или 52 мм. У механика КТМ я поинтересовался, какие преимущества получает гонщик от такой подвески. Тот объяснил: эти сверхоблегченные перья спроектированы специально под каждого гонщика — с учетом его веса и манеры пилотирования — и рассчитаны всего на две гонки. Перья стоят порядка 105 тыс. долларов и идут в комплекте со специальными траверсами. Признаться, поначалу во мне возникло желание и себе приобрести такую опцию, но как только услышал о цене сего шедевра инженерной мысли, мой интерес в момент испарился.

Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.
Журналисты пишут: эту гонку придумали люди с садисткими наклонностями для людей с психическими отклонениями.

Не могу не рассказать о еще одной команде, преимущественно использующей мотоциклы КТМ — команде «Кристини» (Christini). Ее мастера-технари дорабатывают обыкновенные мотоциклы — превращают в полноприводные. Да, все мы знаем о существовании полноприводных байков. Yamaha даже освоила мелкосерийное производство модели WR-450F с гидроприводом на переднее колесо и уже обкатала их на нескольких гонках мирового уровня. Однако то, что делают здесь, — другое: специалисты применили механический принцип передачи на переднее колесо. Если в двух словах, то использованный ими принцип можно описать так. Цепной привод со второй моторной звезды передается на вал, расположенный в раме, оттуда сложным путем посредством редукторов попадает на вилку, после чего двумя приводами поступает прямо к ступице переднего колеса. Конструкция дает определенное преимущество при прохождении уклонов со сложным рельефом: переднее колесо теперь способно цепляться за атакуемую поверхность и затаскивать мотоцикл на препятствие, вместо того чтобы бесполезно болтаться в воздухе.

Помимо нескольких крупных заводских команд с серьезными бюджетами, на гонку приехали мелкие, а также «частники», выступающие в личном зачете. В большинстве своем пилоты понимали, что шансов у них никаких, но все были полны оптимизма.

КВАЛИФИКАЦИЯ. Сюрпризов не произошло. Дэвид Найт занял первое место по итогам квалификации, за ним, как по «партийным спискам», выстроились гонщики трех основных команд — KTM Red Bull, KTM Factory Racing и Christini. В сотню выдержавших испытание квалификацией попали и многие «личники».

Не обошлось без курьезов. Один частный гонщик так заморочился на спецучастке с бревнами, что умудрился сделать стоппи, причем фееричным образом: с ходу уперся в бревно, задрал заднее колесо в воздух, а сам навалился на руль и вытянул ноги вверх. В такой «березке» он умудрился простоять пару секунд — чем вызвал бурю зрительских оваций. Другой участник не смог переехать горку из бетонных труб: переднее колесо зависло без сцепления, едва перевалив через верхнюю трубу, и мотоцикл «сел» на мотор. Гонщик слез с мотоцикла, обхватил его ногами спереди и пытался затащить наверх, принимая при этом позы, которым позавидовали бы и мастера камасутры. Публика была в экстазе!..

Квалификация завершилась. Сотня удачливых получила стартовые номера и расползлась по норам отсыпаться перед завтрашней гонкой.

ДНЕВНАЯ ГОНКА. Проснулся с головной болью после вчерашней вечеринки, на скорую руку позавтракал чипсами и чужой, замерзшей насмерть сосиской, которую кто-то оставил на гриле, и выдвинулся в сторону стартовой линии.

Здесь повсюду, как грибы после дождя, на своих позициях фотографы и телеоператоры стояли и нервозно поглядывали друг на друга. Насколько я понял, у американских профессионалов, работающих с камерами, очень развито чувство конкуренции, все они, честно говоря, при своей внешней улыбчивости на самом деле совсем не благожелательны друг к другу: ведут постоянную войну за выигрышное место и ракурс съемки и в ход пускают далеко не самые джентльменские способы соперничества. Я не раз видел, как в самый последний момент, когда фотограф уже готов сделать снимок лидера гонки, ради чего он и простоял целый час на этом самом месте, вдруг перед его объективом перекрывает «зону видимости» другой фотограф — блокирует кадр коллеги и делает свой «выстрел»... У них своя гонка, по своим правилам, и ставки в их гонке достаточно высокиѕ Ну да черт с ними — вернемся к событиям на трассе.

10.20 утра, еще ничего не началось, хотя давно пораѕ Холодно. Висит туман. Из рации рядом стоящего маршала на трассе слышу, что начало откладывают еще на 15 минут — операторы на вертолетах никак не могут взять в кадр зону старта.

10.45. Прошел слух, что старт дадут только в 11.00. Но все понимают, что может быть, и позже — пока те, что на вертолетах, не «прицелятся». В Штатах все, что организуют за деньги, должно пройти как шоу — и никак не иначе.

11.05. Гремит выстрел пушки. Старт дан! Все замерли в ожидании, ждем из-за холма первую группу гонщиков. Волнение нарастает по мере того, как нарастает гул приближающихся моторов. Появились лидеры заезда. Прошли первый спецучасток, состоящий из нескольких рвов, связанных между собой стеной из тракторных колес, громадных камней и уложенных в редут бетонных труб.

На тракторных колесах образовался первый завал — и к нему пулями понеслись фотографы. Как и публике, им подавай «мясо» и сюжет покруче: чтобы один упал, а двое проехали по нему. Засверкали вспышки — я поддался ажиотажу и устремился в гущу событий.

Тем временем выстрелы из пушки гремели ежеминутно — и вот уже очередная группа из 25 гонщиков вылетела из-за холма. Образовался плотнейший затор: все силились нагло пролезть без очереди — и вот еще два завала. Гонка определенно задалась! Явного лидера еще нет, головной пелетон держится плотно. Дэвид Найт ушел со спецучастка вторым, остальные претенденты распределились в первой двадцатке.

Огляделся — а больше половины фотографов исчезли. Ага, вон они — сунули камеры в рюкзаки, запрыгнули на свои пит-байки и квадрациклы и, поднимая столбы пыли, улетели занимать места на спецучастке «Дерево Джошуа».

Выбежал на дорогу — а здесь свое шоу: словно снимают массовку кинофильма про беженцев, в панике бегущих подальше от линии фронта. Расталкивая ближних, обгоняя друг друга, вздымая клубы пыли, мчат гольфкары с прицепами, а на них, как на автобусах и поездах где-нибудь в восточной стране, со всех сторон свисают люди. Между бегущими снуют мотоциклы и квадрики, в небе летят вертолетыѕ Словом, батальные сцены из фильма Бондарчука. Колорита, присущего съемкам блокбастера в стиле «экшн», придает стоящая на обочине маленькая девочка с растерянными глазами.

Стать частью этой сцены совсем не хотелось, а мотоцикла у меня нет. Но знаю, что делать. Забежал в палатку-харчевню, схватил пару банок отвратительного пива «Бад Лайт». Метнулся к «проезжей части» — затормозил квадрик с увесистой дамой за рулем в жилетке с надписью EMS (это местное МЧС). (Скорее всего, она не нанятый организаторами сотрудник, а волонтер.) Объяснил ситуацию, сунул ей как презент две банки, как оказалось, ее любимого напитка и двадцать долларов. «Она в экстазе, она моя» — и мы устремились к «Дереву Джошуа».

Мой крупногабаритный пилот, оказалось, не робкого десятка — дал газу до упора. Мы догнали суетящуюся толпу, американская гром-баба нечеловеческим голосом рявкнула что-то, напоминающее наше «лыжню!», и толпа, что до этого мгновения вела себя как люд на восточном базаре, вдруг послушно расступилась — и мы оказались во главе колонны. Первыми же и добрались до спецучастка.

Расположились на склоне, когда по рации пришла сводка: до появления лидеров еще минут двадцать. Тьфу ты, бешеная спешка была ни к чему. Не то чтобы двадцатки долларов стало жалко, просто как-то неожиданно появилось много свободного времени....А между тем из динамиков припаркованной неподалеку машины раздался голос комментатора, и в стиле тамады на свадьбе он начал методично «заводить» толпу. В который раз убеждаюсь: могут, могут американцы на ровном месте создать шоу!

Наконец появилась первая группа гонщиков во главе с Найтом. Все они как-то издевательски легко проскочили по неприступному, как казалось, склону и растворились в лесу. Сотни глоток с обочины трассы синхронно издали звуки разочарования, их не заткнули даже тонны попкорна во ртах. Публика ждала жесть, а получилаѕ Да ничего она не получила.

Во внезапно возникшую паузу умело врезался голос комментатора. Ведущий заявил, что вот-вот подтянутся остальные, а эти — и открытым текстом — лохи здесь точно увязнут. Вот тогда и начнется праздник чипсов и диетической колы... И он оказался прав: минут через двадцать «началось в колхозе утро»! 

Сначала образовался завал наверху: один-единственный неширокий проезд не поделили два гонщика и, образовав собою надежно вбитую пробку, напрочь исключили возможность для всех идти дальше по маршруту. Обезумевшие гонщики с кровожадным упорством продолжали ломиться вверх по склону. Уж тогда почтенная публика получила зрелище «на все деньги»! Мотоциклы взмывали в воздух, совершали сальто в два оборота, вылетали за ограждения. Одни пилоты, обессилев, скатывались вниз, другие пытались затащить мотоциклы на себе, третьи объединялись в группы и по очереди помогали друг другу (по правилам этих соревнований, в отличие от некоторых других, никто другой, кроме гонщика, не вправе помогать другому гонщику — ни маршалы, ни зрители).

Вдоволь насмотревшись на этот «цирк на конной тяге», я упаковал камеру и пошел к площадке, где меня уже ждала, пребывая слегка навеселе от «Бад Лайта», зафрахтованная техасская дама и ее верный Polaris Sportsman 700. Мы устремились к следующему спецучастку. К тому моменту гонка шла уже второй час, а между тем лидеры прошли только треть дистанции.

Следом за «Деревом Джошуа» подряд сразу три спецучастка — «Техасский стадион», «Могила» и «Тройник». На всех трех побывать, увидеть и заснять я явно не успевал — выбрал один, «Стадион». Первым сюда выскочил Дэвид Найт, вплотную за ним поляк Тедди Блазусиак, следом с небольшим отрывом Джефф Арон. Видно, что гонщики подустали, но продолжали идти технично. За «Тройником» продолжительный горный отрезок трассы — сюда зрителям не добраться. Через несколько минут после того, как умчались лидеры, по радио передали, что поляк обошел Найта и возглавил гонку.

Тем временем на «Тройнике» кипели жизнь и радиаторы. Гонщики преодолевали отвесный спуск и тут же упирались в такой же отвесный подъем с полуметровым выступом-козырьком на самом верху. Затем снова вниз и опять вверх по всего-то двухметровой по ширине канаве — рули едва вмещаются между стенок. Здесь закончили гонку большинство участников.

По правилам на преодоление каждого препятствия дается три попытки: если гонщик трижды не возьмет подъем, то автоматически выбывает. Еще деталь: каждый везет с собою небольшой «кэмэл бэг» с инструментом и водой. По регламенту, попить можно попросить и у зрителей, но ремонтировать мотоцикл пилот обязан исключительно собственными силами и только своим инструментом.

Пока я фотографировал, как гонщики второго десятка берут выступ, по радио сообщили, что Блазусиак уже финишировал — первым. Найт вторым, причем с разрывом во времени 15 минут. Это сенсация номер один. Третьим — Арон. И сенсация номер два: никто больше из числа участников не смог уложиться в отведенный регламентом час после финиша лидера — для них соревнования закончились.

Мы вернулись в лагерь, чтобы передохнуть перед ночным заездом. Старт его назначили на 17.00.

НОЧНАЯ ГОНКА. Пришло время бежать к старту. И тут «зависаю», понимаю, что «ловлю глюк»: все, что происходит со мною и вокруг меня, практически полностью повторяет сценарий дневных событий. Дежа-вю. Мистики привносит пейзаж в обрамлении пасмурной погоды.

Старт. Тройка гонщиков пролетает мимо, и толпа дружно «рвет когти» к «Дереву Джошуа». Опять рапид, только на темнеющем фоне. Похоже, если не «день сурка», то уж «вечер сурка» мне обеспечен.

Все трое пролетели сложнейший участок словно по ровному полю. Приунывшую было толпу (а где же кровь, сломаные кости или хотя бы мотоциклы?) взбодрил все тот же Тедди Блазусиак. По-триальному запрыгнув на приличного размера каменистый выступ на самом верху склона, замер, стоя в «свече» на заднем колесе. Победоносно и свысока окинул публику взглядом — и растворился в обрушившейся темноте.

Тедди Блазусиак (равно как и Джефф Арон) пришел в гонки эндуро из соревнований по триалу. Он многократный призер национальных первенств и Европы (Арон — десятикратный чемпион США в этом виде). Более того, поляк в ноябре прошлого года первым пришел на финиш гонки «Эндуро-кросс», проходившей в Лас-Вегасе, обойдя того же Найта. Злые языки поговаривают, что Найт был взбешен и долго не мог прийти в себя. Тем не менее Найт остается «номером один» в эндуро по итогам сезона 2007 года.

ѕНочная гонка шла своим чередом. Комментатор объявил, что Тедди вновь обошел Найта. А еще через несколько минут, что Найтѕ сошел с трассы! Это произошло на 73 минуте заезда, когда американец отставал от лидера более чем на пять минут. («Я начал задыхаться, — рассказал после гонки теперь уже бывший чемпион Red Bull Last Man Standing. — Это состояние преследовало меня на протяжении двух недель — будто в моих легких вода».)

Как только Найт сошел, об этом сразу сообщили поляку. Тот сбросил скорость — и начал совершать ошибки. Создавалось впечатление, что и он вот-вот сойдет с дистанции. Через какое-то время Тедди сам это осознал — и прибавил оборотов. Принцип «больше скорость — меньше ям» сработал: как только Блазусиак разогнался и вошел в прежний, на пределе возможного ритм, все стало на свои места.

Орава журналистов уже расположилась в зоне финиша, когда на холме в поле видимости замелькали огни Тедди. Он прошел трассу за 3 часа и 37 минут. Приблизительно через полчаса появился второй и последний «оставшийся в живых» — гонщик из Колорадо, выступающий за команду «Кристини», Джефф Арон. Для него это был реванш перед самим собою за прошлогоднюю неудачу: он сошел с трассы, не доехав до финиша буквально нескольких сотен метров.

Сумерки, кубки, шампанское рекой, девушки в бикиниѕ Все праздновали не только победу чемпиона, но и успех грандиознейшей гонки года — Red Bull Last Man Standing 2007.

В полночь объявили, что в следующий раз соревнования пройдут в горах штата Юта. Ничуть не сомневаюсь в размахе и изощренности фантазии организаторов, а также в их садистских наклонностях: наверняка придумают еще что-нибудь несусветное, запредельное, непреодолимое. Целых двое финишировавших в этот раз — это слишком много! А значит, будущая трасса в Юте будет вдвое опаснее и коварнее. Ведь финишировать должен только один, последний оставшийся в живых.

 1652
Оцените материал
0:0
Загрузка...